Гильза в петлице - Александр Афанасьев

– Вон тот – что торчит?

– Пьяный, что ли…

– Да непохоже.

– До нас побежит…

– Отметь, передай данные…

– Второй, внимание всем! Карлсон выходит, двое с ним. Приготовились работать!

Захват прошел почти буднично.

Три человека вышли из кафе, только что они договорились о новых поставках и были весьма довольны друг другом. Машина одного из них была припаркована на стоянке перед кафе, ему бояться было нечего, у двоих – во дворах. Они пожали друг другу руки – и в этот момент идущий со стороны Удмуртской фургон с высокой крышей резко затормозил, и из него как горох посыпались люди в черном.

– На землю! Работает СОБР!

– Так, побежал…

– Куда?

– На улицу…

– Давай отсчет…

Водитель перекинул коробку в режим заднего хода… «Тойота» начала разгоняться…

– Пять… четыре… три… два… сейчас!

Водитель даванул на газ, и машина, ударив багажником бегущего, сбила его с ног и вылетела на улицу. Улица была не слишком оживленной, но кто-то едва успел затормозить.

– Охренел!

Двое уже бежали к сбитому ими человеку с пистолетами в руках.

– Замер! Замер!

Лежащий как-то боком человек выкрикнул, как плюнул:

– Слава Украине!

Его рука была уже в кармане. Парень в куртке – дутике – среагировал первым, он прыгнул на террориста, пытаясь перехватить его руку. Глухо хлопнул взрыв, обоих подбросило…

Управление ФСБ по Удмуртской Республике находится на перекрестке старейших улиц города – Советской и Пушкинской. Это четырехэтажное здание сталинской постройки, относительно небольшое, но для такой небольшой республики – вполне достаточное. Сейчас – несмотря на ночь – окна в нем горели.

ЧП…

Здоровяк, под метр девяносто ростом, оставил машину на пустой стоянке напротив, у великолепного ансамбля домов сталинской постройки. Перебежал улицу, нырнул в подъезд здания, одним из архитектурных элементов которого были щит и меч. Провел картой по новому, недавно установленному валидатору, поднялся бегом на второй этаж…

Человек в форме без знаков различия поднялся навстречу:

– Ну?

Здоровяк покачал головой.

Хозяин кабинета, звякнув ключами, открыл старомодный сейф, достал бутылку коньяка и два маленьких, охотничьих серебряных стаканчика. Здоровяк отрицательно качнул головой:

– Не буду.

– Святое…

Здоровяк принял стаканчик, замахнул в себя, поморщился.

– С…и. Восемь литров крови перелили. Не помогло. Как чувствовал… утром он сел в машину, говорю – жилет надел? Он – обижаете, шеф. А не помогло.

– От гранаты не поможет.

Как и все – сотрудники МВД и ФСБ по Удмуртской Республике – прошли Кавказ. У МВД – были потери. У ФСБ – потерь не было.

До сегодняшнего дня.

– Установили?

– Установили. По оторванному пальцу. Юсеф Шарипов, крымско-татарский активист, тридцать восемь лет. Принял радикальный ислам, находился в федеральном розыске. Предположительно находился в Сирии.

– Да хрен там, – отозвался здоровяк, – здесь он был где-то. Ориентировался нормально, да и… загар у него был не свежий, когда только что с югов – загар другой.

Оба – и хозяин кабинета, и гость – помолчали, подумав об одном и том же. Шла игра. Большая игра. Отдельные чиновники в соседней республике – причем чиновники, находящиеся на очень высоких должностях – втихую вели двойную игру с Центром. В республике привечалась всякая шваль, около Казани – возникали пригороды, где ситуацию контролировали подозрительные типы, все как один с бородами, но без усов и в штанах до середины голени. Существовала не менее агрессивная, чем в Украине, «свидомая» интеллигенция – они так «любили» свой народ, что готовы были втравить его в любую авантюру, не исключая и братоубийственную войну, только бы реализовать свои болезненные фантазии, подпитанные из европейских или турецких источников. А ведь турки – они едва ли не активнее европейцев были. Не зря – приезжал Эрдоган, выступал в местном университете, соловьем заливался насчет единства тюркских народов, не зря – претензии предъявляют на Казахстан, на Крым, на всю Сибирь как на «исконно тюркские» территории, где живут «братья по крови». Турция – это сила, это Империя, пусть и разгромленная, разорванная на части, помнящая свой опыт и свое предназначение, это и «серые волки», тайное братство турецких экстремистов, это и фонд Фетуллаха Гюлена – турецкие олигархи не футбольные клубы покупают, они создают фонды, чтобы распространять Турцию за горизонт, открывают бесплатные школы, подкупают, дают гранты. А хоть один российский олигарх, окешившись, такой фонд открыл? Или лучше замок в Англии купить? Турция и Польша – две разгромленные империи, но кто сказал, что они разгромлены навсегда? Проявить слабость – и следующим разгромленным, разорванным на части – будешь уже ты, друг мой…

– А фигурант?

– Молчит. Орет только, что нам это так с рук не сойдет.

– Разрешите, я с ним…

– Не разрешаю.

– Павел Леонидович…

– Нет! Не разрешаю. И ты сам понимаешь почему. Личному в нашем деле – места нет и быть не может.

– Не… – сказал здоровяк, – не… я его бить не буду. Не дождется. Павел Леонидович… время уходит…

Заместитель коммерческого директора ЧМЗ Виктор Гельман не мог понять, что произошло и за что его арестовали.

Он только что прибыл из Москвы, где заключил очередной контракт на поставку изделий из редкоземельных металлов. Пока их команда работает – они каждый год показывают уверенный плюс, выручка выросла до тридцати миллиардов в год. Выход на китайский рынок – а они уже отправили туда первую партию циркониевых поковок – в перспективе сулил удвоение выручки и превращение ЧМЗ в крупнейшее предприятие специальной металлургии в мире. Китай… это же бездонный рынок, и вот в чем загвоздка. Китай мог производить практически любую продукцию по себестоимости ниже, чем в России, и чтобы обогнать его в этом, России следовало бы переместиться на пару тысяч километров южнее, урезать зарплаты, а также перенести все основные производства на берег моря, чтобы все логистические операции производить самым дешевым, водным путем. Понятно, что это невозможно. К тому же Китай обгонял Россию еще и в наработанной электронной базе. Но у России имелось одно, но важнейшее, оставшееся еще от СССР преимущество. Это металловедение и материаловедение. Сложные сплавы, сплавы с экстремальными характеристиками: чтобы просто воспроизвести то, что делают другие, нужны годы работы и мощнейшие материаловедческие и металлургические школы. А за это время конкуренты уйдут дальше. Часть Китай получил за бесценок с Украины, от института Патона, но там с 1991 года практически никаких серьезных исследований не вели – денег не было. А в современном мире и год – два отставания – уже вечность. Прорвались же русские на авиарынок со своими уникальными самолетами с полностью композитными крыльями? Всего пять – семь процентов экономии горючего – но и это критично…