Волки войны - Александр Тамоников

– Вы женаты, Илья Павлович?

– Теперь уже нет!

– Понимаю! Но все равно для командира учебной роты у нас припасена квартира. В старом фонде, но двухкомнатная, со всеми удобствами. Даже ванная с титаном имеется!

Запрелов возразил:

– Зачем она мне одному? Наверняка есть семьи молодых офицеров, что обитают в общаге. Кому-нибудь из них и отдайте квартиру, а я и в общежитии могу прекрасно устроиться.

Замполит философски заметил:

– Вчера вы были женаты, сегодня нет, кто знает, что произойдет завтра? Так что вселяйтесь. Все необходимое из мебели в квартире есть. Холодильник и кондиционер получите на складе. А за молодые семьи не беспокойтесь. К весне стройбат сдаст шестиподъездный четырехэтажный дом, на всех жилья хватит, да и мало у нас бесквартирных. Всего две семьи. Впрочем, даже не семьи. Офицеры здесь, жены на Родине! Устраивайтесь, а завтра комбат вас представит личному составу. Так что с утра прошу быть в парадной форме!

Капитан вышел в коридор, где его ждал Чупанов.

Запрелов посмотрел на часы. До 9.00, времени начала отдыха дежурного офицера, оставалось каких-то двадцать минут. Поэтому, когда старший лейтенант, приказав посыльному взять баулы, собрался проводить Илью до новой квартиры, ротный произнес:

– Погоди, Артем! Тебе отдыхать надо! Вот и отдыхай! Посыльный же наверняка знает, куда идти, он меня и проводит! А ты ложись спать, по глазам вижу, ночь провел бессонную!

Замполит ответил:

– Ничего, отдохну, успею!

Квартира оказалась вполне приличной. Отпустив старшего лейтенанта, капитан присел на кровать, усмехнулся.

Впервые за годы службы у него появилось собственное жилье! Долго ли он проживет в нем? Неважно. После стычки с комбатом настроение у Запрелова, несмотря на ободряющую беседу с другими офицерами, было испорчено. Да и делать нечего, на службу только завтра. Он распаковал баулы, развесил форму, достал купленную еще в Ташкенте бутылку водки. Из-за отсутствия посуды выпил из горла, влил в себя половину емкости. Вскрывать консервы не стал, закурил. Настроение не улучшилось. Он подошел к окну, отодвинул казенные зеленые шторы. Дом стоял на окраине городка, и перед капитаном открылся вид на заросшее бурьяном поле, тянущееся до видневшихся вдали домов Меджера. Несмотря на ноябрь, стояла теплая погода. Поле, бурьян, комбат, новые люди, мирная, по сути, жизнь, хоть и ограниченная рамками воинского устава. Тоска. А где-то «за речкой» его батальон, его ребята, возможно, готовятся к очередному выходу. Проверяют оружие, забивают патронами магазины автоматов. Там – жизнь! Здесь же – тоска! И никакого желания что-либо делать! Допив бутылку, Запрелов разделся и улегся на постель, бездумно глядя в недавно выбеленный потолок. Уснул. Все же провел в дороге бессонную ночь.

А с утра началась служба. С представления капитана личному составу разведбата. Он видел: кто с уважением, кто с завистью, кто с восхищением смотрел на его боевые награды. Они оставили равнодушными только одного человека – командира батальона. Тот специально старался не замечать их, имея сам несколько юбилейных медалей.

Потом знакомство с ротой, с личным составом непосредственно ему подчиненного подразделения. А вечером – застолье дома у замполита. Чупанов познакомил ротного со своей женой Галиной. Женщиной красивой, скромной и порядочной, учительницей в единственной средней школе райцентра Меджер.

Потом потянулись будни. Армейские будни войсковой части, несущей службу в условиях мирного времени. В условиях, чуждых Запрелову. Он служил как-то автоматически, вовремя являясь в часть, после ужина покидая ее, по пути домой в автолавке (в магазине гарнизона спиртное не продавалось, а кафе офицерского не было) покупая из-под полы литр водки, и выпивал бутылку дома, у окна, глядя на заросший бурьяном пустырь. Один, иногда вспоминая свою бывшую семейную жизнь, иногда – бывшую службу в Афганистане, но никогда не думая о будущем. Будущего своего с какого-то времени, с какого, он и сам не помнил, капитан Запрелов попросту не видел. Настоящее – да, вот оно: стол у окна, стул, на столе водка, дальше окно, за ним равнина. И прошлое, прочно продолжавшее жить в нем!

Так прошло полгода. Запрелов привык к новой службе, так и оставшейся для него чужой, на службе привыкли к нему. Комбат, поняв упрямый и взрывной характер командира второй роты, старался не доставать его придирками, которыми щедро осыпал других офицеров. Хорошие, можно сказать, дружеские отношения у Ильи сложились только с Артемом Чупановым. Ну, еще с Манериным. С остальными – чисто служебные.

Может быть, так продолжалось бы и дальше. По истечении двух лет службы на майорской должности Запрелов мог поступить в академию и в корне изменить жизнь. Но ее изменили другие события, произошедшие через полгода после его прибытия в Меджер.

И началось все с субботы 18 мая 1985 года.

Начальник гарнизона разрешил провести в Доме офицеров, в фойе перед кинозалом вечер отдыха или дискотеку, слово, которое только начинало входить в моду. С утра весь личный состав батальона, как учебные роты, так и подразделения постоянного состава, был брошен на наведение порядка. В воскресенье ожидался приезд командующего округом. Хотя и было это под большим вопросом, но марафет навести следовало. Поэтому солдаты до обеда мыли порошком асфальт, кое-где подкрашивали пожухлый дерн, белили и красили все, что можно было побелить и покрасить. К 14 часам войсковые части и военный городок преобразились. Начальник гарнизона, он же командир одного из мотострелковых полков, осмотрев территорию и казармы, остался доволен. Всем предоставили отдых. Закончив работу в своей роте, Запрелов собрался поехать в Меджер, затариться водкой и продуктами. Он уже закрыл сейф, откуда достал деньги, свои сбережения, которые хранил в железном ящике, как в канцелярию вошел замполит роты. Они с некоторого времени, но наедине или вне службы общались на «ты». Чупанов спросил:

– На дискотеку не собираешься?

– А чего мне там делать, Артем? Ребята будут с женами, холостяки расхватают официанток и привезут девиц из микрорайона. А мне одному в уголке куковать? Музыку слушать? Так я ее прекрасно и дома послушаю!

– И опять за бутылкой водки?

– А вот это, Тема, уже лично мое дело!

– Да нет, не совсем! Ты отличный мужик, стоящий, заслуженный офицер, профессионал, вон как роту подтянул, ни одного даже мелкого нарушения, не говоря уже о какой-то дедовщине. Тебе выше идти надо, на батальон, полк, дивизию, в конце концов, а ты?

Капитан взглянул на Чупанова:

– А что я?

– Спиваешься потихоньку, вот что! Это другие про твои ежевечерние возлияния не знают, но я-то знаю!

– Хорошо, что только ты один! Но почему спиваюсь, разве все, кто вечером позволяют себе выпить, становятся кончеными алкоголиками?

– Не все! Те, кто не похмеляются, а значит, не болеют с утра, может, и не станут алкашами, но от тебя каждое утро свежаком прет! Следовательно, не можешь обойтись без опохмелки?