Под чужим именем - Дмитрий Дубинин

Толкнув нужную дверь, я очутился в пустом прохладном вестибюле. За стойкой с ключами сидел невзрачного вида мужчина-азиат. Это обстоятельство меня немного успокоило — я смутно представлял себе, как в данной ситуации пришлось бы повести разговор с женщиной.

Не успел я подойти к стойке, как «дежурный администратор» — так было написано на табличке — сразу же заявил:

— Мест нет!

Я подошел ближе, перегнулся, насколько это было возможно, через барьер и негромко спросил:

— Где Партизан?

— Какой партизан? — c недоумением уставился на меня администратор. Причем, похоже, с искренним недоумением.

— Ладно… Мужчина такой… — Я обрисовал Сергея Юрьевича. — Здесь останавливался?

— Да, но он съехал…

— Совсем недавно, да?

— Да, но туда уже поселили…

— Хорошо, а дочь его осталась здесь?

— Дочь? — Недоумение усилилось.

— Дочь… — Я назвал ее приметы.

— Ах, значит, дочь…

— Ну да. Меня попросили кое-что передать ему или ей. В каком она номере?

— Во втором…

— Люкс?.. — Я покосился на список.

— Да. Я сейчас ей позвоню. — Администратор склонился к телефону.

— Стой. — Я сказал это тихо и зловеще. — Не надо звонить. Я сам пойду.

— Не положено…

— И ты мне сейчас дашь запасной ключ.

— Да вы что, в самом деле… — возмущенно начал он, но осекся, увидев наставленный на него пистолет.

— Сейчас ты возьмешь ключ, — продолжал я, — и пойдешь со мной. Поднимешь шум — пеняй на себя.

— О Аллах, как вы мне тут все надоели, — с усталостью в голосе произнес администратор. — Каждый день, каждый день… Пойдем. — Он тяжело вздохнул, взял ключ и вышел из-за стойки.

— Вперед, — скомандовал я.

— Знаю уж, — отозвался он.

Мы поднялись на верхний этаж и прошли в дальний угол коридора, где были две двери, ведущие в первый и второй номера-люксы.

— Давай ключ, — сказал я. Получив его, я спросил: — Где черный ход или пожарная лестница?

— Вон там. — Администратор показал.

— Пошли.

— Только по голове не бей, — попросил администратор жалобно. — На ней и так живого места нет… Тут была веревка — если хочешь, вяжи… Я тихо буду сидеть…

— Ладно. Открывай дверь.

Мы вышли на черную лестницу, полную пыли и грязи.

— Доставай свою веревку.

Администратор покорно протянул ее мне, и я принялся тщательно привязывать бедолагу к перилам. Он вызывал одну лишь жалость, и мне было страшно неловко.

— Так, — сказал я. — Бить я тебя не буду. Вернусь — развяжу. Дергаться не будешь — получишь двадцать долларов. Ясно?

Тот закивал головой.

— Ну, бывай. — Я вышел в коридор и двинулся ко второму номеру… Несколько долларовых бумажек я недавно извлек из Курметова бумажника — его он держал в машине. Так что двадцать баксов для меня погоды не делали.

Дверь номера была заперта. Я приложил ухо к замочной скважине. Шумела вода. Замечательно.

Я открыл дверь ключом, запер ее изнутри и внимательно осмотрел номер. Никого. Подошел к двери в ванную. Так, вроде одна…

На глаза мне попался электрофен, я воткнул вилку в сеть и проверил. Фен работал. Его я взял в левую руку, правой достал пистолет, после чего с легкого разбега высадил дверь ногой.

… Она лежала в наполненной до краев ванне и смотрела на меня своими прекрасными голубыми глазами, в которых я читал удивление, ужас и ярость… Она сделала инстинктивную попытку прикрыть наготу руками и открыла рот, наверное. чтобы закричать.

— Не поднимай шума, — сказал я, выразительно пошевелив пистолетом. — Я у тебя в гостях. Здравствуй, красавица,