Зашифрованная жизнь - Сергей Соболев

Баакуба, Ирак

День двенадцатый

Небольшая колонна транспортов – «Хамви», грузовой фургон и черный «Джип Коммандер» – в шестом часу утра свернула с четырехрядного шоссе к комплексу Международного аэропорта Багдад, что расположен в десяти милях на запад от центра столицы Ирака.

Машины миновали несколько блокпостов, охраняемых преимущественно силами Коалиции. Въехали на территорию аэропорта. Слева, в полукилометре, возвышалось громоздкое обшарпанное здание центрального пассажирского терминала – его построила французская фирма по проекту, лично утвержденному ныне покойным диктатором.

Вскоре миновали и стоянку транспортных и пассажирских лайнеров, следуя прямо по выложенной плитами рулежной дорожке, сохранившей на покрытой паутиной трещин поверхности следы касания сотен колес самолетных шасси.

В дальнем конце комплекса, возле одной из диспетчерских вышек, на площадке, в «кармане», сиротливо мок под припустившим под утро дождем транспортный борт «C-130H Hercules».

Это аналог российского «Черного тюльпана». С той лишь разницей, что данный конкретный борт используется для транспортировки «двухсотых» – сначала в турецкий Инжирлик, а оттуда уже по назначению – не из числа военнослужащих, но погибших в Ираке или убитых инсургентами сотрудников частных охранных фирм, военных подрядчиков и аутсорсинговых компаний…

Транспорты из «баакубского филиала» прибыли последними. Возле «Геркулеса» в рядок выстроилось десятка полтора разнокалиберных машин. А еще несколько джипов и микроавтобусов, доставившие в аэропорт Багдада тела погибших за последние четыре дня сотрудников, уже успели покинуть стоянку – их груз переместился в чрево самолета.

Козак припарковал джип последним в ряду других транспортов. Он увидел, как из подъехавшего следом «Хамви» выбрались Сэконд и его смуглый охранник. Вслед за О’Нилом Иван тоже покинул машину. Воздух сотрясают звуки включенных на прогрев двигателей – вращаются, перемалывая насыщенный влагой воздух, все четыре шестилопастных винта. Приехавшие на аэродром сотрудники сразу нескольких охранных фирм, понесших в эти дни потери, в своих дождевиках походят на нахохлившихся мокрых черных ворон…

Двое сотрудников открыли заднюю люковину черного фургона. В салоне, в кормовом отделении, два длинных деревянных ящика. К фургону подъехал погрузчик «Комацу». Иван, не дожидаясь указаний, подошел к «катафалку», под который приспособили грузовой микроавтобус «Форд». Вместе с двумя оружейникамии извлек из салона тяжелый ящик…

В нем, в этом не слишком походящем на гроб ящике, завернутое в специальную фольгу, лежит тело погибшего в пятницу в Баакубе Александера Грэя, майора в отставке, прослужившего семнадцать лет в американской армии. О’Нил по дороге рассказал кое-что об этом человеке. Они одно время служили вместе в 3-й бригаде 1-й кавалерийской дивизии. Именно Грэй командовал мобильной бронегруппой «серых волков» в апреле 2003-го. Тогда колонна «Абрамсов», «Страйкеров» и «Хамви» выдвинулась от багдадского аэропорта по тегеранской трассе; ночью были заняты два опустевших военгородка на южной и восточной окраинах столицы провинции Дияла. Пехотная бригада воинов Саддама растворилась, как щепотка соли в воде. Никакого организованного сопротивления американцам в первые дни, недели и месяцы, если не считать редких минометных обстрелов, здесь, в Баакубе, не было оказано. Но «муджам» и инсургентам потребовалось не так много времени, чтобы организоваться и развернуть в ключевых точках Ирака, а именно в «суннитском треугольнике», настоящую партизанскую войну. Причем массированные акции боевиков начались уже летом 2003-го практически одновременно в Багдаде, Наджафе, Фаллудже, Самарре, Баакубе и других городах. К апрелю 2004-го, вопреки прогнозам и ожиданиям, партизанская война уже шла полным ходом… Бойня продолжается и по сию пору.