Битва на кончике иглы - Альберт Байкалов

Марта опустила голову. Матвей включил передачу и въехал во двор. Как он и предполагал, Федоров стоял за забором, направив ствол на Марту. Он попал в поле зрения лишь на мгновенье, но и этого было достаточно, чтобы разглядеть все детали. Мужчина наивно полагал, что владелец недавно отстроенного особнячка, как и все обосновавшиеся в окрестностях нувориши, не приспособленный ни к чему и избалованный благами цивилизации человек. Однако ошибся. Матвей остановил машину на линии огня, закрыв сидевшую на стуле Марту.

Скрип тормозов еще висел в воздухе, а Матвей уже перебрался через пассажирское сиденье и выскочил наружу.

Подскочив к Марте, он освободил ее от ремня. Тут же подхватив ее под коленный сгиб, забросил себе на плечо и устремился к дому, мысленно отсчитывая секунды. А у него их было не больше четырех. На пятой должен прогреметь выстрел. Это в том случае, если егерь не бросится к машине, а отбежит в сторону. Тогда бегущий с Мартой на плече Матвей окажется хорошей целью.

Вот и крыльцо. Вбежав по ступенькам, он рванул двери на себя и полетел на пол. Вдогонку раздался выстрел. Матвей откатился в сторону и потянул на себя Марту. Оказавшись под подоконником, он встал на четвереньки и выглянул в окно. Рассеянно озираясь, Федоров подошел к опрокинутому стулу.

Матвей метнулся к дверям и быстро закрыл их на задвижку. Потом вернулся к Марте и стал развязывать путы на руках и ногах…

— Давно он здесь?

— Часа два.

— Как он попал в дом?

— Позвонил и сказал, что электрик…

— Ну, ты даешь, — справившись с узлом, Матвей снял с нее веревку.

— Он еще во дворе? — тихо спросила она.

Матвей приподнялся и выглянул в окно.

Федоров поднимался по крыльцу.

— Бегом наверх, — приказал Матвей и помог Марте подняться.

Раздался стук в двери, потом зазвенел звонок. Матвей не опасался, что злодею удастся их теперь достать. Двери были сделаны из прочной стали, на окнах кованые решетки…

Он подошел к видеофону и надавил на кнопку.

Из глубины небольшого экрана выплыло изображение слегка одутловатого лица Федорова.

— Что ты творишь? — стараясь не выдать волнения, спросил Матвей.

— Открывай, — потребовал Федоров. — Все равно достану!

— И что это тебе даст? — пытаясь по выражению лица и поведению понять, как далеко готов зайти Федоров, спросил Матвей.

— Ты у меня единственного сына забрал…

— Я не заставлял его убивать девчонок, — ответил Матвей.

— Он не убивал, — замотал головой мужчина. — Не ври!

— Суд разберется.

— Знаю я ваши суды! — мужчина в сердцах двинул кулаком по двери.

— Идите домой и проспитесь, — посоветовал Матвей. — Увидите, завтра будете жалеть о том, что здесь натворили.

— Никуда я не пойду, — мотнул головой Федоров. — Ментов вызовешь, живым не дамся. Еще и за собой утащу кого-то…

— Ну, вот это и вовсе ни к чему, — размышляя, как быть дальше, ответил Матвей. — Что вы этим докажете?

— Лучше сдохнуть, чем в тюрьму, — Федоров взялся за ручку и дернул двери. — У-уу, сука!

— За что в тюрьму? — не понял Матвей.

— Разве ты упустишь случай меня засадить? — усмехнулся мужчина. — Я ведь оружием угрожал твоей жене, стрелял…

— Я зла не держу, — признался Матвей. — И тебя прекрасно понимаю. Может, выпьем?

— А ты хитрый! — покачал головой мужчина.

Федоров навалился плечом на стену, а карабин поставил прикладом в землю. Чтобы выстрелить, ему потребуется время.

Матвей шагнул к двери и прислушался.

— Пить с человеком, который сына за решетку отправил, я никогда не буду, — бурчал динамик.

Матвей резко открыл оба замка и толкнул двери. Мужчина лишь успел открыть рот, как он уже выхватил у него карабин. Потеряв точку опоры, Федоров полетел лицом вперед и врезался головой в дверь. Раздался гул. Матвей подхватил его под руку и втащил в дом…

* * *

Желток пришел в себя от того, что его кто-то трепал за плечо.

— Вставай, — голосом Талого приказал склонившийся над ним силуэт.

Желток сел и потер лицо.

В памяти всплыли картины увиденного сна, и он поежился. Желтку приснилось, как Хирург и Цыпа сваливают его в собственноручно вырытую яму и начинают заживо засыпать землей. Талый в это время все снимал на телефон. Желток молил их сначала убить его, но они были непреклонны. Постепенно в голове стали возникать другие образы и виденья. Он вдруг увидел себя сидящим сверху на агонизирующем парне. В руке окровавленный молоток…

— Бек, — прошептал он, вспомнив имя. Наконец до него дошло, что все происходящее было правдой. Но только почему он здесь, раз его закопали? Стоп! Желток отчетливо вспомнил, как ему сделали в машине укол и они поехали. Выходит, сон перемешался с явью, — догадался он. Только что было потом? Желток огляделся. Точно! Потом они приехали на эту дачу.

Он, наконец, вспомнил старенькое строение посреди запущенного сада…

— Чего сидишь! — раздался голос Талого.

Желток свесил ноги и медленно встал. Но пол поплыл куда-то в сторону сереющего окна, и он со всего размаха вновь рухнул на диван.

— Ты чего? — хмыкнул Талый.

— Сейчас, — Желток прижал к вискам пальцы, пытаясь унять начавшую пульсировать в голове боль.

Он снова посмотрел на окна, пытаясь понять, утро сейчас или вечер.

— Волыну спрячь! — раздался откуда-то голос Хируга.

— Когда поедем? — спросил Цыпа.

— Сейчас, — ответил Хирург и повысил голос: — Талый. Ты Желтка поднял?

— Все, встает, — крикнул Талый и ткнул носком кроссовки Желтку по лодыжке.

Вторая попытка встать была более удачной. Придерживаясь сначала за деревянный подлокотник дивана, потом за стену, Желток вышел из комнаты.

Хирург и Цыпа сидели за столом, на котором лежала упаковка с нарезанным хлебом и стояли две открытых банки консервов. Цыпа крутил в руках пистолет.

— Как самочувствие? — прищурился Хирург.

— Каким оно может быть? — Желток обхватил себя за плечи.

— Не гони, совсем недавно тебя укололи, — усмехнулся Цыпа, пряча пистолет за пояс.

— А где Череп с Дэном? — зачем-то спросил Желток. Ему было все равно, куда пропали эти два отморозка. Вопрос задал для проформы, чтобы не молчать и не выглядеть глупым. А еще он опасался, что его заставят есть. Он не хотел. Более того, от запаха консервированной рыбы ему стало нехорошо.

— Собирайся, сейчас едем, — сказал Хирург, поднимаясь из-за стола.