Одесса на кону - Александр Афанасьев

Проблема была в том, что задание сорвать саммит – стремное само по себе – ни один из сотрудников СБУ не решился брать на себя… Прекрасно понимали, что если что – крайними сделают любого из них. Грохнут, похоронят где-нибудь в катакомбах и скажут, что сбежал за границу.

Потому «тему» повесили на армейское бычье, которое использовалось для грубой и примитивной работы в интересах СБУ и верхушки киевского генералитета в городе. Готовили снайперскую группу, но теперь… Маемо шо маемо, как говорил один незабвенный украинский политический деятель. Может и так получиться, что полиция начнет под другие делишки копать: наркотранзит, алкотранзит, оружейный транзит, отгрузки продовольственной пшеницы под видом фуражной…

Но начальнику-то этого не скажешь, верно? У него каждая проблема должна иметь фамилию, имя и отчество.

– Что вообще произошло? Как полицаи в вас вцепились?

– Короче, тут журналистка одна, б…, – Подполковник СБУ Гнус вытер потный лоб.

– Не в казарме!

– Извините, пан генерал. Короче, из этих бесов… У одного из них баба оказалась журналисткой. Пробралась в Белгород-Днестровский, засняла выгрузку. Хорошо, мы ее просекли, под бытовуху сделали. Так нет же, за дело полиция взялась! Концов нет, разматывают…

– Просекать надо не после. А до.

– Так точно.

– Что за баба?

Подполковник подал папку.

– Курченко фамилия. По нашим данным – российский агент.

Генерал СБУ взглянул на подчиненного поверх сползших очков.

– Не п…и, Жора. Какой российский агент, шо ты п…шь?

– Есть оперативная информация. Может быть, и агент ДНР.

– Дальше что?

– Мы ее е…ю сказали – решай сам, а то с тобой решим. Они ее сделали, но полиция по непонятным причинам забрала дело себе. И почти сразу вышла на наших в порту. Пришлось решать.

– Решать. Пять трупов – это ты называешь, решать?!

– Прокуратура закрыла дела! – обиженно сказал подполковник. – Причем оба и чисто, за смертью подозреваемого.

– Да, только полиция продолжает копать, верно?

– Да яка там полиция. Отморозки, они сами от начальства по башке получили.

– Да, только я, в Киеве, знаю, что они копают. Слухи доходят. А ты, в Одессе, – е…м щелкаешь.

– …

– Короче, с полицейскими решай, как хочешь. Кто у них начальник?

– Салоид. Я уже его просил…

– Ладно, решим. Насчет этих отморозков, что-то они светиться стали часто. От них больше проблем, чем пользы. Продумай, как их убрать. Только по тихой. И надежно…

– Есть.

– Машинку мне организуй. Только тихо.

– Есть.

Генерал СБУ Виктор Малик по паспорту был украинцем, по факту же – позднесоветским гражданином, и изменить это было уже невозможно. Он родился в Донецкой области, в небольшом селе, до какого-то момента его биография не отличалась от биографии обычных людей: учился, отслужил в армии, женился. В СБУ он попал, в общем-то, случайно, в 92-м году по рекомендации односельчанина, тоже устроившегося работать в СБУ. Его он потом «отблагодарил» – после первой «революции гнидности», в 2004-м, написал на него донос. Что якобы тот поддерживает пророссийские силы, ведет пророссийские разговоры и звонил, консультировался с ментами по поводу разгона Майдана. Сделал он это сознательно – потому что очень опасно иметь над собой человека, которому ты лично должен. Это тебе все мают быть должны…

До второй «революции гнидности» генерал Малик (тогда еще не генерал) потихоньку рос по служебной лестнице, курируя то антитерроризм, то торговлю оружием. Во время своего кураторства торговли оружием он в первый раз причастился от того денежного потока, который тек в карманы заинтересованных людей от «роскрадания вийскового майна»^[28]. Деньги тогда были небольшие, строго по чину, хватило только квартирку сменить, и все. А «роскрадали» тогда здорово, продавали всем, кто мог платить. Помните дело «Фаины», захваченной пиратами?^[29] Вот то-то же…

Вторая «революция гнидности» многое изменила. Во-первых, он тогда занимался контртерроризмом и на этой почве слишком много знал о подводных камнях той революции. Во-вторых, навел очень хорошие знакомства по теме. По теме – это когда после очередного оперативного совещания на тему «Что нам делать с Майданом» ты звонишь заинтересованным лицам и выкладываешь, что было решено, а тебе на счет денежки капают. Или когда «Беркут» пошел вперед – ты звонишь кому-то и «делишься мнением», что не надо «так рьяно», «там же дети», а тебе на счет опять денежки. В-третьих, после победы Майдана он стал нужен новым властям – по той же причине.

Люстрация? Люстрации он избежал довольно просто – бывал на передовой (в штабе АТО) и получил справку, что люстрации не подлежит. Штаб АТО – это Краматорск, к сведению. И, после того как мутная майданная волна наивной справедливости схлынула, снова уверенно пошел наверх…

Информация к размышлению.

Документ подлинный

Председатель Луганской военно-гражданской администрации Георгий Тука заявил, что украинскую сводную мобильную группу по борьбе с контрабандой под Счастьем расстреляли не боевики, а кто-то «из наших». Об этом сообщает «Украинская правда» со ссылкой на «5-й канал».

«Я абсолютно убежден, что это было просто убийство, к которому никакое ДРГ сепаратистов не имеет никакого отношения. По моему убеждению, это сделал кто-то из наших. Или это военное подразделение, или подготовлены определенные структуры именно с тех подразделений, которые в этом секторе контролируют линию пересечения границы. Это речь идет о 92-й бригаде», – отметил глава области.

…

Вчера, 3 сентября, таким же способом (с помощью подрыва управляемой мины МОН) был убит Володимир Киян, позывной «Тайфун». Как написал на своей странице в «Фейсбуке» волонтер Юрий Касьянов, он подорвался на фугасе недалеко от того места, где 2 сентября расправились с мобильной группой по борьбе с контрабандой.