Банда в законе - Сергей Зверев

– Проблемы были? – Стас тоже закурил, присаживаясь рядом.

– Нет. Все прошло гладко: ни охраны, ни камер… Вернее, камеры были, но внутри квартиры, я срезал регистратор.

– Хорошо. Вернее, все это очень даже не хорошо, но… – Хабаров запутался.

– Я понял. – Вовчик приоткрыл один глаз: – Как будем действовать?

– Знать бы… Наверное, пойдем и спросим напрямик: что, кто, где…

– Думаешь, сработает? Крепкий мужик, тертый, так просто ничего не скажет.

– Предлагаешь опять использовать удавку? – Стас не хотел переходить границы. – Или паяльник приготовил?

– Далась тебе эта удавка, хотя вариант проверенный. Нет, план другой: попробуем шантаж.

– Есть информация?

– Есть кое-что… – Вовчик довольно улыбнулся. – Саныч проинструктировал, мало, зато темы убойные. Будут полковнику не заслуженная пенсия и пухлый банковский счет, а нижнетагильская пайка на долгое-долгое время на обдумывание грехов.

– Что, правда есть? – Стас заинтересовался. – Доказательства, улики?

– Да нет, конечно. Голые слова, просто информация точная, а дальше будем убедительно врать. Мент не знает, кто мы, – схавает, точно говорю.

– Давай попробуем, другого варианта все равно нет… – Ненасильственный способ казался вполне приемлемым, хотя назвать ненасилием похищение…

– Всегда есть удавка… на крайний случай. – Вовчик легко вскочил на ноги. – На, – он протянул Стасу черную лыжную маску, – надевай и пойдем.

– Пойдем… Что ж я делаю! – Стас натянул «камуфляж», шерсть неприятно куснула лицо.

– Спасаешь. Это хорошо, – водитель легко хлопнул его по плечу, – достойно уважения.

Они вошли в темный проем, Вовчик закрыл тяжелую скрипучую дверь, отрезая путь к отступлению.

Пленник сидел на полу, прикованный наручниками к батарее. Привыкнув к полутьме, Стас разглядел грубо сколоченный стол с остатками еды – банки из-под шпрот, пустые водочные бутылки, кусок засохшего хлеба, – несколько стульев, непонятного назначения агрегат, сверху донизу укутанный паутиной… Вовчик заметил его взгляд:

– Раньше сторожка была, сейчас иногда местные «синяки» гуляют, от жен прячутся.

– Понятно.

Полковник Никонов, услышав голоса, замотал головой, укрытой черным непрозрачным пакетом:

– Эй! Кто здесь? Помогите!

– Закрой пасть! – Вовчик резким движением снял с его головы пакет. – Будешь говорить, когда разрешат!

– Да ты знаешь, кого приволок, недоумок? – Страха в голосе не ощущалось, скорее удивление. – Вообще с башкой не дружишь?

– Ты полковник Павел Анатольевич Никонов, доблестный защитник правопорядка и по совместительству жулик, пьющий кровь у честных людей. Нигде не ошибся?

– Тебе конец! – Его равнодушие удивило Стаса: настолько привык к безопасности своего положения? – Неужели думаешь, что тебе сойдет это с рук?

– Думаю. Я ведь не собираюсь тебя убивать, или выкуп просить, или требовать что-то… Вовсе нет. Просто ты мне расскажешь о своем плане в отношении Трофимова Михаила Александровича и его дочери Ольги. Расскажешь – и пойдешь домой, мараться об тебя, красного, западло.

Хабаров, внимательно следя за полковником, отметил, как тот непроизвольно дернулся.

– Какой план, что ты несешь? Знаю Трофимова, у нас нормальные отношения!

– Все ты понимаешь. Вижу – глаза у тебя по-крысиному бегают, скрываешь что-то… – Вовчик говорил спокойно, не меняя интонации. – Чем быстрее поможешь нам все узнать, тем лучше для тебя.

– На болту я тебя вертел, баран! – Никонов плюнул в сторону водителя, но промахнулся. – Сказал же: ничего не знаю! Что, пытать будешь? Давай, тварь! – Он с ненавистью смотрел на похитителей.

– Да нет, зачем? – Вовчик изобразил равнодушие. – Я, когда у тебя гостил, вот чего нашел, – он вытащил из внутреннего кармана сложенную фотографию. – Семья? Большая… Дети, внуки – хорошо, когда родственников много и все живут в достатке, правда?

Насторожившись, пленник смотрел на фото.

– И что? Семью не трогай, гнида, или ты не жилец! Клянусь, с того света за тобой приду… Что ты собираешься делать?

– Любишь… Это хорошо, правильно, я бы сказал… – Вовчик издевательски улыбался. – Что буду делать? А то, что я в один момент сломаю им жизни. Смотри: ты помог Бахе ввезти в город порошок плюс рэкет, плюс разборки… Погоди! – Он заметил, как полковник хотел перебить. – Я еще не закончил. Думаешь, мы не знаем, как твои люди чистенько «сработали» Платонова? Знаем… Все это легко доказуемо, уж поверь. Дальше: твой сын, Андрей, хозяин трех из семи управляющих компаний города – остальные, кстати, тоже под твоей родней, – так вот, он получил от государства крупную дотацию на строительство дорог, а что сделал? Купил коттедж за два миллиона баксов и отправил старшего сына в Лондон. Красавчик…

Никонов держался с якобы равнодушным видом, но лихорадочно блестящие в полутьме глаза выдавали истинное состояние.

– Твоя жена, милейшая Нина Константиновна, генеральный директор компании «Мир-Альянс», получившей заказ на строительство трех домов для обеспечения военнослужащих. Благородное дело! И что? По документам, счастливцы давно справили новоселье и даже успели обжиться, а по факту? На месте указанных домов стоит торговый центр, принадлежащий – кто бы мог подумать! – твоей младшей сестре.

Хабаров, слышавший это впервые, внутренне удивлялся размаху коррупции, гидрой пролезшей во все сферы жизни целого города.

– Ну и напоследок, хоть это еще не все, чем мы располагаем! – Вовчик убрал фотографию. – Твой племянник, Николай. Угон транспортного средства, изнасилование владелицы, нанесение увечий, – он скорбно покачал головой, – чудом оказался оправдан и благополучно улетел отдыхать на Гоа. Какая удача, не находишь?

Пленник, тяжело дыша, затравленно глядел в глаза Вовчику:

– Не… не понимаю, о чем вы!

– О, перешли на «вы»… Неплохо! Все улики есть, осталось только послать их твоим старшим товарищам в Москву… – Вовчик помолчал, давая пленнику осмыслить ситуацию. – Послушай, Никонов, все знают, как тебе дороги близкие люди, – что, кстати, даже странно для такой конченой суки, как ты, – вот у тебя есть шанс их выручить…

– Как? – Полковник смотрел в пол, на который падали крупные капли. – Что нужно?

– Другой разговор! – Водитель улыбнулся. – Все, что я только что рассказал, останется нашей маленькой тайной, если ты сейчас подробно, ничего не утаивая, расскажешь: когда, как и зачем ты похитил дочь Михаила Трофимова.

– Че… чего? – Никонов выпучил глаза. – Кого я похитил?! Чушь какая-то! Я, может, и не святой, но на такое не пошел бы! Зачем? Деньги есть, ссориться с Трофимовым просто глупо и опасно, тем более в таком вопросе… Никого я не похищал! Я милиционер!