Старая добрая война - Александр Тамоников

Он привел в боевую готовность одноразовый гранатомет, просчитал до десяти и вышел из-за куста.

Боевики сразу увидели его. Передние ряды остановились, как в стоп-кадре, еще не до конца осознавая, что сейчас произойдет. Щербинин воспользовался замешательством и пустил выстрел прямо в эти окаменевшие физиономии. Грянул взрыв, разметавший по склонам балки не менее пяти боевиков. Бросив пустую трубу, рядовой перепрыгнул на другой склон и оказался в заранее определенном укрытии, обычной яме, но под валуном, на котором обустроил позицию пулеметчик. Его маневр остался незамеченным для боевиков. Бандиты, которых обагрила кровь подельников и которые видели, откуда был произведен выстрел, открыли шквальный огонь по кусту, в несколько секунд превратив его в труху. В азарте на передовой рубеж вышли четверо бандитов, оказавшись легкой добычей для рядового Гуляева, ставшего на время пулеметчиком, ручной пулемет Калашникова он позаимствовал у парня из третьего отделения. Гуляев тут же открыл огонь по этим четверым и, длинной очередью выпустив треть магазина, срезал боевиков.

Ставший свидетелем внезапного нападения на отряд из засады, Кадаев, находившийся в замыкании, отдал приказ:

— Всем назад! Отход за изгиб.

Боевики отошли. Кадаев вызвал на связь главаря отряда:

— Наби! Тенгиз!

— Что еще? Что за взрыв в балке?

— Мы налетели на засаду. В овраге заслон, мощный заслон. За считаные минуты я потерял половину отряда.

— И что теперь, — вскричал Наби, — лапы в гору? У тебя гранатометы есть?

— Есть! РПГ-7.

— Пулеметы?

— ПК!

— Гранаты, шайтан тебя побери!

— Есть!

— Так снимай заслон! В балке не может быть много русских, от силы отделение. И укрыться надежно им негде. Атакуй, Тенгиз, если не хочешь, чтобы Мадрас отрезал тебе голову.

Слова Наби напугали и в то же время взбудоражили Кадаева. Он вызвал к себе гранатометчиков:

— Вели, Руслан!

— Тут.

Боевики вышли, неся на плече заряженные РПГ-7, за ними молодой парень из Грузии Вахтанг с сумками для выстрелов.

— Мы сейчас сымитируем атаку, пальнем из-за изгиба, и русские проявят себя. Вы же вот оттуда, — показал он на кусты вершины правого, более высокого и крутого склона, — ударьте по русским, засевшим в балке, из гранатометов.

— Надо бы на другой склон латыша посадить. Мы из РПГ, он из ПК прострелили бы эту чертову балку.

— Ты прав. Латыш! — крикнул Тенгиз в толпу своих вояк.

— Да, командир? — подошел к нему рослый блондин.

— С пулеметом поднимайся на вершину левого склона, там заляжешь, но так, чтобы видел всю открывающуюся до поста балку. Вели и Руслан ударят по заслону из гранатометов, это заставит русских либо отойти к посту, либо, напротив, отойти с поста. Ты должен расстрелять и тех, и других.

— Я все понял!

— Ну, тогда чего стоишь и смотришь на меня? Поднимайся!

— Здесь это нельзя. Надо отойти метров на двадцать-тридцать.

— Так отходи!

— Я пошел.

— Да ступай, ступай! И до чего же вы, прибалты, тупые!

— Не говори так. Не унижай моего достоинства.

— Будет тебе достоинство, когда русские нашпигуют пулями или осколками. Вперед!

— Надо бы извиниться! — не унимался латыш.

— Так нормально? — Тенгиз упер ствол автомата ему в живот.

— Плохо. Но я принимаю извинения.

— И какой идиот нанял вас?

Мераус Таубе, наемник из Латвии, этого уже не слышал. Говорил он медленно, но действовал быстро. Пробежав метров двадцать, легко поднялся на склон и скрылся среди растительности.

— Вот урод прибалтийский, — покачал головой Кадаев, — морда и повадки барские, а, смотри, ушел, как не было. Нет, что-что, а воевать прибалты умеют, естественно, если им хорошо заплатят.

Старший лейтенант Козин понимал, что главарь банды, атаковавшей блокпост с запада, не ушел обратно и сейчас решает, что делать дальше. А дальше он вынужден будет только атаковать. Но не по-тупому, всей ордой по балке. У него гранатометы, пулеметы, он обязательно должен использовать их. Другое дело, и гранатометчикам, и пулеметчикам надо видеть цели, а их можно определить при ведении огня. Значит, главарь банды предпримет имитацию атаки, чтобы вскрыть позиции заслона.

— Внимание всем! — передал по связи старший лейтенант. — На выход «духов» в сектор обстрела не реагировать. Огня без моей команды не открывать. Смотреть на склоны и вершины. Там могут объявиться гранатометчики. Их сбивать при малейшей возможности и без какой-либо команды! Как поняли?

Бойцы по очереди ответили, что приказ поняли.

Гранатометчик и его помощник из отвлекающей банды, скрытно и для разведгруппы, и для бойцов третьего отделения, поднялись на вершину. Залегли. Старший группы Вели взглянул на подельника:

— Готов, Руслан?

— Готов, да позиция плохая, я смогу только поверху ударить.

— Бей поверху.

— Но у «колючки» БМП в капонире за техникой кто-то есть, и он смотрит местность через оптику.

— Черт с ним! Быстро выстрелим, и в сторону. Вахтанг, — повернулся Вели к помощнику с сумками, — готовь выстрелы.

— А что готовить? Достал, отдал.

— Надо быстро.

— Сделаем быстро.

Вели вновь взглянул на подельника:

— Ну что?

— Я, наверное, в БМП ударю.

— Как решит Тенгиз.

По рации Вели вызвал Кадаева.

— Да? — ответил главарь.

— Мы готовы, но у нас плохая позиция, к тому же за местностью смотрит русский, что сидит за броней БМП, развернутой как раз в нашу сторону.

— И что?

— Руслан предлагает ударить по БМП. Балка ему не видна.

— Хорошо. Приготовьтесь, как мы выйдем за изгиб, стреляйте. Нас-то видите?

— Видим.

— Все!

Бойцом на БМП был командир отделения. Он из-за башни внимательно следил за вершинами балок и заметил движение в кустах. Наверх могли подниматься гранатометчики, ведь бандитам в первую очередь надо уничтожить технику. Поэтому сержант Розин вызвал наводчика-оператора рядового Петрова:

— Гена, слева по вершине движение.

— Вижу. Справа, кстати, тоже кто-то пробирается. Накрыть?

— Подожди, пока проявят себя.

— Понял.

А Наби в это время отдал команду оставшимся боевикам:

— Выход в балку, две-три очереди, и обратно. И делать все быстро, если хотите остаться живыми.