Банда в законе - Сергей Зверев

Стас с Вовчиком растерянно переглянулись: оба сразу поверили, пленник определенно говорил правду.

– И что ты тогда хотел сказать? О чем? – Хабаров приблизился.

– Ни о чем, просто подумал…

– Давай, говори. В противном случае завтра вся информация по тебе уйдет в Генпрокуратуру, со всеми доказательствами и нашими комментариями.

Полковник вздохнул:

– Ладно, но никакого отношения к дочери Трофимова это не имеет. Только к самому Трофимову… У меня не было выбора – он сказал, что мне конец, если не сделаю…

– Кто он? – Вовчик вышел вперед.

– Погоди! – Стас жестом остановил его. – Давай, полковник, все по порядку!

* * *

Кабинет Никонова был обставлен простой, добротной мебелью, без всяких изысков. Большой, чуть потертый стол буквой Т, кресло, советский железный сейф, шкаф… За стеклянными дверками, на подставке, старый трофейный «маузер» – наследство от деда, героя Великой Отечественной. По стенам, в красивых рамках, множество благодарностей и грамот – от мэра, вышестоящего начальства, одна за личной подписью президента, сам он по традиции улыбался с большого плаката над столом. В спартанский интерьер не вписывался только современный плазменный телевизор, стоящий в углу на маленькой черной тумбочке.

Полковник расстегнул верхнюю пуговицу на кителе, слегка ослабил галстук: солнце с необычной силой шпарило в окно, нагревая воздух. Дел никаких не было, присутствие его на рабочем месте носило скорее формальный характер, но… вдруг позвонят «сверху»? Непорядок, скажут, и прощай очередное повышение – рискованно, призрак заслуженной пенсии маячит все ближе, надо позаботиться о будущем.

– Можно? – в дверь, постучав, вошел Старостин. – Не отвлекаю?

– Заходи, Илья. Чайку? – Никонов сделал приглашающий жест.

– Почему бы и нет, хотя погода скорее намекает на холодненькое… – Помощник улыбнулся. – Жара.

– Это да… Наточка! – Никонов нажал на кнопку селектора. – Сделай два чая с лимончиком и печенье там захвати, конфеты…

– Несу, Павел Анатольевич!

Через несколько минут в кабинет вошла длинноногая блондинка, неся маленький подносик с дымящимися чашками и вазочкой с печеньем. Улыбнувшись, секретарша поставила его на стол и медленно, покачивая бедрами, удалилась.

– Мировой станок! – Старостин проводил ее взглядом. – Где вы, товарищ полковник, находите таких…

Никонов довольно улыбнулся:

– Места знать надо. Придет время – и у тебя появятся, еще выбирать будешь из многих.

– Хорошо бы, – подполковник тоже улыбнулся, – мне не помешает такая… помощь. – Он отхлебнул чаю.

– Ты, Илья, по делу или так?

– По делу. Один наш друг – хозяин модельного агентства – просит помощи: бандиты его донимают, денег требуют, угрожают… – Старостин тщательно подбирал слова: если они достигнут чужих ушей, ни о чем никому не скажут. – Надо помочь, наверное.

Хозяин кабинета задумался:

– Пожалуй, надо. Мы ведь давно… дружим. Помоги, – он кивнул, – разберись с негодяями.

– Ясно, – подполковник что-то черкнул в маленьком карманном блокноте, – отдам распоряжение.

– Еще что-нибудь? – Никонов смотрел в окно, на «башню» мэрии. – Проблемы?

– Нет, все спокойно… Да и откуда им взяться, знают нас в городе…

– Это хорошо, – полковник несколько раз удовлетворенно кивнул. – Если что, держи меня в курсе.

– Естественно. – Старостин, допив чай, поставил чашечку на поднос. – У вас будут какие-то распоряжения?

Никонов с удовольствием смотрел на подполковника – не зря когда-то выбрал его преемником. Расчетливый, умный, без чистоплюйства: знает слово «надо» и все для этого делает. Когда-нибудь он сядет в кресло полковника, а потом… кто знает? Молодой – вся жизнь впереди и полна радужных перспектив, есть куда расти и стремиться…

– Да нет, раз у нас все хорошо. Так, за порядком следи, чтобы все ровно…

– Есть! – Старостин демонстративно приложил руку к голове. – Разрешите выполнять?

– Разрешаю, – улыбаясь, полковник лениво махнул рукой, обозначая воинское приветствие. – Выполняйте.

Подполковник бесшумно закрыл за собой дверь. Хозяин кабинета еще чуть-чуть ослабил галстук, мельком подумав о здоровье – полнота и высокое давление все чаще напоминали о себе, но времени заняться пока не было. Будет лето… Улыбнувшись, Никонов с удовольствием вспомнил Изабель, валютную шлюху-испанку, с которой он коротал последний отпуск.

Зазвонил телефон. Обычный. Можно не церемониться:

– Кто?

Следующая секунда надолго лишила его сна: меньше всего полковник ожидал услышать собственный голос:

– Это будет недешево… Совсем недешево: дело опасное, многих людей может всколыхнуть.

– Понимаю, – голос собеседника, с легким кавказским акцентом, звучал глуше, – поэтому господин Мамедов предлагает вам… – Он ненадолго замолк. – Вот такую сумму.

Никонов, покрывшись липкой испариной, вспомнил: тогда ему протянули бумажку с внушительным количеством нулей.

– Хм, – он снова услышал себя, – вполне, я бы сказал, достойно… Щедро.

– Это только за один раз. Каждый следующий будет оплачиваться так же. Деньги поступят в течение дня на любой указанный вами счет.

– Что ж, – послышался звон встречающихся бокалов, – тогда предлагаю за сотрудничество?

– С удовольствием! – Судя по голосу, собеседник улыбался. – Не волнуйтесь, все возможные проблемы нами просчитаны, и если возникнут… скажем так, мы готовы устранить их причину.

– Хорошо. Со своей стороны могу гарантировать безопасность и… невнимание моих подчиненных к вашим персонам. Только – вы же понимаете! – наркоманы болтливы…

– Это не проблема, розничная сеть не наша. Мы ввозим и продаем крупные партии, «мелочь» о нас никогда не слышала.

– Правильный подход. Выпьем!

– Выпьем.

В трубке щелкнуло, раздался мужской приятный голос:

– Как вам, товарищ полковник, сценка? Эффектно?

– Кто… кто это? – Никонов тяжело дышал. – С кем я говорю? Отвечать!

– Действительно думаете, что я назову паспортные данные? Вряд ли… – собеседник хмыкнул. – Вопрос в другом: вы поняли, что я, как и ваш партнер по сауне, ищу сотрудничества?

Полковник молчал.

– Алло, Павел Анатольевич, вы там живы? С вашим давлением не стоит так нервничать.

– На записи нет имен, – выдавил из себя Никонов, вытирая бордовое лицо, – ничего нет!

– Зато есть фотографии, есть, в конце концов, возможность фонетически установить личность… Вариантов много, да они, по сути, не нужны – до пенсии вам не дотянуть в любом случае. Это понятно?