Косово Поле. Россия - Дмитрий Черкасов

Присутствующие согласно закивали.

– Тиранию надо уничтожить! – снова вбросил лозунг корреспондент “Невского времени”.

Дамочка-политолог громко рыгнула, смутилась и уронила на пол сумочку.

Поляки сделали вид, что ничего не заметили.

– Я могу помочь с билетами. – предложил Пеньков, искоса разглядывая мощные бедра Войцеха.

– Будем признательны...

– На какое число?

– На первое или второе июня. – Ковальский перехватил взгляд Руслана и незаметно подмигнул своему соотечественнику.

Пановны понимающе кивнул.

– Лукашенко ненавидит прессу, – весомо заявил Рыбаковский, – его КГБ преследует всех инакомыслящих. Тюрьмы переполнены... А красно-коричневое большинство Думы дает ему карт-бланш. Мы в ответе за судьбу демократии в Белоруссии.

Пьяненького Юлика потянуло на самобичевание. Он надрывно всхлипнул.

– Мою выставку в Минске запретили, – Иринова поискала глазами бутылку и набулькала себе полную чашку. – как в шестидесятом запрещали авангардистов. Но ничего? Демократия победит, и мои картины будут украшать столицу свободной Беларуси'

“Избави Бог от этого кошмара!” – с содроганием подумал Пеньков. Ради того, чтобы никогда не видеть опусов Василисы, он был готов подружиться хоть с дьяволом, хоть с Президентом Лукашенко.

Собравшиеся с уважением посмотрели на пострадавшую от самодурства властей художницу. О такой рекламе можно было только мечтать.

Знавший правду журналист из “Невского времени” промолчал.

На самом деле никакая выставка не планировалась и не запрещалась. Иринова просто-напросто послала в несколько белорусских журналов свои картинки, присовокупив к ним истерически требовательные просьбы о публикации и состряпанные на компьютере фальшивые рецензии десятка ведущих мировых художников. Однако она не учла двух моментов. Во-первых, белорусские редакторы неплохо знали английский язык, и фраза “Miss Irinowa is appear the most remarkable artist on Russia” 1 вызвала у них гомерический хохот, и во-вторых, часть “рецензентов” давно поумирали и никак не могли дать хвалебные отзывы на “творчество” Василисы. Околомитьковской рисовальщице отказали, посоветовав для начала сменить стиль. А лучше – попытаться закончить какое-нибудь художественное училище, где ее, может быть, научат дер жать в руке карандаш и объяснят, что такое “композициям.

1 Мисс Иринова есть являться самый замечательный художник на Россия (пекане, англ.).

– А как вступившая в НАТО Польша относится к Лукашенко? – Дамочка-политолог взяла себя в руки.

– Отрицательно, а как же еще?! – выкрикнул Рыбаковский, тщетно пытаясь вспомнить, по какому случаю банкет и кто эти двое, сидящие справа от стола. Юлику очень хотелось в туалет, и он начал пробираться к выходу.

– Только НТВ дает объективную информацию, – вскинул нетвердую руку помощник лидера питерского отделения “Яблока”, – остальные каналы замалчивают... Замалчивают, я сказал! И наша фракция резко выступает против! С Лукой надо поступить как с Милошевичем. Ракетами его, ракетами!

– Правильно! – поддержал Пеньков. – Давно пора!

– И ввести миротворцев! – Политологиня вспрыгнула на любимого конька. – Я сто раз предлагала. Создать контингент из американцев и литовцев и навести в Белоруссии порядок! Коммуно-фашизм надо давить! А Лимонова и его нацболов повесить!

– А почему именно литовцы? – не понял Ковальский.

– Они ближе всех, – отмахнулась дамочка, – и Белоруссия – это исконно литовская земля. Отдать им территорию – и дело с концом!

– Тогда лучше нам, – предложил Пановны.

– Можно вам, – согласилась политологиня, – кому угодно, кто наведет порядок и вздернет эту сволочь Лукашенко. Вместе с Жириновским...

Упоминание имени несгибаемого Вольфовича вызвало у всех собравшихся прилив энтузиазма. Лидера ЛДПР ненавидели порой больше, чем далекого Лукашенко.

– Этого подонка четвертовать мало!..

– А вы читали разоблачения Юшенкевича?

– Григорий Сеич предупреждал!..

– Да я ему! Если дадут! Да я!..

– Да Жириновский – голубой!..

– Педерастов убивать надо! – выкрикнул журналист из “Времени” и осекся.

Все посмотрели на Пенькова.

Руслан приготовился резко ответить, но не успел.

Из коридора послышался утробный скрежет, звук падающего на пол грузного тела и рев, служащий верным признаком того, что кого-то тошнит.

Сидящий у двери помощник Рыбаковского выглянул в коридор.

На заплеванном линолеуме ворочался не дошедший до туалета бородатый Юлик.

Прочитав две сотни страниц из “Военного лагеря”, Рокотов понял, что переоценил свои силы в деле потребления современной российской литературы.

Сюжет был изрядно запутан, что и требовалось от боевика, но детали!

Опять детали.

Вес было бы ничего, если бы автор не оснастил диверсантов из ГРУ “квантово-резонансным излучателем”, превращающим противников в идиотов путем воздействия на человеческий мозг каких-то хитрых биоволн. Да еще и размер “излучателя” марки “Порча” оказался не больше видеокамеры.

“Да-с, господа, тяжело с вами... Один необходимую мощность ядерного заряда рассчитать не может, другой совершает „открытие" в области низкочастотных волн и при этом тактично обходит вопрос об источнике энергии для своего „резонатора". Чтоб он на триста метров работал, да при учете снижения мощности излучения согласно кубу расстояния, ему нужен аккумулятор размером с десятиэтажный дом. И динамик радиусом эдак в человеческий рост... Кстати, а какие такие „кванты" он собрался „резонировать"? Неужто инфразвуковые? Тады мужику надо в Шнобелевский комитет за премией ехать... Э-эх, если б только это!”

Влад отложил книгу и выглянул во двор.

Темнело.

“Пока соберусь, пока доеду... Сегодня – разведка. Так что оружие брать не стоит. К тому же бродить с отобранными у ментов автоматами по тому самому району, где сие безобразие учинено, не стоит...”

Биолог быстро съел бутерброд, запил его чаем, нацепил камуфляж “совка” и выбрался из дома. До станции “Горьковская” ему было десять минут пешком.

Фирм “Авангард” в Питере насчитывается не один десяток. Точнее – пятьдесят семь. Но только у одной офис располагался по адресу Литовский переулок, дом один. Именно этот “Авангард” одновременно фигурировал и в справочнике “Желтые страницы”, и в таможенной справке из кабинета покойного Орден ко.

Рокотов дважды, с перерывом в пятнадцать минут, прошел по Литовскому переулку, заглянул во дворики и в одном из них обнаружил искомую дверь. Довольно хлипкую, но запертую на огромный висячий замок. Забранные решеткой окна были темны. Рядом с вывеской “Авангарда” ярко-красная стрела указывала верное направление к клубу знакомств “Один плюс один”, оккупировавшему соседний подъезд.