Брат-2. Америка, бойся русских - Владимир Колычев

— Парное молоко… — согласился он.

Ему казалось, что вода вокруг него не пенится, а закипает. Как будто кипятильник работал внизу его живота.

— Дальше не поплыву…

Альбина остановилась, встала на дно. Вода доходила ей до шеи, скрывала все прелести.

— Я тоже.

Никита остановился рядом с ней.

— Ты, правда, никогда меня не бросишь? — серьезно спросила она.

То ли капельки морской воды блеснули на ее глазах, то ли слезы.

— Ни-ког-да! Ни-за-что!.. И знаешь, почему? Альбина кивнула.

— Потому что я тебя люблю…

Никита вдруг понял, что это было его первое признание в любви. А такое ощущение, что до этого он уже не разделал подобные признания.

— Ты мне очень нравишься. — Голос ее задрожал. — Мне кажется, что я тоже тебя люблю…

Он набрался смелости, подошел к ней вплотную. Альбина не отстранилась. Напротив, сама прижалась к нему. Обвила руками его шею.

— Так кажется или любишь? — спросил он.

Ответить не дал. Слился с ней в жарком поцелуе…

Это было что-то неземное. Он и она, обнаженные, в глубине ночного моря. А какое у нее тело…

Никита гладил ее спину, ощущал упругость груди. Прижимался к ней низом живота… Казалось, он сейчас сойдет с ума…

— Я сейчас утону, — отрываясь от него, сказала Альбина.

— Я тоже…

— Тогда поплыли к берегу…

До берега она добралась первой. Но не остановилась. Побежала по тропе к поляне. По пути сняла с камня свой купальник. Но натягивать на себя не стала.

— Догоняй! — крикнула она из темноты.

«Не догоню, так согреюсь!» — мелькнуло в голове у Никиты… Но нет, он догонит ее. Обязательно догонит. Догонит и… Да-да, это должно случиться, и непременно сегодня.

Он нагнал ее на поляне. Альбина подбежала к машине. Взялась за ручку дверцы.

Не хочет она в палатку. Машина лучше… Впрочем, какая разница!..

Никита представил, как он сейчас уложит Альбину на сиденье, крепко-крепко обнимет ее…

Он видел, как Альбина открыла дверцу. И тут же замерла. Окаменела. Как будто в глаза горгоне Медузе заглянула.

— А-а! — Ее визг разрезал ночную идиллию.

Никита подскочил к ней. И тоже чуть не заорал от ужаса. На сиденье, свернувшись кольцами, лежала змея. Голова высоко поднята, пасть разинута, мелькает раздвоенное жало. И угрожающее шипение. Никита почувствовал, как на голове у него зашевелились волосы.

— Мамочка! — взвизгнула Альбина. И захлопнула дверцу.

— Откуда она? — спросил Никита.

Ему показалось, что со страху он клацнул зубами.

— Не знаю… — бледная как полотно ответила Альбина.

— Надо эту гадину из машины убрать…

— Убери…

Легко сказать. А как это сделать?

Никита натянул на себя плавки. Обошел машину, нашел возле костра длинную палку. С нею подошел к правой передней дверце, открыл ее. Снова обошел машину, открыл дверцу водительскую. И начал выпихивать гадюку из машины.

Это оказалось нетрудно. Змея намоталась на палку. Никита просто вышвырнул из машины и то и другое. Быстро захлопнул все дверцы.

Альбина стояла рядом с ним. Бледная как смерть, трясется от страха. Но купальник успела надеть.

Никита притянул ее к себе, прижал. Тело ее напряжено, как будто деревянное.

— Ничего, все будет нормально…

— Давай уедем, а? — спросила она.

— Да ну, глупости…

Сам он уже почти успокоился. Осталось успокоить ее. А потом можно снова повторить всю сцену с купанием от начала и до конца. Но уже без гадюки.

— Не делай глупости, давай уедем…

— Успокойся, все будет хорошо… Он еще крепче прижал ее к себе. Отыскал губы, впился в них. Почувствовал, как расслабляется ее тело.

— Пошли…

Подвел ее к палатке. Хотел забраться туда вместе с ней. Но их остановило змеиное шипение. Неужели и в палатке гадюка?..

Они и сами не заметили, как отлетели от палатки метров на пять.

А шипение не прекращалось. Напротив, оно становилось все громче. Неслось со всех сторон. Как будто тысячи змей взяли их в кольцо и медленно надвигаются на них…

— Никита, Никита! — визжала Альбина.

У него у самого внутри все оборвалось. Но все же он не растерялся. Нашел свои шорты, вытащил из кармана ключи. Запрыгнул в машину. Обследовал ее — змей нет. И затащил в салон Альбину. Закрыл все дверцы. Завел двигатель, сорвал машину с места, направил ее вверх по крутому подъему.

Он с ужасом подумал о том, что движок заглохнет, тормоза не выдержат. И понесется тогда машина обратно вниз. Рухнет на поляну, перевернется. Они с Альбиной будут лежать под обломками машины. А по ним будут ползать гадюки…

Но страхи оказались напрасными. «Семерка» взяла подъем. Все это время Альбина сидела, сжавшись в комок. Слово боялась обронить…

В себя она пришла, когда машина уже шла по асфальтированному шоссе в сторону Тепломорска.

— Я хочу домой, — сказала она.

— А мы куда едем?

— А как же палатка?

— Завтра утром приеду…

У него не было абсолютно никакого желания возвращаться на злополучную поляну.

— Это все Клим, — с каким-то суеверным ужасом в голосе сказала она.

— Ты хочешь сказать, что это он был той гадюкой…

— Нет, но он подбросил змею в машину… Он сам как гадюка…

— А в палатке он был сам. И шипел на нас? — усмехнулся Никита.

— Может быть… Ты не думай, я не сошла с ума. Просто Клим — подлец, он на все способен…

— Смерть подлецам!

— Ты напрасно веселишься… Клим предупредил нас, неужели ты этого не понял?..

— Хорошенькое предупреждение. А если бы змея ужалила тебя?.. Да он мог убить тебя!

— Или тебя… Он не хочет, чтобы мы были вместе…

— Да пошел он в одно место, этот ублюдок. Я ему башку откручу!..

— Знаешь, если бы ты это сделал, я бы тебя не осудила…

Альбина расслабилась и положила ему голову на плечо. Внутри Никиты поднялась горячая волна.

Ведь они так и не успели закончить начатое…

Он притормозил машину, съехал на обочину пустынной в этот час дороги. Привлек Альбину к себе. Она не возражала.

Не противилась она и когда он опустил спинку ее сиденья. И даже помогла ему, когда он начал раздевать ее…