Агенты «Аль-Каиды» - Сергей Москвин

Лучи освещающих летное поле прожекторов были направлены куда-то в сторону, из чего я сделал вывод, что мы сели где-то на краю аэродрома. Собственно, из-за этой световой завесы я не сразу разглядел двух мужчин, стоявших метрах в пятнадцати от вертолета и явно встречающих меня.

– Капитан Овчинников, Антон Валерьевич? – обратился ко мне тот, что был в удлиненной кожаной куртке и такой же кожаной кепке. – Полковник Торопов, начальник отдела по борьбе с терроризмом, – представился незнакомец. – А это подполковник Ребров, – кивнул он головой в сторону своего спутника. – Мой зам и командир антитеррористической группы.

– Капитан Овчинников, управление «В» Центра специального назначения, – представился я по всей форме, хотя в этом и не было особой необходимости.

Начальник местного отдела по борьбе с терроризмом воздержался от того, чтобы назвать мне свое имя, очевидно, посчитав это ненужным. Зато его зам решительно шагнул мне навстречу и, протянув руку, представился:

– Николай.

Подполковник был по крайней мере лет на десять старше меня. Но он сам предложил мне обходиться без отчества, и я просто ответил:

– Антон.

Рука у Николая Реброва оказалась жилистой и мускулистой. Взглянув на его широкоплечую фигуру, я сразу представил, как под его свободной курткой перекатываются упругие мышцы. Это было весьма кстати. Обычно в территориальных органах во внештатные антитеррористические группы набирают обычных оперов. И хотя они проходят специальный курс огневой и физической подготовки, до настоящих бойцов спецназа им все-таки далеко. Ребров же, судя по внешнему виду, составлял исключение из этого правила. Во всех его движениях чувствовались повадки матерого бойца.

Начальнику отдела, видимо, надоело смотреть, как я изучаю его зама, и он нарушил затянувшееся молчание:

– Пойдемте, а то здесь дует.

Вслед за ним мы двинулись к стоящему в отдалении зданию аэровокзала. По пути я тихо шепнул Реброву:

– Где служили?

– Три раза в Чечне, а до этого в Приднестровье, – вполголоса ответил мне он.

– Сколько человек в группе?

– Семеро, вместе со мной.

Что ж, для задержания двух террористов семерых бойцов будет вполне достаточно, конечно, если остальные так же опытны, как их командир.

– Оружие?

– Автоматы «АКСУ» и «ПММы», – ответил мне Ребров.

«ПММ»[8]– конечно, не двадцатизарядный «стечкин», но тоже довольно серьезное оружие.

Спросить что-либо еще у командира антитеррористической группы нижегородского управления ФСБ я не успел, так как мы уже дошли до здания аэровокзала. Полковник Торопов, идущий первым, вошел в дверь с надписью «Посторонним вход воспрещен», прошел по узкому коридору, толкнул еще одну дверь, и мы оказались в кабинете или комнате с двумя жесткими аэровокзальными диванами, на которых сидели четыре человека. На коленях они держали укороченные автоматы со сложенными прикладами. Еще три таких же автомата лежали на стоящем у стены письменном столе – оружие антитеррористической группы. А четверо мужчин передо мной – ее бойцы. Еще двое скорее всего наблюдают за прибывающими в аэропорт пассажирами. При появлении своего начальника нижегородские оперативники дружно встали. Полковник Торопов прошел ко второму, не занятому оружием, столу, на котором лежал рулон какой-то бумаги, и, указав на меня, представил своим подчиненным:

– Капитан Овчинников из Москвы.

Я понял, что мне нужно что-то сказать, но произнес лишь одно:

– Здравствуйте.

Впрочем, Торопова удовлетворило мое столь краткое приветствие. Он развернул бумажный рулон, оказавшийся планом аэродрома.

– Давайте уточним наши задачи. Привокзальная площадь, здание аэровокзала…

Не прикасаясь к бумаге, полковник обвел авторучкой прямоугольник, который, очевидно, и обозначал на плане аэровокзал. Большую часть плана занимало летное поле с обозначением мест стоянки самолетов, рулевых дорожек и взлетно-посадочной полосы. По большому счету, план летного поля нам был совершенно неинтересен, и я подумал: для чего полковник вообще пользуется схемой, на которой не отражено внутреннее устройство аэровокзала? Однако тот с умным видом продолжал объяснять:

– …Если террористов не задержат по дороге наряды милиции, то, – он взглянул на свои наручные часы, – где-то через час они могут быть в аэропорту. Правда, первый утренний рейс вылетает в шесть ноль-пять, поэтому появление террористов следует ожидать где-то с четырех утра. Наша задача обнаружить и задержать их до того, как они войдут внутрь аэровокзала. Захват внутри здания сопряжен с большим риском, так как в этот момент там может находиться много пассажиров. А подвергать их жизнь опасности мы не имеем права. Наблюдение за привокзальной площадью будет вестись с трех точек. Посты располагаются здесь, здесь и здесь. – На этот раз Торопов снял колпачок с авторучки и быстрыми штрихами отметил выбранные им места. Указав позиции наблюдателей, начальник отдела взглянул на своего зама. – Распределите ваших людей в две смены. – И, обращаясь уже ко всем присутствующим, закончил: – Трое находятся в наблюдении, другие трое, вместе со мной, подполковником Ребровым и капитаном Овчинниковым, – в резерве.

Я мельком взглянул на нескладную фигуру начальника отдела и для себя отметил, что в случае схватки с террористами толку от него будет немного.