Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

– Майор! Здесь «Беркут», – на русском громко крикнул старший.

Кайда, облегченно вздохнув, отозвался:

– Здесь «Кант».

– Походу, наши? – ожил наушник голосом капитана.

– Наши. Не подвел Смирницкий. – Александр повернул голову направо. – Антуан, кавалерия из-за холмов.

– Все закончилось? Мы спасены? – улыбнулся ректор, собираясь встать на ноги.

– Не спешите. Позагорайте немного. – Майор, поднявшись, пошел к шестерке.

Старший уже был метрах в двадцати.

– Здравия желаю, товарищ майор. – Он протянул руку. – Меня зовут Данила.

– Честь имею, – улыбнулся Кайда, пожимая ладонь. – В самый раз вы. Зажали бармалеи. Через болота решили уходить.

– Видели из вертушки. Надо срочно уходить, пока духи не очухались. На Ми–8 раскраска миротворцев ООН. Это их смутило, но, полагаю, ненадолго.

– Согласен, в нашем деле главное что? Вовремя смыться.

Турбины ровно гудели, передавая на корпус мелкую дрожь. Внизу кинолентой тянулась плотная зелень леса с проплешинами болот и блюдцами озер.

Данила, сидящий у боковой двери, знаками показал, что надо поговорить.

– Капитан, пересядь. – Кайда наклонился к уху Носорога. Тот, кивнув, перебрался на свободное место скамейки.

Вагнеровец, переступая через лежащие рюкзаки и ранцы, добрался до майора.

– У меня приказ обеспечить охрану ректора. А вот где будет дислокация, вопрос открытый. Смирницкий предупредил, что в посольство только в крайнем случае.

Александр поморщился:

– У меня вариантов нет. Надо с Туадера поговорить. Жди, я сейчас.

Он пробрался в хвост салона, где ректор с Максом что-то живо обсуждали.

– Антуан, есть тема. Надо определиться, куда теперь. Крайний вариант – наше посольство. Но, с учетом скорых выборов, он не желателен.

– Алекс, с посольством подождем. Оставим на самый пожарный. У Макса идея лучше. У его дяди имеется особнячок в столице. Причем метрах в трехстах от вашего представительства. Три этажа, подвал. Не халупа, очень даже. Дядя занимается не совсем легальным бизнесом, да и человек малообщительный. В общем, территория ограждена каменным забором. Не очень высоким, чуть больше двух метров.

– Вариант. И весьма неплохой. А дядя примет нашу гоп-компанию? Не стесним старика? – улыбнулся Александр.

Макс хохотнул:

– Дядюшка сейчас в Европах. Опять с кем-то что-то не поделил. Подробностей не знаю. А в доме у него бывают весьма импозантные личности. Не нам чета. Сейчас там только прислуга, но у меня льгота на вход.

До особняка добрались без приключений. Спасибо Смирницкому, микроавтобус с тонированными стеклами подкатил прямо к вертолету. Ми–8 приземлился в дальнем углу аэродрома среди четверки таких же, в ооновской окраске. Захватив рюкзаки, они быстренько покинули геликоптер. Оружие на виду не держали, но и особо не прятали. Вагнеровцы прибыли в ЦАР официально для усиления охраны Российского культурного центра.

– Ну так, ничего себе домишко. Скромненько, но со вкусом. Макс, сколько квадратов по полу? – Чупа-Чупс замер в десяти метрах от помпезной, словно вход в гробницу царя племени майя, лестницы.

– Квадратов по полу? В каком смысле? Ты про площадь этажей? Черт его знает. Поинтересуюсь у дяди при встрече. Хотя навряд ли он знает. – Макс с карабином за плечом прошел мимо.

– Не парьтесь, юноша! Такие хоромы нам не светят. – Носорог походя хлопнул по плечу и взбежал по ступенькам.

Данила подошел к стоящему на крыльце Кайде:

– Мы берем под контроль внешний периметр. Вы внутри, ок?

– Годится. Но для такой территории нас маловато. Макс говорил, по углам здания стоят телекамеры. Есть датчики движения вдоль забора.

– Для рутинной охраны от фулиганов, как выражалась моя бабушка. Если прикатят добры молодцы типа тех, что вы обижали нещадно… На датчики с камерами положат с прибором.

– Причем с большим, – усмехнулся майор.

– Да, только что пришло сообщение: прилетели наши парни. Десять бойцов.

– Отлично. С вооружением?

– Только легкое стрелковое.

– Жаль. Парочка базук или РПГ–7 не помешали бы.

– И Т–72 чудненько бы сюда вписался. Чисто конкретно для вразумления реальных пацанов, – хохотнул Данила.

– Кстати, про пацанов. Надо сделать звонок другу. Заскучал, поди.

Чупа-Чупс подошел к майору, сидящему на длинном диване в просторном холле.

– Я тут малость огляделся. Есть пара глухих секторов, из окон не просматриваются.

– А с крыши?

– Вот я и говорю. С крыши как в песне: «Мне сверху видно все, ты так и знай».

– Все поешь? – Носорог возник, словно материализовался из воздуха.

– Ага, «Серенада солнечной долины». Куплет номер два. Исполняется впервые.

– Командир, пожрать в этом дворце падишаха имеется? А то уже через живот можно спину почесать. – Капитан изобразил простецкую мину на лице.

– Макс сказал, прислуга шуршит вовсю. Минут через сорок фуршет нарисуется. Тут еще вводная возникла. Наш французский друг обрадовал. К вечеру в столицу должны возвернуться бандосы. Катят от заимки – и сразу к нам. Ректор, видите ли, им нужен. Сна лишились и кушать не могут, вынь да положи Туадера.

– Ясный палец, до выборов неделя. Все шансы у Антуана. Понимают, что после победы на выборах им светит веревка на нок-рее или забег на длинную дистанцию по местам, где много-много диких обезьян, – фыркнул Чупа-Чупс.

– А господа лягушатники? Жаждут принять участие в охоте на мастодонта? Или по причине врожденной застенчивости надеются загрести жар чужими руками? – Капитан потянул ноздрями воздух. – Блин, жареным мясом запахло. Гип-гип-ура кулинариусам дядюшки Макса.

– С потомками Бонапарта ясности нет. В открытую вряд ли сыграют, но, но, но…

Глава 14

Кавалергарда век недолог

Первый лучик робко мазанул по лицу и тут же спрятался за подвернувшуюся тучку. Не увидев опасности, он весело окатил золотым светом всю комнату. Кайда вздрогнул и проснулся. В гостевой, где на диване он устроился на ночь, плескалось утреннее солнце. Александр потянулся всем телом, пробуждая мышцы. Быстро совершив физиологические надобности, благо санузел располагался в двух шагах, он спустился в холл первого этажа. Капитан обживал вчерашний диван, устроившись с ногами.

– Утро доброе, командир. Надеюсь, и денек не подкачает. А все-таки размер имеет значение. Фантазирую, куда бы такую махину в моей малогабаритной квартирешке пристроить. Вещь!

– Привет ночному дозору! Пока тихо?

– Как в чулане в постный год. Но интуиция, холера ясна, подсказывает, что…

– И причина?

– Под утро в околотке перестали мотобайки гонять. И пешеходов как корова языком…

– Чупа-Чупс куда зашкерился?

– С вечера на крыше. Лень, говорит, по этажам мотаться. Взял жратвы, матрац – и наверх, звездами любоваться.

Последние слова Александр услышал, стремительно взбегая по лестнице.

– Как дела, всевидящий? Дрыхнешь, поди? – Майор, пригнувшись, перебежал к высокому парапету крыши.

Чупа-Чупс даже оглядываться не стал.

– Уснешь тут. Тишина как на кладбище. Только у реки звуки жизни. Походу, заблокировали наш квартал.

– Очень может быть. – Кайда поднял бинокль к глазам.

Улицы