Объект ликвидации - Альберт Байкалов

Хотя англичанам не привыкать делать подлости. Они в открытую финансировали войну в Чечне, оказывали информационную поддержку боевикам, обучали и лечили раненых бандитов, а теперь укрывают на своей территории не одну сотню негодяев.

Антон уже настроился задержаться на Лубянке, как поступила новая вводная: членам объединенного контртеррористического штаба прибыть для организации межведомственного взаимодействия.

Спустя час все уже сидели за длинным столом с установленными напротив каждого места жидкокристаллическими мониторами. На них отражалась информация, касающаяся обсуждаемого вопроса.

Антон пробежал глазами по скупым строчкам донесений. В основном это были отчеты сотрудников отдела оперативно-технического наблюдения ФСБ. Они выдвигались в указанные районы. Участковые уполномоченные уже приступили к сбору информации по соседям, жившим рядом с квартирой, которую занимали смертницы.

Вскоре вошел Родимов. Он также был в гражданской одежде. Да никто и не додумался ехать сюда в форме. Следом за ним пришел сотрудник генеральной прокуратуры вместе с работником следственного комитета, и закипела работа.

* * *

Фролов проснулся от очередного кошмара, который, как обычно, не помнил. О том, что во сне он, как всегда, умирал страшной смертью или, по крайней мере, пытался спастись от своих палачей бегством, само за себя говорило учащенное сердцебиение и холодный пот.

Так начинался практически каждый день. Вообще непонятная тоска и тяжесть в груди никогда не покидали его. Депрессия и нервные расстройства стали хроническими. Зная анамнез, он не пытался их лечить. Они прекратятся с наступлением смерти, которая при его образе жизни не за горами.

Было еще очень рано. Некоторое время Игорь Павлович лежал, размышляя над своим положением, и наблюдал, как расположенный под самым потолком квадрат окна из серого превращается в розовый. Светало здесь позднее, а темнело раньше, чем в далекой России. Это угнетало. Все вокруг было не такое, как дома. Другой цвет неба, вкус воды и хлеба. Отличался даже запах распускающейся черемухи.

Фролов поежился. Было холодно. Немного поколебался и прижался спиной к мирно посапывающей Галочке. Она заворочалась, потом перевернулась и, обхватив своей рукой его за живот, закинула на бедро ногу. Он поморщился, но не стал сбрасывать ее с себя.

К этой женщине он не испытывал никаких чувств. Спал с ней по принципу «на безрыбье и рак рыба». Тело у нее было красивое, но уже было лишено свежести и отливало восковой бледностью. Лицо простое, всегда немного уставшее. Его привлекал такой тип женщин, хотя, по всем правилам, после пятидесяти должно больше тянуть на молодых. Отталкивало то, что образ жизни и работа были у нее совсем не женские.

За несколько лет сотрудничества Галина, пусть и по его приказу, отправила на тот свет два десятка ни в чем не повинных людей. Причем делала это хладнокровно. В основном ее жертвами становились люди, пострадавшие в результате неудачных экспериментов. Однажды у них один юноша попросту ослеп от неправильно выбранной схемы, две женщины сошли с ума, трое мужчин в разное время вышли из-под контроля. Были и такие, что попросту подхватили пневмонию, а лечить было нечем. В лаборатории имелись лишь специальные препараты да те, которые есть в любой автомобильной аптечке. Поэтому ставших обузой попросту умерщвляли путем инъекций. Делать их было прямой обязанностью ассистентки. Фролов понимал, что Галина не была такой от природы. Огромная вина в ее трансформации из женщины в монстра лежит больше на нем. Именно Игорь Павлович, наобещав золотые горы и свое сердце в придачу, склонил ее к отъезду в Косово. Ему был необходим ассистент, как раз такой, хладнокровный, всегда спокойный и преданный. Как ни странно, эти качества Галины и вызывали у него отвращение. Природа заложила в мужчину желание видеть в женщине доброту, ласку и нежность. Впрочем, ему Галочка отдавала все. Тем не менее он с каждым днем все сильнее ненавидел свою помощницу. Фролов знал: она чувствовала это, но ничего не мог с собой поделать.

Неожиданно лежавший на столике рядом с кроватью спутниковый телефон издал нудный и протяжный звук.

Фролов столкнул с себя гладкое бедро своей подчиненной и сел. Посмотрел на часы. Начало восьмого. Взял трубку. На дисплее высветилось слово «Айвенго». Значит, звонил Нусон.

Доктор приложил телефон к уху. Эти аппараты кодировали разговор, и поэтому они без опасений ими пользовались.

– Слушаю.

– Доброе утро, – пожелал англичанин. – Приготовься принять еще пять человек. Фуад уже вышел с ними к тебе.

– Я смогу работать только с тремя, – заволновался Фролов. – Нет препаратов.

– Что для этого нужно? – в голосе Нусона проскользнули нотки едва скрываемого недовольства.

– Проехать в Германию, – Фролов разозлился. Англичанин прекрасно все знал.

– Галина может это сделать вместо тебя? – словно почувствовав настроение врача, уже более миролюбиво спросил Нусон.

– Нет, – скосив взгляд на севшую в кровати ассистентку с растрепанными, словно у куклы, волосами, ответил Фролов.

– Тогда слушай и запоминай, – выдержав паузу, заговорил англичанин. – Будешь работать с тремя, но приведут тебе пятерых. Выбери из них самых толковых и физически крепких. Двоих уберите.

– Хорошо, – кивнул Игорь Павлович, словно Нусон мог это видеть. – Какой характер задачи?

– Им придется устранять конкретных людей. Снимки, адреса, видеозаписи у албанца.

– Понял, – догадавшись, о чем речь, вздохнул Фролов. Ему будет необходимо изучить характер задачи каждого человека. Потом пройти мысленно с каждым его путь с момента выхода за пределы лаборатории до выстрела в клиента.

– Пока, – попрощался Нусон и отключил связь.

– Новое мясо? – Галина встала и, невзирая на холод, потянулась.

Фролов с тоской посмотрел на ее слегка увядшую грудь с маленькими от холода сосками, кучерявую поросль на лобке и резко отвернулся:

– Сколько раз нужно тебе говорить, не надо называть так людей!

– А «материал» разве лучше? – удивилась она.

– Да, – почти крикнул Игорь Павлович и стал одеваться.

Вспышка немотивированной агрессии была вызвана тем, что вскоре в его голове прибавится информация еще о трех планируемых преступлениях. Если брать во внимание тот факт, что все эти акции глубоко засекречены, Фролов уже давно стал чрезвычайно опасным свидетелем. Он знал много деталей проведенных операций и по этой причине был настоящим кладезем информации для российских спецслужб, а такие долго не живут.

Из разговора с Нусоном он понял, что людей, которых приведет сюда албанец, нужно будет нацелить на устранение конкретных объектов. Минимум неделя работы, причем новоиспеченных киллеров в буквальном смысле придется ломать. Еще не известно, кто они и откуда. Могут и взбунтоваться. Поэтому главная задача – в первый день превратить их в «овощи». Лишить воли, возможности логически мыслить, погрузить в состояние эйфории, ликвидировать негатив и затормозить мозговую активность. Потом мелочи. Однако бывают накладки. Люди чувствуют неладное и начинают отчаянно сопротивляться.