Этому в школе не учат - Сергей Зверев

— Согласно вашему распоряжению прибыл, герр лейтенант! — отчеканил Забродин.

— Слушатель Лунь, вы, как обычно, просто образец дисциплины, — похвалил лейтенант Браун. — И как всегда нужны мне позарез.

Слушателей нередко привлекали к хозяйственным работам и выполнению разных поручений. Те были не против — это давало возможность вылезти с опостылевшей территории школы в большой мир, пусть даже это и маленький белорусский город.

Заместителем начальника разведшколы по хозяйственной части был лейтенант Арн Браун — бодрый и жуликоватый прибалтийский немец, знавший русский, белорусский и финский языки. Забродина, который всегда ладил с математикой, лейтенант однажды попросил разобраться в книгах бухгалтерской и вещевой отчетности. Слушатель привел их в порядок, да еще так, что все сошлось. После чего Браун в нем души не чаял, то есть использовал по своему усмотрению. В том числе гонял с документами в контору снабжения в центре Владеча. И выписывал по ведомости немножко рейхсмарок, чтобы ценный помощник посидел в солдатском кабачке за парой кружек пива. Что тот с удовольствием и делал.

Так было и на этот раз. Забродин сверил и отнес в контору документы. Потом отправился в ресторанчик, разделенный на две части — для солдат и хиви. Хоть и служат они в одной армии, но далеко не равны.

— Ариец и славянин — между ними пропасть, как между органной музыкой и балалайкой, — любил пофилософствовать начальник школы подполковник Краузе.

Две кружки приличного пива, тут немцы — мастера, привели Забродина в умиротворенное состояние. Ему оставалось пройти три километра до школы.

На выходе из ресторанчика он снял с вешалки серую шинельку, натянул пилотку с черепом. И отправился в обратный путь. В голове было легко и пусто.

Шел по улице, не особенно глядя по сторонам. И вдруг ощутил накатившую волну — опасность!

Резко обернулся. Но больше сделать ничего не смог. В спину ему уперся ствол.

— Стой, сука! — прошипели над ухом.

Жесткие сильные руки взяли его за локоть.

Недругов было двое. Они толкнули Забродина в маленький проулок, зажатый дощатыми сараями. Там ждал еще один.

Уже вечерело. Но Забродин смог рассмотреть нападавших. Люди как люди — по виду то ли мастеровые, то ли крестьяне. Морды небритые, глаза недобрые. Доверия не вызывают.

— Ну, шо, тварь фашистская? — спросил широкоплечий здоровяк в пузырящихся на коленях ватных штанах и телогрейке. — Це твой последний час пришел!

— Вы кто?

— Карающий меч. Партизаны. Слыхал?

«Вот только вас мне и не хватало», — со злостью подумал Забродин.

И тут же ему врезали сбоку по шее так, что он упал на колени. Потом впечатали в бок сапогом. И он поплыл, слыша над головой:

— Ты из психбольницы? Со змеиного гнезда? Вот и расскажешь, чем вы там дышите…