Первобытный страх - Михаил Серегин

— Все, Ашот, заткнись, — устав от бесконечного ворчания, попросил Грачев. — Ты становишься похожим на Макса.

— Неужто становлюсь таким же гениальным? — моментально отреагировал тот и широко заулыбался.

Валентин безнадежно махнул рукой и молча побрел к выходу. Ашот, продолжая ворчать, следовал за ним.

Получив на выходе свои вещи и документы, мужчины вышли на улицу.

— Всегда знал, что менты козлы, — оглянувшись вокруг, буркнул Мачколян. — Нас-то они сюда доставили, а мою машину? На чем, спрашивается, я теперь за ней должен добираться? Может, вернемся, пока далеко не ушли? Пусть возвращают нас туда, откуда взяли.

— Я лучше пойду пешком, чем соглашусь на их компанию.

— А по мне так лучше ехать, чем идти, и не важно на чем.

— Ну, раз не важно, то вон там, — Валентин указал в сторону остановки, — как раз подъехал наш с тобой транспорт. Поспешим…

— Издеваешься? Это же рогатый.

— Я не слепой, — устремляясь к остановке, бросил Грач.

— Охренел? Когда ты последний раз видел, чтобы я на таком ездил? Если я туда влезу, пассажирам придется вылезти. Давай мы лучше сделаем так. — Ашот сунул свою мясистую лапищу в глубокий карман брюк, пошарил в нем и, извлекая телефон, радостно изрек: — Сейчас вызову нам такси.

— Спасатели?! — спросил кто-то.

Двое одновременно повернулись на голос.

— Вас ждут в этой машине, — произнес высокий мужчина в шелковой белой рубашечке с короткими рукавами. Он стоял у открытой двери салона «БМВ», облокотившись о крышу.

— А кто ждет? — недоверчиво прищурился Ашот.

Неизвестный ничего не ответил, очередным жестом приглашая сесть в машину. Ашот и Валентин переглянулись.

— Ладно, хоть за такси не придется платить, — в конце концов принял решение Грач и первым направился к автомобилю.

Подойдя ближе, он перво-наперво заглянул в салон, но заднее сиденье было пусто, а плотно тонированные стекла не позволяли рассмотреть сидящего впереди. Пришлось довериться судьбе и, не зная своего благодетеля, решившего их довезти, занять свободные места. Последним забрался в салон «БМВ» Ашот. Под тяжестью его тела машина резко осела и наклонилась на один бок.

— Трогай, командир! — скомандовал Ашот. — Будем благодарны, если добросишь до пересечения Ильинской и Крупской. У меня там джип.

— Интересно, когда вы успели слить прессе информацию на меня, — донеслось вдруг до их ушей.

Сидящий на переднем сиденье мужчина повернулся к ним — это был Соболенко.

— О, Владислав Николаевич, а я-то уж надеялся, что мы с вами если и увидимся, то немного в другом месте. К примеру, в том, из которого мы только что вышли.

— Вы зря язвите, — строго посмотрел на Ашота Соболенко. — Я обдумал ваше предложение и готов сотрудничать.

— Грач, посмотри-ка, мне в ухо никто не залетел, а то что-то я стал плохо слышать, — продолжал изгаляться Мачколян. У него сегодня что-то было излишне хорошее настроение и море энергии, которую он расходовал куда нужно и куда нет. — Он готов сотрудничать с нами! Ха-ха! Сотрудничать можно с ними, — толстяк кивнул в сторону оставшегося за их спинами отделения милиции. — А у нас можно только просить помощи, ну и за хорошие деньги мы, может, и соизволим ее предоставить.

— Что вы знаете о похитителях? — требовательно спросил Соболенко, полностью проигнорировав иронические замечания Ашота. Причем на спасателей он сейчас даже не смотрел, ведя беседу таким равнодушным и спокойным тоном, словно делал им одолжение.

— О них знаете вы, а мы можем только догадываться, — ответил Грач. — Все, что мы знаем, мы вам сказали при нашей первой встрече, теперь ваша очередь.

— Вы что же, серьезно задолжали кому-то сорок миллионов долларов? — вновь не сдержался Ашот.

— Это не долг, это выручка…

— Которой вы наверняка не захотели поделиться, — присовокупил Мачколян.

Соболенко некоторое время помолчал, а затем произнес:

— Я бы хотел пригласить вас к себе. Нам нужно поговорить.

— Заманчивое предложение, но мы должны забрать машину.

— Вам ее подгонят, — пообещал Соболенко. — Ну так что, вы согласны?

— Если мне поцарапают машину, я заставлю вас оплачивать ее ремонт и…

— Если я правильно понял, согласны. Николай, давай ко мне на дачу.

— А почему так далеко?

— В городе стало жарко, — с усмешкой ответил мужчина. — Ваше сообщение произвело желаемый эффект, и теперь меня ищут все, кто только может.

— Хочешь, скажу честно? — похлопав Соболенко по плечу, спросил довольно спокойно Ашот и, не дожидаясь ответа, сразу добавил: — Мы никаких сообщений прессе не давали. Тебя просто травят твои же дружки, причем твои проблемы только еще начинаются.

* * *

Соболенко, Мачколян и Грачев сидели в мягких креслах напротив друг друга. Посередине стоял круглый стол, щедро накрытый. На нем покоилось несколько бутылок дорогого красного вина, ваза с фруктами, сырная нарезка, блюдо с канапе и еще какая-то ерунда, не поддающаяся, по мнению Мачколяна, описанию. По крайней мере, со стороны, не попробовав, он не мог судить, что это такое и из чего оно приготовлено.

— Не будем тратить наше с вами время зря, — откупорив бутылку и разлив содержимое по фужерам, заговорил Владислав. — Ситуация не та, чтобы ходить вокруг да около. Предпочитаю сразу перейти к делу. Угощайтесь. — Он кивнул на бокалы.

Ашот дотянулся до стола и взял предложенный фужер, Грачев предпочел отказаться.

— Я не буду перед вами оправдываться, а просто изложу суть происходящего. Возможно, вы сможете что-то предложить для решения моей проблемы.

Владислав Николаевич сдвинул брови к переносице, насупился. Лицо его приобрело еще большую серьезность, и в затуманенных глазах промелькнуло что-то очень похожее на боль. Соболенко собирался с мыслями, готовясь начать свой рассказ. Но Валентин прервал поток его мыслей, спросив:

— Почему вы все же решили обратиться за помощью к нам, вы же ничего о нас не знаете?

— Я уже навел о вас справки. Вы те, на кого действительно можно положиться, о вашей команде очень хорошие отзывы. Все знают, что с вами лучше не связываться, и я бы предпочел иметь вас в друзьях, а не во врагах.

— Ну, в дружки к вам мы пока не спешим записываться, больно скользкий вы человек, — опустошив уже больше половины фужера, заметил подобревший и слегка успокоившийся Мачколян.

— А я и не настаиваю. Я хочу лишь, чтобы вы помогли мне найти и вернуть детей их родителям, раз уж ответственность за их похищение лежит именно на мне. А эти люди, как вы правильно заметили, меня действительно травят. Они способны на многое, если не сказать, что на все.