Химическая война - Александр Тамоников

Сирия, восточный пригород Алеппо. Несколько дней назад

Калибар каждый раз радовался как ребенок, когда отряд доставки благополучно возвращался в Алеппо с запасом снарядов. В его распоряжении оказывалось двадцать новеньких зарядов. Целых двадцать штук! Это же несколько полноценных залпов по противнику.

Печалило его лишь одно: пройдет всего два-три дня, его люди выследят и определят новые цели, расчеты их уничтожат, и его отряд снова останется без боеприпасов.

Он сотни раз возвращался к одной и той же мысли: почему этот чертов завод находится так далеко от линии соприкосновения с противником? Почему его нельзя было сделать более мобильным и каждый раз перемещать, располагая в тридцати-сорока километрах от фронта? Обнаружить подобное производство с воздуха практически невозможно — с виду это строение средних размеров по типу автомобильных мастерских. Таких немало разбросано в пригороде любого населенного пункта. Отгрузка готовой продукции в основном осуществляется ночью.

Но что было горевать, если ничего поделать с этим Муса не мог.

Встретив поздно вечером своих людей, он пересчитал снаряды, вызвал разведчика — поляка Магека Крачека и приказал к утру определиться с новыми целями.

Кивнув, тот отправился выполнять приказание…

Следующим утром поляк буквально ворвался в расположение штаба отряда:

— Муса, у нас имеется отличная цель!

— Вот как? — отложил тот карту восточных кварталов города. — Ты очень быстро справился с заданием, брат. И что же это?

Крачек ринулся к карте. Согнувшись пополам, пару секунд совмещал имевшуюся в голове реальную картинку с изображением на бумаге, потом уверенно ткнул пальцем в пересечение двух улиц:

— Здесь!

— Что «здесь»?

— Час назад на этот перекресток прибыли два грузовика с гуманитарной помощью для населения.

— Так-так, продолжай, — заинтересовался полевой командир.

— Мы с Халамом еще ночью пробрались по тоннелю в соседний квартал и засели на третьем этаже полуразрушенного дома. В восемь утра заметили, как на перекрестке остановились два больших грузовика. К ним сразу подошли солдаты и начали разгружать коробки, ящики, мешки. Мы немного понаблюдали, а когда стали подтягиваться гражданские из близлежащих кварталов — вернулись сюда.

— Значит, русские доставили гуманитарную помощь?

— Выходит, так.

— Вот что сделаем… — От радости Муса взволнованно потирал ладони. — Я сейчас дам приказ расчетам готовить установки к залпам. А ты с Халамом снова вернешься в тот дом, прихватив с собой рацию.

— Муса, днем шарахаться под носом у противника крайне рискованно, — напомнил поляк.

— Знаю. Но вы должны это сделать, Магек.

— Хорошо. Постараемся.

— Дайте нам знать, как только на перекрестке соберется побольше народа. А когда прилетят наши снаряды, зафиксируете результат, доложите по радио и немедленно уходите.

— Понял.

— Удачи, брат! Я на вас надеюсь…

Сразу после ухода разведчиков Калибар вызвал командиров расчетов и, показав на карте перекресток двух улиц восточного Алеппо, поставил задачу приготовить установки к бою.

Закипела работа. Цель была непростой, так как находилась под своеобразной защитой уцелевших после многократных обстрелов зданий. Установки пришлось перетаскивать на другую позицию. Туда же перенесли снаряды и закрепили на направляющих. Командиры еще раз произвели расчеты и подкорректировали наводку.

Через полтора часа все было готово.

Для осуществления залпов требовалось дождаться команды разведчиков. Но они почему-то молчали.

Лишь в начале второго часа дня рация в штабном помещении, похожем на блиндаж, ожила голосом поляка.

— «Дахук» вызывает «Заху», — негромко позвал тот.

— «Дахук», «Заха» на связи! — тут же ответил Муса.

— Начинайте работу! Срочно начинайте работу!

«Почему он так торопит? — удивлялся полевой командир, пока выбегал из блиндажа. — Рядом неверные, или Магек опасается упустить верный момент?..»

— Абдель, Рияз! — рявкнул он.

— Мы здесь, Муса! — ответили командиры расчетов.

— К залпу готовы?

— Готовы.

— Огонь!

Спустя несколько секунд площадка, где стояли пусковые установки, наполнилась едким пороховым дымом. В небо с шипением и ревом один за другим ушли десять снарядов.

По отработанному правилу расчеты после залпов спешно меняли место дислокации, иначе можно было нарваться на ответный удар артиллерии или минометов. Впрягшись в полегчавшие установки, боевики оттащили их в закрытые дворы и замаскировали высохшими ветвями.