Косово Поле. Россия - Дмитрий Черкасов

– И тут – ба-бах! – вскричал Азад. Рокотов от неожиданности вздрогнул. Оказывается, его азербайджанский друг вот уже четверть часа живописал свой выезд на Голубые озера вместе с приятелями-браконьерами.

– Чуть лодку не перевернуло! Представляешь? Кило тротила практически нам под днище ушло, да? Ребята с берега орут, я схватил бредень, рыбу сгребаю... Василий вычерпывает, Мишку взрывом оглушило, Жора подгребает к камышам. Но улов! – Вестибюль-оглы рубанул ребром ладони по своему заросшему курчавой шерстью предплечью. – Вот такие лещи! Как моя рука!

– Врешь ты все, – цинично заявил Влад.

– Это почему? – возмутился смуглолицый браконьер.

– Таких волосатых рыб не бывает! Азад обиженно засопел... Без пяти минут два по переулочку проехала милицейская машина с включенной мигалкой, бросавшей на стены домов синие всполохи. “Мусоровоз” притормозил почти напротив арки, за которой во дворике стоял “мерседес” Владислава, хлопнула дверца, и наружу вылез пузатый прапорщик, прижимающий к груди огромный белый пакет. Судя по очертаниям свертка, в нем находились продолговатые предметы круглого сечения, сильно напоминающие бутылки со спиртным.

Прапорщик что-то весело сказал оставшимся в машине и зашел в дом.

Бело-синий УАЗ рыкнул двигателем и укатил.

– Пора, – шепнул Рокотов.

– Мент назад не выйдет? – озабоченно спросил Вестибюль-оглы.

– Нет. Он явно домой вернулся.

– Тогда пошли...

Вооруженные титановыми гвоздодерами, Влад с Азадом пересекли двор, шмыгнули через неширокую улочку и очутились под невысокой аркой, в стене которой и находилась дверь, ведущая в помещения “Авангарда”.

Ибрагимов пощупал замок, заглянул под деревянный косяк, сбегал до угла и осмотрел окна.

– Нормально... Там занавески висят. Так что свет фонарика с улицы не увидишь,

– Всё равно светим только в пол.

– Бэз базара, – Азад примерился к замку. – Дай-ка я...

– Только не грохочи.

– Нэ бойся, – когда Вестибюль-оглы начинал волноваться, у него усиливался почти незаметный акцент, – нэ пэрвый раз...

Ловкое движение гвоздодером, легкий треск – и сломанный замок упал в заранее подставленную ладонь. Азербайджанец распахнул створку двери и провел лучом фонарика по деревянным панелям.

– Чисто...

Взломщики проникли внутрь и заблокировали за собой дверь, всунув один из гвоздодеров в скобы ручек.

Из небольшого тамбура вел коридорчик, куда с каждой стороны выходили по две двери. Метров через семь коридор поворачивал направо.

– Что ищем? – тихо спросил Азад.

– Две вещи-ящик размером два метра на метр или больше и документы. Бумаги берем все подчистую. Даже из мусорной корзины.

– Ясно. Давай я слева, ты справа...

– Годится, – Рокотов включил свой фонарик и развернул складную сумку.

Обыск продлился около часа.

Контейнера обнаружить не удалось. В двух комнатах, приспособленных под склад, стояли лишь штабеля ящиков с дешевыми винами и упаковки консервов. Бумаг тоже было немного – пачка каких-то расчетов на столе в замусоренном кабинете и несколько записных книжек в выдвижном ящике.

Влад сгреб все бумаги в сумку и уставился на небольшой сейф.

Азад обошел железный параллелепипед со всех сторон и постучал ногтем по серой крашеной поверхности.

– Килограмм сорок-пятьдесят. Берем?

– А что делать? – Рокотов наклонил сейф на себя. – Хватайся и понесли...

Загрузив добычу в “мерседес”, приятели вернулись обратно.

– Так... Теперь надо сымитировать ограбление.

– Это можно, – Вестибюль-оглы ловко вскрыл картонную коробку с бутылками и вытащил из нее пару емкостей с портвейном. – Перетащи насколько ящиков с бухаловым поближе к выходу, открой и жди мэня в машине...

– Смотри не попадись...

– Нэ волнуйся, Владик-джан. Что дэлать, я знаю.

Азербайджанец скрылся в ночи.

Биолог за три минуты выволок в коридор с десяток позвякивающих коробок, взрезал перочинным ножом широкую липкую ленту и даже выставил пять восьмисотграммовых “бомб” у входной двери. Вышел на улицу, огляделся, стянул резиновые перчатки и неспешно направился через улицу к машине.

Азад появился минут через двадцать и деловито устроился на пассажирском месте.

– Сейчас будут.

– Кто?

– Бомжи с вокзала. Я им шепнул, что есть халявное бухло.

– Грамотно, – улыбнулся Влад. – А они не попадутся?

– Нэ должны... Я предупредил, что у них времени немного. Наберут команду и прибегут.

– Большая команда?

– Сколько собрать успеют... Да вон они' По переулку гуськом просеменили несколько согбенных фигур. За первой группой метнулась вторая.

– Пошло веселье! – осклабился Вестибюль-оглы. – Вес подчистую вынесут. И бухалово, и хавку.

– Можно сказать, что мы внесли посильный вклад в социальное обеспечение бездомных, – значительно произнес Рокотов. – Как два мецената... И дело сделали, и людям помогли.

– Ага, – азербайджанец напряженно наблюдал за переулком. – Первые пошли...

Из-под арки быстро выскочили темные фигуры с коробками на плечах и побежали в направлении Литовского проспекта.

– А их менты на вокзале не прихватят?

– Нэт, – Азад нашарил сигареты и закурил, опустив руку вниз, чтобы огонек не был виден через стекло, – у них там все схвачено. Я же раньше тут работал... Половину бомжей знаю. Ментам несколько коробок отдадут, и все дела. А где спрятать халявную жрачку, они найдут. Пустых вагонов много. Искать бесполезно.

– К тому же искать будут те же менты, что схавают свой процент...

– А то! Система четкая... Если платить вовремя и не устраивать беспредела, на вокзале можно хоть десять лет жить.

– Ты тоже платил?

– Канэшно.

– И сколько, если не секрет?

– Процентов сорок... Потом, когда ушел, они меня подставить пытались.

– Зачем?

– Привыкли, козлы, дэньги получать, вот и обиделись...

– Да-а... – Влад опустил спинку кресла назад. – Судя по всему, менты везде одинаковы... Сейчас тоже платишь?

– Нэт. Завязал я с этим – Хватит.

– Не боишься, что рано или поздно возьмут?

– Ха! – Вестибюль-оглы сжал кулак. – Пусть попробуют. Я страховку сделал. Если полезут, наш районный прокурор лично им задницы порвет...

– Серьезно?

– Ну... Я один раз Терпигорева на та-аком деле подловил! Пэрсик! И документы у меня есть. Оригиналы. И он это знает. Так что всё путем.