Брат-2. Америка, бойся русских - Владимир Колычев

К дому Альбины он подъехал незадолго до наступления сумерек.

Они не обговаривали программу ночного пикничка. Никита проявил инициативу: замариновал три килограмма мяса, взял несколько бутылок сухого вина, палатку на всякий случай в багажник упаковал — мало ли что, вдруг заночевать придется.

Еще со своего двора он увидел, как от ее дома отъезжает черная «Волга». У отчима Альбины такая же машина, но белая. Может, на черную поменял?.. Во всяком случае, ничего подозрительного он не заметил.

Альбина вышла к нему в спортивном костюме, с сумкой. Только настроение у нее почему-то не совсем походное. Нет радости в глазах.

— Что случилось? — спросил он.

— Ничего, — вымученно улыбнулась она. — Поехали…

Никита медленно поехал вперед.

— Лица на тебе нет…

— Надоели они мне…

— Кто?..

— Янка…

— Это не она к тебе приезжала? — догадался Никита.

— Она… Идея им твоя с яйцом понравилась.

— Сами хотят деньгу сшибать? Флаг им в руки!

— Ты думаешь, они по рублику хотят брать? Как бы не так… Аттракцион с яйцом — приманка. Пока одни будут толпу развлекать, другие будут карманы чистить… Догадайся с трех раз, кто они, эти другие…

— Клим?

— А вот дудки. Клим будет жар чужими руками загребать. Я и Янка на него работать будем…

— Значит, он все организует, а вы карманы чистите…

— Это он так думает. Только в рот ему потные ноги!.. Все, завязала я!

— Ты так Янке и сказала?

— Ну не так прямо. Но карманы чистить отказалась…

— А я, пожалуй, буду чистить. Морду этому Климу начищу…

— Не надо! — забеспокоилась Альбина. — Прошу тебя… За Климом стоят серьезные люди… Это уголовный мир. Уголовный мир, понимаешь…

— Но ты же не принадлежишь к этому миру…

— Не знаю, — пожала плечами Альбина. — Может, и принадлежу. Может быть…

— Ты серьезно?

— Пока не очень… Но мне уже страшно…

— Ты, главное, не бойся. Я ведь с тобой…

— На одного тебя и надеюсь, — скорее в шутку, чем всерьез сказала она.

Они выехали за город, с полчаса ехали по шоссе. Затем свернули на проселочную дорогу, которая вскоре перешла в едва заметную тропу. Поднялись в гору, остановились.

Никита подошел к краю обрыва. Глянул вниз. Красота неописуемая. Под ногами море. Совсем рядом. Метров сто вниз со скалы. Несколько секунд — и ты у цели. Главное, забыть о смерти и сигануть с обрыва.

— Страшно? — спросила Альбина.

— Страшно, — кивнул Никита. При мысли, что можно свалиться с такой высоты, внутри все обрывалось.

— Это была бы красивая смерть… — неестественно спокойным голосом сказала Альбина.

В лучах заходящего солнца ее лицо казалось восковым. Как будто неживое.

— Ты что-то не то несешь, — всполошился Никита.

Он вдруг решил, что Альбина сейчас спрыгнет со скалы. Мало ли какая блажь взбредет ей в голову. Он взял ее за руку и повел к машине. Путь еще не окончен. Впереди крутой спуск.

Они спустились на крохотную полянку метров на пять выше моря. Дальше можно ехать только кувырком.

Альбина разделась. Осталась в одном купальнике.

— Воду погреем? — спросила она.

— Погреем, — кивнул он, стягивая с себя шорты.

По крутой тропе они спустились к пляжу. Метра два-три каменистой земли под высокими скалами. И далеко от города. Сюда редко кто забредал. Разве что только на машине. Но на поляне, кроме них, ни одного автомобиля. И пляж пустовал.

— Это дикий пляж, — сказала Альбина. И тут же добавила: — Раздеваться не будем…

А зря, подумал Никита. И побрел в воду. Именно побрел. Потому что в этих местах дно мелкое, сплошь и рядом крупные скользкие от водорослей камни. Пока до глубины дойдешь — заморишься.

Купались они до темноты. Затем поднялись на поляну. Никита развел костер. Альбина обследовала багажник.

— У тебя палатка. Зачем?..

— На всякий случай…

— А какой может быть случай?

— Вдруг напьюсь… Сухое вино да под шашлычок… М-м, пальчики оближешь!..

— Можно и в машине переночевать…

Если так сказала, значит, не прочь остаться с ним на ночь. В предвкушении чуда у Никиты чуть не свело скулы.

— В палатке романтичней…

— Ну ставь палатку, романтик…

Никита пахал как вол. Альбина сидела в машине, слушала музыку. И думала о чем-то своем. Возможно, последний разговор с Яной мысленно прокручивает… Ничего, пусть подумает. Пусть хотя бы в мыслях перечеркнет свое прошлое. Пусть сделает свой выбор — останется в настоящем вместе с Никитой. И в будущее они шагнут вместе…

— Шашлык кушать подан! Мадам, ходите жрать!..

Непонятно, что больше развеселило Альбину. Или эта фиглярская фраза, или сам шашлык, поданный под сухое вино.

Альбина ела с аппетитом. И от вина нос не воротила. К тому моменту, как они снова пошли купаться, она была заметно навеселе.

Спускаясь по тропе к морю, Никите пришлось несколько раз придерживать ее. Или она в самом деле неуверенно держалась на ногах, или ей просто нравилось опираться на его крепкое мужское плечо. В конце концов Никита просто подхватил ее на руки и понес к морю.

— Нет, нет, — запротестовала она. — Это дикий пляж… Сначала раздеться!..

Никита возликовал. Свершилось!.. Он опустил Альбину на камни.

— Отвернись! — потребовала она. Пришлось подчиниться. Хотя очень хотелось увидеть, как она снимает с себя купальник.

— Теперь ты, — услышал он.

Никита повернул к ней голову. Альбина медленно входила в воду. Купальник лежал на берегу.

Он начал стаскивать с себя плавки. Пришлось приложить определенное усилие. Кое-что затвердело в них, стало помехой…

Альбину он догнал, когда она наполовину вошла в воду. Он бы очень хотел взглянуть на ее обнаженную грудь. Но она легла животом на воду и поплыла.

— Хорошая водичка… — сказала она.