В плену у талибов - Александр Тамоников

– А он что, в Дерхане?

– В доме Чаранди.

– Ого, это нормально! Сержант может реально помочь нам.

– Или сдать Темирзаю к чертовой матери… Но Тимохин уверен, что Ревунов по-прежнему работает только на российскую Службу внешней разведки и по ее заданию – на нас.

– Я тоже думаю, что Ревунов не предаст.

– А ты, Леня, не думай, ты наблюдай за обстановкой.

– Ты чего не идешь отдыхать?

– Мне придется ждать вызова Ревунова.

– В смысле?

– Я должен встретиться с ним по его сигналу. Когда же поступит сигнал, сейчас, по-моему, и сам он не знает.

– Так вибровызов разбудит тебя.

– Посижу с тобой пару часов, а потом на отдых. Терпеть не могу работать спросонья.

– А кто может?

* * *

Прошло чуть более двух часов, обстановка в Дерхане изменилась незначительно. К двум охранникам во дворе усадьбы Али Чаранди добавился третий, вышедший на крышу дома. В остальном и в усадьбе, и в селении, и на аэродроме все осталось по-прежнему. Охрана аэродрома не разошлась по постам, а развела костер, возле которого и устроилась на ночь. По всему было заметно: талибы здесь, в Пакистане, чувствуют себя в полной безопасности и нападения не ждут. Шепель через бинокль осмотрел местность, опустил оптику.

– Ладно! Видно до утра ни хрена не произойдет, пойду спать.

– Давай, – ответил ему Ким.

Но отойти в кусты Шепель не успел – его радиостанция малого радиуса действия издала слабый сигнал вызова. Михаил чертыхнулся.

– Вот и отдохнул… Наверняка Ревунов вызывает… Это Орион-2!

– Это Сержант. Приветствую тебя, Орион-2!

– И тебе привет, Сержант! Ты, как всегда, вовремя…

– Хотел отдохнуть?

– Нет, пойти на полянку мяч погонять. В детство что-то потянуло.

– Узнаю бравого Шепеля! – рассмеялся Ревунов. – Но твое командование нагрузило меня работой, а со мной и тебя.

– Да понял я… Мы должны встретиться. Говори, где и когда.

– Ты уже был в усадьбе; слева от нее через участок старая лачуга стоит, на самой окраине, без забора. Видишь?

Шепель поднял бинокль.

– Вижу.

– Если обойти соседний слева холм, то увидишь еще и русло старого арыка. По нему спокойно дойдешь до лачуги. У куста, что прикрывает угол дома, я тебя встречу.

– С местом понятно, нормальное. Когда встречаемся?

– Я буду ждать тебя у лачуги после 0 часов. Тебя это устроит?

– Вполне.

– Ну, тогда до встречи?

– До встречи!

Шепель отключил станцию, перевел ее на вибровызов и вложил в чехол на груди.

– Когда встреча? – подошел Ким.

– В полночь. Так что в 0 часов никакой смены. Дождешься моего возвращения, потом поднимешь Дрозда.

– Само собой, мог бы и не говорить.

– Я кемарну полтора часа. В половине двенадцатого разбудишь.

– Сделаю! Отдыхай.

– Да какой это, к черту, отдых…

Шепель прилег на траву у позиции наблюдения и тут же заставил себя уснуть, запрограммировав сон на полтора часа.

Киму не пришлось будить Шепеля. Михаил встал в 23–00. Ополоснув лицо водой из фляги, прилег рядом с капитаном:

– Ну что у нас тут, Леня?

– Да все по-прежнему.

– «Духи» смену постов не проводили?

– Нет. Может, в полночь проведут. Ты в селение пойдешь?

– Не совсем. Мне надо обойти левый холм, спуститься в русло пересохшего арыка и по нему выйти к кусту, закрывающему лачугу, что в стороне усадьбы.

– Это к той, что не огорожена забором?

– Да.

– Действительно, лачуга… Самый, наверное, бедный дом во всем Дерхане.

– Там Ревунов назначил встречу. Ты иногда поглядывай в ту сторону. Не в ущерб наблюдению за основными объектами…

– Не беспокойся! – заверил Ким. – В случае чего прикрою.

– Э, нет, Леня, – возразил Шепель, – как раз этого ни тебе, ни Дрозденко делать не следует.

– В смысле? – удивился Ким.

– Если в лачуге или около нее будут ждать «духи», то живым им меня не взять. Рвануть кольцо предохранительной чеки гранаты я всегда успею. Так что, услышав взрыв, забирайте спутниковую радиостанцию и на всех парах сваливайте отсюда. И не к границе, в глубь Пакистана, а куда-нибудь в ближнюю «зеленку».

– Предлагаешь бросить тебя?

– Нет, Леня, – Шепель посмотрел на товарища, – не предлагаю. Приказываю. И все на этом. Мне пора. Заметишь что-нибудь подозрительное, шепни мне по станции малого радиуса действия. Но до того, как я выйду к месту встречи. Все понял?

– Понял!

– А понял, так выполняй! Я же ушел.

Майор Шепель спустился по северному склону вниз, обошел соседнюю восточную высоту и увидел русло арыка, по краям поросшее густым кустарником. Само же русло было чистым, песчаным, довольно глубоким. Можно идти в полный рост. Приведя в боевую готовность бесшумную снайперскую винтовку «Винторез», Шепель пошел по руслу. В 23–57 он вышел к лачуге, указанной Ревуновым, укрывшись у куста. Неожиданно для себя услышал за спиной знакомый голос:

– А ты пунктуален, майор!

– Это ты верно заметил. Ну, здорово, что ли?

– Здравствуй!

Офицеры пожали друг другу руки.

– В дом пойдем? – спросил Шепель.

– Я бы пригласил, но ты ведь не пойдешь… В доме может быть засада.

– Все-то ты знаешь…

– Служба у меня такая, Миша. И отпусти кольцо гранаты. Не ровен час, споткнешься, и взлетим оба на воздух. Тебе нечего опасаться.

Шепель отпустил кольцо предохранительной чеки.

– Глазастый ты, Сержант!

– Разве это плохо?

– Ну, что там у тебя для передачи нашим?

Агент СВР передал Шепелю флешку.

– Здесь схемы усадьбы, селения, аэродрома, а главное, дома Чаранди. С указанием комнат, где обычно находятся хозяин дома и его гости, в том числе и сержант Луиза Крофт. В общем, на флешке все, что просило узнать твое руководство.

Шепель положил электронный носитель информации в карман.

– Темирзая видел?

– Конечно!

– Что он думает делать с Крофт?

– А ты не знаешь?

– Сержант, я спросил, будь любезен ответить.

– Хорошо… Темирзай намерен выкачать из Крофт информацию по грязным делам ЦРУ в Афганистане и Ираке, для чего привез с собой своего палача, некоего Ахмеда. Крайне жестокий тип. Пытки невольников доставляют ему удовольствие.