Титановая гильотина - Сергей Соболев

Муж.: Итак, вы работаете в нашем областном Кардиоцентре?..

Жен.: Работала. Сейчас в нашем медучреждении проводится сокращение штатов… При том что у нас, как и повсюду, ощущается нехватка квалифицированных специалистов…

Муж.: С чем это связано, как вы полагаете?

Жен.: Могу только догадываться… После того, что произошло с доктором Гореевым, ведущим специалистом нашего Кардиоцентра, у меня вдруг появились проблемы служебного плана. Не сразу, конечно…

Муж.: Что случилось с доктором Гореевым?

Жен. (нервно): А то вы не в курсе?

Муж.: И все же?

Жен.: Однажды поздно вечером, когда он возвращался домой с работы, в подъезде дома на него напали какие-то молодчики… Принялись избивать его железными прутьями… нанесли целый ряд тяжелых травм, включая черепно-мозговую… человек, можно сказать, лишь чудом остался жив… хотя и превращен чьей-то злой прихотью в инвалида… Это случилось почти четыре месяца назад, еще до Нового года…

Муж.: Чего они добивались? Я имею в виду тех, кто изувечил вашего коллегу?

Жен.: Откуда мне знать? Может, вы мне подскажете, в чем тут разгадка? Ведь тех молодчиков так и не нашли…

Муж.: Хорошо, не будем гадать на кофейной гуще. Спрошу о другом… Ведь это доктор Гореев последние годы наблюдал Николая Дмитриевича, будучи фактически его лечащим врачом?

Жен.: Да, так и есть. Вернее, так было до того момента, как Гореев стал жертвой нападения каких-то злоумышленников.

Муж.: Скажите… Николай Дмитриевич… действительно серьезно болен? Почему вдруг так стремительно стала развиваться его «сердечная» болезнь?..

Жен. (после паузы): Вот это, что называется, интересный вопрос. И для меня довольно загадочный…

Муж.: На что вы намекаете? Говорите, пожалуйста, конкретней!

Жен.: Тут не все так просто… В последние годы у Николая Дмитриевича стало заметно расти артериальное давление. Когда появилась угроза возникновения гипертонической болезни и, как следствие, уже не исключались риски возникновения инфарктов или приступов стенокардии, доктор Гореев, после соответствующего обследования и консультации с некоторыми московскими светилами, решил начать лечение — то есть добиться снижения артериального давления — с использованием одной из немедикаментозных методик. Или, выражаясь иначе, нелекарственной терапии повышенного давления…

Муж.: А подоходчивей?

Жен.: Пожалуйста… Речь идет, в общем-то, об элементарных вещах. Во-первых, диета с высоким содержанием клетчатки. Во-вторых, Гореев сумел настоять еще на некоторых ограничениях: из рациона была почти исключена соль… ограничено употребление алкоголя… плюс ко всему, Николай Дмитриевич наконец бросил курить… В его привычку вошла ежедневная тридцати минутная прогулка на свежем воздухе… Из препаратов в это время он принимал лишь калийсберегающие диуретики… амилорид американского производства. Результаты не заставили себя ждать: уже прошлой осенью Николай Дмитриевич чувствовал себя прекрасно… Снизился вес, артериальное давление нормализовалось и составляло систолическое — 140, диастолическое — 80… что для его шестидесяти двух является вполне приемлемым показателем.

Муж.: И тут с доктором Гореевым вдруг произошел несчастный случай…

Жен.: За здоровьем Николая Дмитриевича стали наблюдать другие люди… всех, кто работал с Гореевым… нет, не то чтобы стали как-то обижать… просто наблюдать за столь уважаемым пациентом, а затем и лечить его стали уже совсем другие специалисты…

Муж.: В том, что произошло, вы подозреваете чей-то злой умысел?

Жен. (после паузы): Я вот только недавно узнала, что новый лечащий врач сначала настоял на том, чтобы Николай Дмитриевич начал принимать препарат гидрохлортиазид. В принципе это щадящий диуретик, но лечение им считается безопасным, если начинать прием препарата с очень низких доз. Потом… хотя этот факт у нас не только не афишируется, но и, как я поняла, даже скрывается и не отображается во внутренней документации Центра… в ход пошли уже более серьезные препараты, такие, как бета-блокираторы и резерпин. Причем в самом Центре был запущен слух… что доктор Гореев еще ранее избрал ошибочную методику лечения… и что именно по этой причине, мол, было упущено время… и теперь вот приходится использовать очень сильные препараты, обладающие целым рядом негативных побочных явлений…

Муж.: Скажите, Николай Дмитриевич нуждался в операции на сердце?

Жен.: Пока его наблюдал доктор Гореев — нет. Почему так быстро вдруг стала развиваться сердечная болезнь?.. Может, на этот вопрос должен ответить кто-то другой? Конечно, всякое может быть… Возможно, у тех, кто в последнее время занимался лечением Николая Дмитриевича, просто не хватило опыта и знаний? Да и природный фактор нельзя сбрасывать со счетов: человек, к примеру, понервничал сверх меры, и все… от инфаркта, особенно в таком возрасте и при такой должности, знаете ли, никто не застрахован.

Муж.: Кроме уже названных вами препаратов, что еще использовалось для лечения Николая Дмитриевича?

Жен.: Вот этого я не могу вам сказать… Когда Николая Дмитриевича поместили в стационар, доступ к нему людей, даже тех, кого он знал лично, был строжайшим образом ограничен… Про то, что ему давали мощные антигипертензивные препараты, я узнала абсолютно случайно, от одной из наших коллег… Нет, фамилию не назову, даже не просите… Речь шла о том, что Николаю Дмитриевичу среди прочих препаратов стали давать бета-блокираторы. Я сочла это как минимум странным… потому что существует некая возрастная планка… Для лечения тех, кому за шестьдесят, бета-блокираторы противопоказаны: во-первых, на людей в таком возрасте они не оказывают должного эффекта, а во-вторых, и это главное, в нашем конкретном случае грозят серьезнейшими негативными побочными явлениями…

Муж.: Вот, кажется, мы подобрались к самому важному, самому интересному…

В следующий момент Зеленская и ее напарник, словно заранее сговорившись, одновременно помянули нечистого.

— Черт… — прошептала Зеленская, до которой наконец дошел смысл этого плотно насыщенного медицинскими терминами разговора двух незнакомых ей людей. — Неужели такое может быть?..

— Черти бы вас побрали! — пробормотал под нос Маркелов, притормаживая возле сделавшего отмашку жезлом сотрудника ГИБДД. — Вот какого, спрашивается, лешего?..

Он точно знал, что никаких правил он сейчас не нарушал. Но для местного гаишника, тормознувшего вишневый «Фольксваген» на проспекте Победы, менее чем в двух кварталах от здания городской мэрии — а именно туда, чтобы выправить кое-какие бумаги у рекомендованного Кормильциным чиновника, и направлялись журналисты, — мнение какого-то там Маркелова на сей счет ровным счетом ничего не значило…

Зеленскую вдруг прошиб холодный пот. Она выдернула из уха наушник и сунула диктофон вместе с проводом в карман дубленки. Ничего глупее, конечно, она придумать сейчас не могла… К ее счастью, на первых порах двое сотрудников ГИБДД — их служебная машина стояла здесь же, на бровке, — занимались исключительно водителем «Фольксвагена»: пока один из этих двоих связывался с кем-то по рации, другой, завладев документами Маркелова, неожиданно попросил того выйти из машины.