Демонстрация силы - Михаил Нестеров

Тель-Авив, Израиль

Перед очередной встречей с начальником «Амана», которая должна была пройти в расширенном составе (на совещание был приглашен представитель ВМС США Дэвид Маккормик), Абрамов с утра заехал в российское посольство. Там он встретился с военным атташе Николаем Семенихиным. Через него связался со штабом и отдал распоряжение своему помощнику пробить по всем каналам лиц, упомянутых в списке, находящемся в папке с текущими делами.

— Проверь их телефонные счета, Гриша, кому они звонят. Открыты ли счета в банках, сколько и как часто они снимают деньги, платят ли налоги.

И почти по всем пунктам получил ответы, заодно и ксерокопию списка «морских разбойников», предоставленного полковником Сергеем Волковым.

— Почему ты заинтересовался этими людьми? — в свою очередь, спросил Семенихин, одетый в белую рубашку с распахнутым воротом и закатанными, как на допросе, рукавами.

— Да мелькнула одна мыслишка и одна догадка, — туманно ответил Абрамов.

Он наскоро повторил беседу с Волковым, устроившись напротив атташе и положив ногу на ногу. Закончив короткий рассказ, он по привычке размышлял вслух, пробегая глазами полученную из Москвы информацию.

— Из семи человек пятеро проходили службу в спецподразделениях ВМФ. Первый в списке — Евгений Сергеевич Блинков, второй — Николай Петрович Кокарев. Прошли подготовку в Севастопольской школе водолазов, закончили курсы по подготовке боевых пловцов. Оба имели командные воинские должности. Со службы уволились в один день.

— Это важно? — спросил Семенихин, постепенно вникая в смысл.

— Может быть, и важно, — пожал плечами Абрамов и продолжил озвучивать документ. — Так, про Кокарева ничего не сказано, а вот Блинков отучился два года в ГИТИСе, после чего был забрит в армию. Да, блин, артист, хорошую роль выбрал. Теперь про обоих. Блинков и Кокарев участвовали в операции Минобороны для отправки двух отрядов военных кораблей в район Аравийского моря.

— В связи с ситуацией вокруг Ирака? — уточнил атташе, покивав седоватой головой. Он был в курсе этой крупномасштабной операции. Планировалось два варианта сценария учений. Первый: захват важного берегового объекта морской пехотой. Например, нефтяные терминалы Умм-Касра. Второй: сражение с авианосной ударной группой вероятного противника. Еще в феврале 2003 года Сергей Иванов, выступая в Мюнхене, заявил, что в состав отряда войдет «около десяти боевых кораблей, в том числе надводных, подводных и больших десантных». А также не менее трех атомных субмарин. Такой отряд в представлении Семенихина напоминал айсберг — большая часть его огневой мощи сосредоточена под водой. Отряд боевых кораблей Черноморского флота в составе крейсера «Москва», большого десантного корабля «Цезарь Куников» и двух сторожевиков покинет Севастополь и за десять-двенадцать суток преодолеет Босфор, Дарданеллы, Суэцкий канал и Красное море и приблизится к зоне боевых действий. Затем силы отряда удвоятся — в Индийский океан придут три корабля Тихоокеанского флота. Плюс подлодки Северного флота, которые к тому времени уже были развернуты вблизи района конфликта, действуя скрытно и управляясь непосредственно из Москвы[6].

— Твои «котики» дислоцировались на десантном корабле? — спросил Семенихин.

— В бумагах об этом ничего не сказано. Скорее всего группа боевых пловцов находилась на подлодке капитана Первухина. Именно на него взвалили эвакуацию морпехов с побережья Кувейта. Сей факт говорит о том, что на эту рискованную кампанию отбирались лучшие из лучших.

— Сей факт подтверждает это, — подкорректировал атташе.

— Пусть так, — согласился Абрамов. — Дальше. Сергей Михайлович Клюев — связист. Михаил Николаевич Чижов и Тимур Фаридович Музаев — разведчики.

— Тоже спецназовцы?

— Да. Все трое проходили службу в отделении морской пехоты. Борис Игнатьевич Родин и Владимир Владимирович Веселовский — в армии не служили. Точнее, — вчитался Абрамов, — этот «три дабл-ю» откосил — комиссовался, прослужив всего полгода на должности оператора наведения антенных систем станции космической связи.

— Служил в Военно-космических силах, — покивал атташе.

— Точно. Оба закончили московские вузы и имеют степени бакалавров по части — цитирую: иностранных языков. Спортсмены, увлекаются дайвингом.

Абрамов присвистнул, едва окинул взглядом столбцы их телефонных счетов.

— Даже если брать междугородные звонки, будучи переведенные в живые деньги, они могли обеспечить беззаботную старость и мне, и тебе, — заметил он Семе-нихину.

— Можешь сказать, зачем тебе это?

— Обязательно скажу. Может быть, завтра. А пока надо помозговать над следующим. Вопрос: где, на каком этапе встретились эти люди и как родилась идея заняться морским разбоем?

Семенихин, внимательно слушавший товарища, ответил:

— Предположение: на почве совместного интереса — дайвинга. А дальше пошло-поехало.

— Слишком банально, — ответил Абрамов. — Думаю, эта троица морпехов входила в состав группы, которая была эвакуирована на подлодку Первухина. Такую информацию даже в штабе получить будет непросто.

— Никто из них до сих пор нигде не работал? — проявил проницательность атташе.