Свинцовая бойня - Александр Тамоников

Майор Никонов взглянул на часы. Он вот-вот должен был отдать своим бойцам приказ о начале выкуривания несговорчивых боевиков из коттеджа. Упрямство этих субъектов не стало для него чем-то неожиданным.

Майор участвовал во многих операциях, направленных против террористов самого разного рода, и мог составить общую картину их поведения. Получалось, что в большинстве случаев боевики с оружием сдаваться не торопились. Как правило, в таких ситуациях речь шла о хорошо подготовленных и организованных бандах, руководимых и направляемых кураторами, остававшимися в тени.

Вести переговоры с такими фанатиками было почти нереально. Разве что только для затягивания времени. Они могли выслушивать любые доводы и обещания, но в конечном итоге сказать громкое «нет», обрамленное трехэтажным матом.

Именно такие персонажи и оказались запертыми в этом коттедже. Их поведение можно было емко охарактеризовать строчкой из басни Крылова: «А Васька слушает да ест». Никонову надоело кормить террористов увещеваниями. Ему хотелось поскорее перейти к делу.

Время шло. Майор уже был готов дать отмашку на начало активных действий против негодяев, засевших в доме. Однако тут на связь в очередной раз вышло антитеррористическое управление. До сведения группы «Шторм» было доведено, что к ним направлено подкрепление из числа армейского спецназа.

Обстановка в округе менялась быстро, причем отнюдь не в пользу недобитых бандитов. Косинск к тому времени был взят войсками в кольцо, которое постепенно, но неуклонно сужалось. Силовики начали восстанавливать контроль над районным центром.

Недобитки из преступных элементов уничтожались либо брались в плен. Однако особое внимание уделялось именно той группе террористов, которая попыталась укрыться в коттедже. В рамках взаимодействия разных силовых ведомств в помощь «Шторму» Никонова был направлен отдельный взвод армейского спецназа.

— Мы не можем долго ждать, — честно заявил майор, невзирая на полковничье звание собеседника. — Боевики наглухо закрылись в доме. От ведения переговоров отказываются, но сами при этом бой не начинают. Черт их разберет, что они там задумали. Может быть, ребятки нарочно время тянут и отвлекают наше внимание от чего-то другого, очень важного для них? Думаю, что нам нужно поторопиться. Неизвестно, что у этих мразей в головах творится. А если они сами себя подорвут и все вместе дружно отправятся на тот свет? Тогда у нас точно не останется никаких сведений насчет целей бойни, учиненной в Косинске, и о ее заказчиках.

— Не паникуйте. Взвод уже на подходе. Через минуту будет у коттеджа. Принимайте их и совместно приступайте к делу. А насчет целей и заказчиков мы думаем. Кое-какие факты у нас уже имеются. До связи! — прозвучало в ответ.

Едва этот разговор был завершен, бойцы сообщили командиру о приближении большой группы людей в военной форме. Это могло быть подкрепление, обещанное центром, или же хорошо оснащенная группа боевиков. Для идентификации в ход пошли ключевые фразы, выполнявшие функцию пароля. Обменявшись ими, группы поняли, что все в порядке, и быстро объединились.

Артем Никонов вкратце обрисовал ситуацию бойцам взвода, прибывшего на подкрепление, определил точки, которые следовало держать под особым контролем, подчеркнул, что нужно взять живым хотя бы одного боевика. Вопросов и возражений со стороны членов вновь прибывшей группы не последовало.

Благодаря приходу подкрепления дом можно было полностью оцепить, что и было проделано в срочном порядке. Далее последовало еще одно обращение к боевикам — на тот маловероятный случай, если вдруг кто-то из них успел передумать и готов был сдаться спецназовцам без боя. Однако таковых, как и следовало ожидать, не нашлось.

Майор Никонов пренебрежительно усмехнулся по поводу ослиного упорства боевиков и буквально через несколько секунд отдал приказ начать штурм коттеджа. Под прикрытием товарищей к входным дверям направился сапер Виктор Субботин. Работал он очень быстро, но при этом выполнял задачу четко и точно.

Сапер заложил взрывчатку с таким расчетом, чтобы основной удар взрывной волны пришелся на дверь, а не на улицу. Когда все было готово, он тут же оповестил об этом своих. Бойцы отбежали на безопасное расстояние.

— С богом! — сказал Виктор и привел в действие взрывное устройство.

Грохот был довольно основательный, мощный. Взрывной волной входная дверь была выбита и отброшена внутрь коттеджа. Как только это произошло, спецназовцы синхронно разбили в доме все окна, забросили туда светошумовые гранаты и дымовые шашки. Несколько таких же штуковин полетели и в освободившийся дверной проем.

После этого спецназовцы открыли огонь. Действуя так, они, конечно же, могли просто уничтожить всех боевиков. Однако не было иного способа подавить вероятное сопротивление террористов в самом зародыше.

Бойцы считали, что боевики, отказавшиеся сдаваться, не будут находиться где-то возле окон или дверей. Скорее всего, они должны затаиться в каком-нибудь укромном помещении. Но не в подвале и не на чердаке. Эти места слишком уж очевидны, они просто сами напрашиваются на роль укрытий, именно поэтому и не будут использованы.

По крайней мере, голос боевика, который отметал все предложения о сдаче, доносился откуда-то из середины постройки. Вот только не было ясно, с какого именно этажа, первого или второго. Впрочем, наверх дымовухи тоже полетели.

Бойцы объединенной группы ждали, когда боевики проявят себя хоть чем-нибудь. Те так и сделали, открыли хаотичную стрельбу из разбитых окон второго этажа. Бить прицельно у них все равно не получилось бы, так как спецназовцы были начеку и не позволили им подойти близко к окнам.

Бойцы незамедлительно открыли ответный огонь по второму этажу. Командиры были в некотором недоумении, так как на террористов почему-то не подействовал дым. Вскоре на это нашелся вполне четкий ответ. Снайперы засекли тех, кто вел обстрел со второго этажа. На этих боевиках были противогазы, спасавшие их от дыма.