Волки войны - Александр Тамоников

Прапорщик, стоявший как-то поодаль, заныл:

– Товарищ майор! Нам на полигон надо. Командир полка приказал к 8.00 прибыть!

– Цыц! – крикнул на него танкист. – По-твоему, из-за какого-то часа опоздания я брошу в незнакомом поселке товарища? А перед полканом сам отвечу.

Допив пиво и усадив Запрелова с вещами в кузов, майор приказал водителю, которым оказался тот самый прапорщик, двигать к гарнизону. По пути капитан узнал, что первым его знакомым стал майор Станислав Лебеденко, командир учебного батальона одного из полков местного гарнизона.

В 7.50 танкисты высадили капитана у КПП военного городка. Майор вызвал дежурного сержанта, объяснив, что наряд несет личный состав второй роты его подразделения. Тот вытянулся перед командиром, доложив:

– Сержант Драгин, товарищ майор!

Лебеденко приказал:

– Проводишь капитана до штаба разведбата. Да баулы на себя, а то заставите еще сдуру заслуженного офицера тащить их. Вопросы?

– Никак нет!

– Выполнять! Давай, капитан! Еще увидимся!

– Несомненно!

«Урал» уехал, а Запрелов спустя несколько минут подошел к одноэтажному зданию барачного типа.

Сержант, несший баулы офицера и провожавший того до нужного места, сказал:

– Вот и штаб разведбата! Разрешите идти, товарищ капитан?

– Иди, сержант. И спасибо тебе!

– Да не за что!

Дежурный бегом отправился на КПП, а Запрелов, подхватив баулы, вошел в штаб родной с этого момента для него войсковой части.

Навстречу ему вышел высокий, подтянутый старший лейтенант – дежурный по части. Он улыбался:

– Здравия желаю, товарищ капитан! Кажется, мой новый ротный прибыл. Если не ошибаюсь, капитан Запрелов?

– Здравствуй, старлей! Ты не ошибаешься, я Запрелов, но вот твой ли ротный или нет, не знаю!

– Мой! Разрешите представиться, заместитель командира второй учебной роты по политической части старший лейтенант Артем Чупанов!

– Очень приятно! Когда я смогу увидеть комбата?

– Он звонил уже, сейчас должен подойти… Да вон он!

По аллее шел невысокого роста коренастый подполковник. Старший лейтенант сказал:

– Я сообщу командиру о вашем прибытии.

Он выбежал из штаба, подал команду «Смирно» и, перейдя на строевой шаг, приложив правую руку к виску, зашагал навстречу начальнику. Тот принял доклад, и они вдвоем вошли в штаб. Запрелов сделал шаг навстречу, но подполковник остановил его:

– Не здесь! Пройдемте в кабинет! А ты, Чупанов, – комбат повернулся к дежурному, – вызови замполита, он пошел в столовую!

– Есть!

Подполковник вошел в свой служебный кабинет. Запрелов последовал за ним. Комбат, отчего-то кряхтя, сел за рабочий стол, поднял глаза на Илью:

– Ну, вот теперь представляйся, капитан!

Илья сделал шаг вперед, как на входе, отчеканил:

– Товарищ подполковник, капитан Запрелов! Представляюсь по случаю назначения на должность командира учебной роты!

– Ладно, Запрелов. Я, как ты уже понял, командир отдельного разведывательного батальона, подполковник Палагушин Алексей Николаевич! Присаживайся.

Подошел и замполит части, добродушный майор лет сорока пяти.

Капитан представился и ему. Началась беседа, положенная в этих случаях. Подполковник был прекрасно знаком с послужным списком Ильи, знал о его подвигах в Афганистане, наградах и ранении. Но казалось, боевой отрезок службы особого впечатления на комбата не произвел. Напротив, то, что он сказал в конце, удивило и оскорбило капитана. А сказал Палагушин следующее:

– Все твои заслуги, капитан, это хорошо! Это похвально и достойно уважения. Однако я уже сталкивался с такими, как ты, «героями-афганцами», которые тех, кто не нюхал пороха, и в грош не ставили. Думали, что раз им пришлось воевать, то здесь все можно! Предупреждаю, капитан, несмотря на все твои ордена и медали, спрос за роту будет по полной. У меня в части нет боевых офицеров и не боевых офицеров! Все равны! Это ты усвоил?

Илья, сжав зубы, процедил:

– Во-первых, попрошу обращаться ко мне на «вы», как того требует устав, я с вами вместе свиней не пас! Во-вторых, к наградам требую уважительного, а не пренебрежительного отношения. Они даются за кровь. И, в-третьих, перед тем как ехидничать, называя офицеров, прошедших войну, иронически-унизительно «герои-афганцы», вам самому не помешало бы прокатиться «за речку». А в остальном мне все ясно, товарищ подполковник!

Подполковник побагровел, обращаясь к замполиту:

– Ну, вот! Что я говорил? Ведь просил же кадры дать офицера из соседнего полка. Нет! Прислали Запрелова. Теперь проблемы с ротой нам обеспечены!

Комбат с досадой бросил на стол карандаш, который до этого крутил подрагивающими пальцами. Видимо, подполковник вчера неслабо выпил. Об этом можно догадаться не только по тремору, но и по лицу Палагушина, заметно опухшему, и покрасневшим глазам. А также по внутренней нервозности, которую он скрыть не мог. Возможно, комбат и вспылил бы, но обстановку выправил замполит:

– Вы познакомились с нашим новым офицером, теперь, Алексей Николаевич, разрешите мне с ним побеседовать!

Комбат махнул рукой:

– Беседуй! И не забудь довести все те требования, которые у нас предъявляются к офицерам. Всем офицерам, без исключения! А ко мне вызови дежурного по штабу или посыльного.

Замполит провел Запрелова в свой кабинет. Указал на стул:

– Присаживайтесь, Илья Павлович! Я сейчас!

Пошел, наверное, исполнять приказания командира. А тот, судя по всему, дуролом! Самодур. Илья уже встречал подобных начальников и знал, как тяжело служить под их руководством. А с характером Ильи и до конфликта недалеко. Да, повезло! Встретить бы того козла из Управления кадров да морду набить за такое назначение! Хотя при чем тут штабист? Откуда ему знать, кто командует каким-то батальоном, когда у него целый округ, как тот выразился, на плечах. Не заставить этому Палагушину плясать Запрелова под свою дудку. Не заставит! А замполит, как ни странно, ничего, нормальный мужик. Но, может, это только внешне? Да и старлей вроде ничего. Если он будет замом Ильи, то скорее всего они сработаются!

Вернулся замполит.

– Извините, товарищ капитан! Дела, сами понимаете! Прошу вас, расскажите вкратце о своей предыдущей службе!

Беседа с майором затянулась на час. Замполит внимательно слушал нового ротного. И слушал с нескрываемым интересом, это было заметно. Эго подкупало в нем. Запрелов убедился, что Манерин – мужик свой! К концу беседы подошел заместитель командира по материально-техническому снабжению. Они с Запреловым познакомились, и молодой капитан спросил: