Спецназ не сдается - Михаил Нестеров

Носовая волна при полной скорости «Мавритании» на спокойном море обычно достигает двух с половиной метров. При скорости в 10 — 11 узлов, с которой сейчас шел паром, она была ниже 3-го стрингера и почти вровень с ватерлинией. «Зодиаки», сливавшиеся с черной гладью моря, поджидали «Мавританию» по ходу ее движения, чтобы проникнуть на борт судна, используя для удобства кромку примыкания визора (носового люка) к судну, со стороны левой и правой скул.

Удобное место для проникновения на борт — носовой люк не виден с капитанского мостика. Хотя на пароме такого класса можно найти с десяток подобных мест.

«Зодиаки» перешли в район выполнения задачи на большой скорости. Благодаря незначительной радиозаметности низкосидящие лодки оставались невидимыми для операторов бортовых радаров «Мавритании» и ее конвоя. Сейчас они маневрировали в непосредственной близости от парома.

Светящаяся громада надвигалась подобно айсбергу. Мощные моторы «Зодиаков» работали на самых малых, почти бесшумно, поддерживая лодки в определенном положении. В стороне и по правому борту «Мавритании», где находились магазины, рестораны и бары, прошло линейное пассажирское судно; вдалеке по левому борту дал знать о себе гудком какой-то торговый корабль.

Позади парома на расстоянии в два кабельтовых шел конвой.

«Зодиаком» номер 1 командовал капитан Моравец, управлял лодкой лейтенант Ковалев. Управление так и останется на Саше Маленьком, когда четверка диверсантов этой подгруппы и Алан Боциев проникнут на борт «Мавритании». Осетин был единственным, кто не имел оружия. При нем было нечто другое: портативный компьютер в защитном кожухе и таких же размеров спутниковый телефон.

Моравец поправил автомат, скрытый под пиджаком темно-серого цвета, проверил крепление ножен, сделанных из кевлара с хитрелом и крепящихся на икре, и отдал команду лейтенанту Даеву:

— Приготовься, Саша.

В руках головного диверсанта, переместившегося на нос лодки — еще дальше рулевого, была «кошка» и моток прочного, в сантиметр толщиной, каната, выдерживающего нагрузку в полторы тонны. Никаких излишеств. Даже из «трехочковой зоны» Саша Большой попадал «кошкой» в нужное место.

Судно продолжало сближаться. Уже можно посчитать, сколько спасательных шлюпок на верхней палубе и спасательных плотов. Еще немного, и исчезнет из виду иллюминированный капитанский мостик.

Когда скулы парома отсекли лодки обеих подгрупп, «Зодиаки», подобно резиновым судам отчаянных «гринписовцев», сделав разворот, на гребне носовой волны пошли вровень с паромом. Командир группы отдал команду Саше Большому, и абордажный крюк, взлетев на уровень четвертой палубы, зацепился за металлический леер в районе верхней части рампы и гидравлического активатора. Трос натянулся, словно его потянул загарпуненный кит, и водитель лодки выровнял скорость.

— Капюшоны снять!

Брызговики полетели на палубу «Зодиака». Четверо диверсантов и Алан Боциев остались в костюмах. Саша Маленький держал лодку на гребне носовой волны, и брызги почти не попадали на бойцов.

«Пошел!» — жестом показал командир Алексею Шумилову. Крекер, взявшись за трос и оттолкнувшись от борта лодки, «прилепился» к носовому люку, разделенному на визор, замковое устройство и аппарель. Несколько быстрых и ловких движений, когда со стороны казалось, что черная тень, как неотъемлемая часть механизма грузового люка, движется в извилистом пазу, и вслед за ней лягушачьими движениями устремилась вторая.

— Алан, пошел!

Сильный и выносливый осетин повторил движения Крекера и Николая Воронина по кличке Ворона, ловко перебирая руками, обтянутыми, как и у остальных бойцов, тонкими прорезиненными перчатками. Однако осетин все же черпанул ногами волну. Следующая очередь командира группы. Последним уйдет Саша Большой, оставляя на борту «Зодиака» Александра Ковалева и Евгения Каталина.

Довольно широкая кромка визора позволяла ногам находить опору, и диверсанты проникали на объект быстро и без особых усилий.

* * *

СПРАВКА

Петли и направляющие стойки грузового люка «Мавритании» испытывали большую нагрузку и находились под постоянным напряжением. Кромка стала еще шире, когда поизносились резиновые прокладки, а вместе с этим утратили и эластичность соединения визора с корпусом судна. Эластичная прокладка, на которую кожух опирался своим весом, принимала на себя и гасила колебания во всех узлах конструкции визора, в том числе и в замковых устройствах. Замки — обыкновенные запоры, состоящие из петель в виде проушин, в которые входили засовы, приводящиеся в движение с помощью гидроцилиндров.

* * *

При определенной силе и сноровке можно было попасть на борт и без троса: просто по кромке кожуха. Или же при помощи электромагнитов, позволяющих в режиме «включен-выключен» взбираться из воды на палубу корабля и на металлические мосты. Магниты, находящиеся в руках диверсантов, «прилипают» к металлу настолько прочно, что выдерживают вес до ста килограммов. Однако такая задача была не по силам Алану Боциеву.

То же самое происходило с другого борта. В качестве головного выступал Острогородов — Катран. Володя страховал товарищей: Джуру — Тиграна Джурыкина, Маршала — Евгения Гречко, Юрия Коровенко — Конька и Евгения Самохина по кличке Хина. Всего на борт «Мавритании», которая продолжала движение, взошло восемь боевых пловцов и Алан Боциев. Когда последний диверсант скользнул на палубу, «Зодиаки» отошли от парома, чтобы следовать рядом с ним незамеченными тенями.

В «Зодиаке» номер 2 остались двое — Сергей Перминов и Владимир Острогородов на месте водителя.

Эвакуационная группа. Работа на подхвате. Однако не менее ответственная.