Последний штурм - Александр Тамоников

Он спросил у Илеса:

— Ты минировал опоры, используя акваланг?

— Конечно.

— И где он сейчас, этот акваланг?

— В яме за забором усадьбы Адама, за огородом. Там много железа валяется.

Сургин все понял. Он хлопнул напарника по плечу:

— Молодец, Слава!

И обернувшись к Юсупову:

— Ну, вот и причина для возвращения, Муса. Скажешь Гардаеву, объяснишь ему, что решил наряду с заменой электродетонатора еще раз, для подстраховки, проверить целостность проводки, проложенной по дну. А для того чтобы запустить в реку Илеса, нужен акваланг. Так вот, ты прикажешь Адаму, пока будем ехать до Некрасовска, перетащить снаряжение к дому. Чтобы тебе быстро забрать его. Да, воздух в баллонах есть?

Илисханов ответил:

— В баллоне. Я использовал один баллон. А воздух в нем остался. Немного, но на полчаса работы хватит. А большего для проверки дна и не требуется.

Андрей довольно улыбнулся:

— Ну, вот и нашли решение! – Он обратился к Юсупову: – Давай, Муса, вызывай земляка и поторопись, нам через пятнадцать минут надо быть у него во дворе.

Юсупов уже поднес ко рту рацию, как раздался сигнал вызова на станции Сургина.

Майор ответил:

— Да, Николай Викторович?

— Отставить захват Гардаева!

— Что-то изменилось?

— Я решил пока не трогать его.

— Почему?

— Что-то подсказывает мне, что правильнее будет понаблюдать за этим Адамом. Он может быть связан и с Гулаевым, и еще кое с кем, кто в этой игре нам неизвестен. Взять-то Гардаева мы всегда успеем.

Андрей проговорил:

— Что ж, возможно, вы и правы. Но тогда что делать нам с пленниками?

— Подгоните «семерку» к месту, где ранее завалили боевиков, забросьте трупы в тачку и взорвите все и всех к чертовой матери. Юсупова же с Илисхановым выводите по дороге в сторону поселка Ропша. На выходе из лесного массива увидите светлую «девятку» с московскими номерами. Грузитесь в нее и двигайте ко мне на дачу. В спальне, под кроватью, люк, под ним подвал, туда и спустите пленников. Там же ожидайте и моего появления. Ясна задача?

Сургин ответил:

— Ясна. Приступаем к выполнению.

— Давай, Андрюша, до встречи в Яровой. Конец связи.

— Конец.

Отключившись от Потапова, Андрей повернулся к Юсупову:

— Отставить связь! – И обратился к Павлову: – Слава, забери у него рацию!

Капитан выполнил распоряжение майора.

— Садись, Слава, в тачку и подъезжай к просеке, что открывает вход в балку. А я отведу их туда. Надо сделать кое-что, перед тем как уйти.

К балке подошли спустя двадцать минут.

Остановились на краю пологого склона. На дне небольшого оврага виднелась куча хвороста.

И Юсупов и Илисханов поняли, ЧТО лежит под этой кучей. Муса выкрикнул:

— Вы привели нас сюда…

И упал на колени:

— Прошу, не убивайте! Я еще могу вам пригодиться! Я много знаю. Допросите, все скажу, только не убивайте.

Илес сильно побледнел, однако остался на ногах, но и его глаза искрились мольбой.

Сургин усмехнулся:

— Что, жить хочется?

Юсупов запричитал:

— Да, да, да! Все сделаю, верным псом служить буду…

Майор прервал его всхлипы:

— Заткнись, ублюдок, и встал! Быстро!

Муса вскочил. На спутанную бороду стекала мутная жижа, на щеке повис ком земли.

Сургин приказал:

— Приведи себя в порядок, воин! Как других взрывать – ты герой, а как отвечать – пощады просишь? Молчи!

Показался Павлов. Он крикнул Андрею:

— Порядок, командир, машина метрах в пятнадцати отсюда, в просеке у самых кустов!

— Понял.

Юсупов успел очиститься от грязи и стоял, трясясь всем телом, рядом с Илисхановым.

Сургин указал на кучу хвороста:

— Спускаетесь вниз, разгребаете кучу. Там ваши бывшие подельники. Перетаскиваете их тела к машине. Не суетясь, но быстро. Пошли!

Чеченцы рванулись к противоположному склону. Через полчаса трупы членов банды Юсупова были упакованы в «семерку». Андрей приказал Павлову отвести к развилке Мусу с Илесом. Убедившись, что те отошли на безопасное расстояние, выстрелил из бесшумного автомата в бак. Из пулевых отверстий на мокрую землю заструились ручейки бензина. Бак был заполнен под завязку. Затем разбив стекла дверей, Андрей отошел за широкий дуб, что рос метрах в семи-восьми от места, где стояла обреченная «семерка» – склеп тех, кто встал на путь террора. Извлек из карманов камуфляжа две гранаты, изъятые ранее у бандитов, метнул их одну за другой в салон, отпрянув за дерево. Два взрыва слились в один. За ним последовал третий, более мощный.

Сургин закурил, проговорив:

— Вот так, казбеки, нашли вы себе крематорий в центре России. И поделом. Не суйся, куда не звали.

Он обошел факел и вскоре вышел к развилке, где его ждали Павлов и плененные Юсупов с Илисхановым.

Андрей подошел к Мусе, указал рукой за спину:

— Пламя видишь?

— Да, да, вижу.

— Там должен был гореть и ты! Но раз поклялся работать на нас, я оставил тебе жизнь. Учти, ты живешь, пока нужен! Это касается и твоего дружка, понял?

— Так точно, – по-военному ответил Юсупов.

— Вот и хорошо. А теперь той же колонной, Илес впереди, Юсупов за ним, вперед к поселку Ропша. Марш в ускоренном темпе!

Бандиты чуть не побежали по скользкой грунтовке. А сзади над лесом поднимался черный дым.

«Девятку» они увидели через сорок минут. Она одна-одинешенька стояла на самом краю лесного массива. В салоне находились документы, сухое белье для офицеров и наручники для пленников. Сняв с себя промокший камуфляж, Сургин с Павловым бросили его в багажник, туда же уложили и автоматическое оружие, оставив при себе лишь пистолеты. В одном из карманов майор обнаружил черную клейкую ленту. Генерал предусмотрел все. Бандиты не должны видеть лиц тех, кто их захватил, а спецназовцы не могли ехать в масках. Ну, разве что до первого поста ДПС. Отсюда и лента. Заковав бандитов, связав их и заклеив глаза и рты, сбросили тела в пространство между сиденьями. Андрей включил передачу и вывел автомобиль на песчаную обочину. По ней сейчас было ехать гораздо легче, чем по самой дороге. Вячеслав сбоку от кресла обнаружил два компакт-диска формата МР-3 с зарубежной и отечественной эстрадой. Вставил импорт в магнитолу. Салон наполнился ритмичной, но приятной, не давящей на психику музыкой.