Гибельная пучина - Сергей Зверев

– Интересная система, – бормотал капитан-лейтенант. – А я-то думаю, как же эта штука работает? Ведь радиоволны под водой не проходят, это любому дураку известно.

Окружающие, не сговариваясь, рассмеялись. Все знали любимый прикол Маркони. Он часто спорил с новичками, прибывшими в отряд, доказывая, что его портативная радиостанция, засунутая в резиновую перчатку, может передавать сигнал из-под воды. И всегда выигрывал. На самом же деле радиосигнал шел вовсе не от погруженной в воду рации, а от проводов, по которым Марконя подавал на нее питание.

– Это сонар, – пояснил Марконя, демонстрируя товарищам начинку черного ящичка. – Он снимает информацию с кабеля и дальше передает ее ультразвуковым сигналом. А где-то неподалеку находится ретранслятор, который принимает под водой ультразвуковые сигналы сонара и превращает их в радиосигналы. А потом передает их с надводной антенны как обычный радиопередатчик.

Его лекцию прервал испуганный крик. Капитан «Альтаира», йеменский араб Омар, исполнявший при группе также и обязанности переводчика, махал рукой в сторону далекого африканского берега. Несмотря на смуглую кожу, он заметно побледнел.

Все повернули головы. С той стороны, куда указывал капитан, двигались две большие белые лодки с вооруженными людьми. Снабженные мощными подвесными моторами, они быстро приближались.

Мичман Тритон негромко свистнул.

– А вот и гости! Интересно, зачем мы им понадобились? Неужели ребятам просто рыбки захотелось?

С лодок послышались яростные крики. Кэп, не оборачиваясь, бросил арабу:

– Переведи.

– На суахили ругаются, – пояснил тот. – Вы, говорят, шакалы вонючие, ишаки беременные. Вы воруете нашу рыбу. Ну, и разные другие гадости говорят.

Марконя пожал плечами:

– Пургу гонят, командир. Понятно, что это пираты и им просто понадобилось такое безобидное судно, как наше. Может быть, они хотят вести с него разведку. А возможно, хотят использовать как прикрытие. Чтобы подкрасться к добыче и атаковать на короткой дистанции.

Кэп лениво продолжал жевать спичку.

– Ладно, все по местам согласно боевому расчету, – скомандовал он. – Поручик, ты в норме? Тогда давай к пулемету. Только постарайся никого не убить.

Для пущей убедительности пираты открыли предупредительный огонь. Малыш и Тритон сбросили с пулемета маскирующую рыболовную сеть. Пираты не обратили на это внимания и продолжали вести по «рыболову» беспорядочную стрельбу.

– Ложись! – по-русски крикнул капитан-араб и первым рухнул на палубу. Спецназовцы расхватали автоматы, Голицын присел к пулемету.

Шальные пули ударили по корме. Голицын хладнокровно направил стволы спаренного пулемета на цель и дал первую короткую пристрелочную очередь поперек курса передней лодки. Теперь пираты стреляли конкретно в него, но он не обращал на свистящие пули никакого внимания.

Первая лодка взлетела на гребень волны, и тут Голицын прошил ее нос длинной очередью. Посыпались обломки форштевня, пираты испуганно загалдели. Чтобы волны не залили нос, им пришлось срочно перебраться на корму и перейти на самые малые обороты двигателя. О нападении не могло быть и речи.

Другую лодку Голицын поймал в прицел в тот момент, когда она соскальзывала вниз с волны, открыв для обозрения свое нутро с экипажем. Людей Поручик решил пожалеть и ограничился тем, что новой очередью превратил мотор в груду металлолома.

Яростные крики пиратов усилились, но теперь в них отчетливо слышались ноты бессилия. Обе лодки легли в дрейф. Наконец первая, у которой был разбит нос, взяла на буксир вторую, с поврежденным мотором. Кое-кто из пиратов попробовал было стрелять в направлении «рыболова», но Голицын дал еще одну очередь прямо поверх курчавых голов и разом отбил у них охоту выражать свое огорчение подобным образом.

Марконя оторвался от прицела, отложил автомат, из которого ему так и не пришлось выстрелить, и повел плечами. Расслабился.

– Слышь, Поручик, я все хочу тебя спросить, – протянул он. – Ты что, вообще ничего и никого не боишься?

Поручик встал из-за пулемета и потянулся.

– Ну почему? Боюсь, – отозвался он. – До обморока боюсь боевых дельфинов. Они как-то раз всю мою группу уничтожили. Я один в живых остался, да и то, можно сказать, случайно. Так вот, с тех пор я дельфинов пугаюсь даже по телевизору. А еще я работы боюсь, потому и на флот служить пошел.

Кэп прошелся вдоль борта, разглядывая удирающих пиратов, и остановился рядом с Голицыным.

– Книжка такая есть, называется «Когда играют дельфины». Занимательная, как раз на твою тему, – сообщил он.

Поручик внимательно посмотрел на командира.

– Кэп, разговор есть, – сказал он негромко.

Вместе они прошли на корму и остановились в конце у гакаборта.

– Говори, – сказал командир. – Что-то интересное обнаружил? Надо бы тебе, конечно, за самоуправство по шее дать. Но победителей не судят. Выкладывай, что тебе не нравится.

Голицын озадаченно почесал кончик носа.

– Учитывая глубину, куда пришлось нырять, качество работы, труп водолаза, можно предположить, что закладку на кабеле ставил высокий профессионал. Я таких знаю – семерых. Из них шестеро здесь, на борту, а седьмой – на том свете. По крайней мере, я так считал.

Кэп нахмурился:

– А вот с этого места давай поподробнее. Я, конечно, доверяю твоей интуиции, но…

– Не только интуиции, – перебил его Голицын. – Имеются и факты. Решай сам. Водолаз, которого я нашел на дне, зарезан ножом фирмы «Глок». И добит двумя выстрелами из пистолета. Учитывая глубину и степень вероятности, можно предположить, что и пистолет тоже «Глок». Ты нашего Глока помнишь?

Губы Кэпа сжались в тонкую нитку.

– Глок погиб, я сам это видел!

К беседующим подошел мичман Тритон:

– Не помешал? О чем разговор?

Голицын промолчал, Кэп ответил не сразу.

– Был у нас в группе боевой пловец, капитан-лейтенант. Позывной – Глок. Любил он эту систему. И нож у него был «Глок», и пистолет «Глок». И специалист он был, каких мало. Но однажды не вернулся с задания. Поручик считает, что труп на дне и закладка на кабеле – его работа. Тогда получается, он не погиб…

И Кэп замолчал, задумчиво глядя в морскую даль и обдумывая полученную информацию.

* * *

В большом сумрачном кабинете находились двое. Хозяин кабинета, совершенно седой, но подтянутый, был облачен в морскую форму и погоны с двумя вице-адмиральскими звездами. Его гость был в штатском, но чувствовалось, что военная форма ему привычнее.

Хозяин кабинета сидел в кресле-вертушке за массивным письменным столом. Гость в штатском прохаживался по кабинету. Сейчас он с интересом рассматривал огромный, в человеческий рост, глобус. Глобус был старым, многих ныне существующих стран на нем не было. Зато читались такие романтические названия, как «Бельгийское Конго», «Французская Западная Африка», «Германская Восточная Африка», «Родезия» и многие другие. Страна, которую он сейчас внимательно изучал, называлась Итальянской Сомали. При этом человек в штатском не прерывал начатого разговора.