Масштабная операция - Валерий Рощин

— Что я могу сказать о них? — встал худощавый подполковник. — Весть о непонятных подозрениях, стала сродни шоку…

— Давайте без красочных описаний эмоций. Ближе к делу, — поморщился командир опергруппы.

— Короче говоря, коллектив не видит причин, для столь тяжких обвинений кого-либо из наших людей, — набрав в легкие воздуха, твердо заявил гость из Северной столицы. — Торбин, Воронцов и Шипилло — профессионалы, прошли огонь и воду. Зарекомендовали себя с самой лучшей стороны…

— Забудьте на полчаса о солидарности и своей… этой, как ее… корпоративной этике! В данном случае мы оперируем фактами, добытыми ни кем-нибудь, а вашими же сослуживцами! Вон на столе валяется распечатка радиограмм Сомова… Можете полюбопытствовать.

«Воспитатель» промолчал. Осознавая правоту генерала, он по-прежнему ощущал на себе пристальные и выжидательные взоры присутствующих. Опустив глаза, признался:

— Есть одна слабая зацепка. Не знаю, поможет ли она в расследовании… Но только я хотел бы наедине, товарищ генерал-майор.

— Нет уж, увольте подполковник. Мы собрались здесь не сплетни выслушивать, а дерьмо разгребать. Кучу дерьма, наваленную на всех нас одним из ваших «профессионалов»! Ясно?

Тот утвердительно кивнул…

— Докладывайте при всех. Если, конечно, есть что доложить, а коль собрались попусту балаболить, то лучше помолчите. Итак, слушаем…

— Возможно, тут замешана девица… — начал вконец расстроенный офицер, — а точнее — дочь полковника Щербинина.

— И позвольте же узнать: а при чем здесь отпрыски Юрия Леонидовича? — продолжал допытываться генерал.

— Торбин и Воронцов вроде бы друзья, но оба знакомы с девушкой. Оба добиваются ее расположения. И… если не ошибаюсь, между ними состоялась дуэль…

— Совсем охренели!.. — откинулся на спинку единственного стула Бондарь и грозно уставился на бывшего замполита: — у вас что там в Петербурге, бойцы столбовыми дворянами себя возомнили? И почему, скажите на милость, если дошло то такого беспредела, этих двоих посылают сюда одновременно!? Более того, Щербинин сует их в одну спецгруппу!

— Происходящее здесь, равно как и деятельность руководства уже не в моей компетенции, — смущенно пожал плечами собеседник, — а вот противостояние двух молодых людей — такой же бесспорный факт.

— Деятельность руководства!.. — ехидно передразнил его генерал-майор. — А вы-то тогда кем в «Шторме» приходитесь? Ночным сторожем подрабатываете?..

Покачав головой, он молча посмотрел на остальных офицеров. На лицах отчетливо читалось сомнение в адрес озвученной новости. Их скептическое настроение передалось и ему. Ухмыльнувшись, командир соединения с издевкой продолжил «следствие»:

— Полагаете, обезумевший любовник мог из-за какой-то бабы преспокойно расправиться с сослуживцами, не имеющих к ней ни малейшего касательства?

— Я ничего не полагаю, просто других объяснений у меня нет, — корректно оппонировал «воспитатель».

— Бред какой-то… Если бы разборки Торбина и Воронцова перешли все границы — они попросту перерезали бы друг другу глотки. И все бы на этом закончилось…

— Ну а что можете поведать о прапорщике? — впервые подал голос Сергей Аркадьевич — полковник ФСБ, возвращая собеседников к истокам проблемной темы.

— Сергей Шипилло — надежный мужик, отличный снайпер, неоднократно выполнял…

— А мы и не сомневаемся, — меняя шутливый тон на раздражение, резко прервал оглашение очередной положительной характеристики Бондарь, — все трое — герои!.. Профессионалы!.. И преданные, ё… вашу мать, сыны Отечества! Все, да не все!.. Из восьми ушедших — четыре трупа, плюс один инвалид… Вот показатель вашей «надежности»!

— Может быть, замечались за кем-то из них выходящие за рамки логики поступки, странности, или же у кого-то ни с того ни сего появлялись шальные деньги? — мягко продолжал вытягивать нужные сведения контрразведчик.

Боязливо косясь на руководителя оперативной группы и побаиваясь очередной вспышки гнева, подполковник промямлил:

— Если вы не стали бы возражать, к завтрашнему дню я бы попробовал выяснить такие подробности…

— Почему вы именно этот день выбрали — «завтра», а не другой какой-нибудь — не «сегодня», скажем? — снова завелся Бондарь. Похоже, за время их короткого знакомства бывший замполит успел завоевать устойчивую антипатию боевого генерала. — Отставить «завтра»! Сегодня же свяжитесь с Питером и вечером подробно доложите полковнику. Ясно?

— Так точно…

— В моей практике случались всякие казусы, — поспешил вставить реплику Сергей Аркадьевич, чувствуя, что терпение пожилого вояки вот-вот иссякнет. Кроме того, версия зашкалившей ревности, сумасбродной ему отнюдь не показалась и он, спасая бедного «воспитателя», припомнил некоторые из упомянутых фортелей: — помнится, мужики ради смазливых теток и бомбы мастерили, и вокзалы минировали, и даже государственной изменой не гнушались. Надобно как следует обжевать эту гипотезу, прежде чем отбросить.

— Ладно, обжевывайте, — согласился командир оперативной группы, всё одно не видя другого выходя. — Срок вам на все про все — двое суток. Извещайте меня о любых сдвигах в этом чертовом деле. Свободны…