Простреленная репутация - Лев Пучков

Но это ничего. С Глебычем и Васей можно и по кустам. Только не спеша да с оглядкой. Сулейман тут в свое время столько всякой дряни понаставил, что теперь инженерному полку работы на год хватит...

* * *

– Костя... Ты умный?

– Нет, это ты умный. А я так – погулять вышел.

– Не, ну все же знают... Ты скажи – «я умный». А?

– Да, я умный. Если бы за это давали надбавку к окладу, я бы даже в командировки не ездил бы. Сидел бы в кабинете и сводки перелистывал...

– Ага... Ну, раз такой умный, отгадай загадку.

– Я вас слушаю, коллега.

– Какой зверь самый быстрый в мире?

– Детская загадка коллега. Естественно – гепард.

– А вот и не угадал.

– Да иди ты! А-а-а... Ты же в школе не учился. Где-то там по тайге шастал, гнезда разорял.

– Какая скорость у гепарда?

– До ста двадцати километров в час. На коротких участках. Это своеобразный природный рекорд. Но это же школьная программа, друг мой, стыдно не знать такие вещи...

– Самый быстрый зверь – это чечен на «Мерседесе», – безапелляционно прервал мой ликбез Вася. – Вот это скорость так скорость! За двести, и не на коротких участках, а пока гаишник не остановит!

– Да, Вася... Это сильно. Где взял?

– Люди сказали.

– Понятно...

– А еще отгадай?

– Опять какой-нибудь дурацкий прикол?

– Да ну, какой прикол... Совсем другое. Это уже по моей части. Ну, стихи, песни там...

– Ну, раз стихи и песни – ладно.

– Вот загадка. Эмм... В какой известной песне русский военный просит «чеха» освободить маршрут движения, по которому перемещается транспортное средство?

– Вот так ни фига себе... Какая длинная и правильно сформулированная фраза! Вася, что это? С наставления по инженерному делу списал, а потом пару суток зубрил?!

– Не, я в курсе, что это ты умный, а я погулять вышел. А ты отгадай!

– Угу... Маршрут движения?

– Ага.

– И просит «чеха»? То бишь чечена, на нашем жаргоне, а не уроженца Чехии?

– Правильно.

– Угу... Угу... Вася – ты перегрелся. Такой песни сроду не было!

– Сдаешься?

– Чего тут сдаваться? Нет такой песни, и все тут.

– А если есть – че дашь?

– Да что хочешь. С «боевых» куплю тебе ящик сгуща.

– Слово?

– Заметано!

– Годится. – Вася плутовато подмигнул и тихонько напел первые строчки «Тачанки»: «...Ты лети с дороги птица, зверь с дороги уходи...» Дальше надо?

– Ну, блин... Да, Вася! Вот это ты приподнялся на фольклоре...

Это Вася от москвичей подхватил, не иначе. Помните ту историческую августовскую потасовку, когда звания обмывали? После нее, как водится, все стали бурно мириться и брататься. Тут Вася познакомился и плотно пообщался с москвичами из отряда спецназа «Русь». Вот и подхватил. Он же у нас как то нерадивое чадо, ничему хорошему не научится, а тащит в дом всякую гадость.

Здесь не принято обзывать местных «зверьми». Есть масса других названий. Наиболее часто употребляемые: «нохчи», «чехи», «чичи». Ребенок – «чичик». Как будто птичка какая.

Это своеобразная закономерность. Когда годами «гостишь» на земле чужого народа, пусть даже он тебе враг по определению, поневоле проникаешься его бытом, традициями, приноравливаешься к жизненному укладу. Язык не повернется называть их «зверьми». Если они звери, а мы люди, почему они живут лучше? Грозный, понятное дело, разрушен, жители стали беженцами, многие бедствуют... Но посмотрите, как у них живут в селах. Хоромы у всех – загляденье. А какие у них здоровые и красивые дети! Детей очень много, растут они быстро, и растут не в детском саду, а на войне, в оккупационной зоне. Букварю они предпочитают предметы военной амуниции и твердо знают, кто им устроил такую развеселую жизнь и является их самым главным врагом...

В девяносто пятом – в первую чеченскую, я кормил армейской кашей десяти-двенадцатилетних подростков в осажденном Грозном, давал им солдатскую «подменку», чтобы было что носить. Вася тогда был на последнем курсе военного училища, тоже, по сути, ребенок...

Сейчас Вася вырос и возмужал. Те дети – тоже. Сейчас возмужавший Вася тех детей планомерно убивает – по графику СБЗ (служебно-боевых задач). Потому что те возмужавшие пацаны крадутся по ночам с оружием, чтобы отнять жизнь у других пацанов, которые в далеком девяносто пятом играли в войнушку на пустырях Саратова и Тамбова. Видимо, мстят. За то, что те пацаны ходили в нормальную школу. За то, что их города не бомбила русская авиация и артиллерия. За отсутствие в их городах и селах «зачисток» и «фильтров». Короче, за все хорошее, что сделали их отцы, выполняя приказ Родины.

Вот так все непросто. Что поделаешь – суровы законы войны. А поскольку это война и мы на ней фактически живем уже без малого десять лет, каждый здесь прекрасно понимает: воевать между собой могут только люди. Два мира, две цивилизации, застывшие в двухвековом противостоянии по обе стороны мутноватого Терека. Люди, цари природы. Бедные звери тут и рядом не лежали.

Поэтому нам, «тутошним», даже в голову не приходит называть чеченов «зверьми».

А москвичи, уроженцы пупа всея земли русской, почему-то называют. Между тем в Москве и Питере – полумиллионная чеченская диаспора. Успешно трудятся, зарабатывают немалые деньги – как и каким образом, это уже другой вопрос. Контролируют весьма прибыльные сферы бизнеса, повсеместно занимают хорошие позиции, с ними вынуждены считаться. Они сильные конкуренты: алкоголь не уважают, слово держат железно – умрут, но выполнят. Наши «большие» с ними лобызаются, заверяют: это, мол, там война, а тут у нас бизнес, совместные дела, нам как-то все эти местечковые проблемы до одного места...

В общем, непонятно, почему такое отношение. Скорее всего, просто привычка к двойным стандартам и ленивая столичная спесь. Где вы тут зверей увидели, ума не приложу! Взять, к примеру, славного отпрыска клана Дадашевых – Мовсара. Умница, отличник, чемпион каких-то там олимпиад, ангельское личико вполне даже славянского типа... Кто рискнет назвать такого мальчугана «зверем»? А как ловко гранату кидает и в люк сигает! Просто загляденье...

– А вот еще послушай...

– А может, не надо? У меня эти твои «падлы» и «п...дец» уже в печенках сидят!

– Не, это другое! Без «падл» и «п...деца». Это просто... эмм... задушевная лирика.

– Ну давай, раз задушевная.

– Вот:

Мы с психологом вдвоем

Очень весело живем.

Целый день тушенку жрем,

Наблюдение ведем.

Ночью я залягу спать,