Ритуал возмездия - Александр Тамоников

Дмитрий посмотрел на часы: 17-55. Затем взглянул в зеркало заднего вида, в котором ему был виден парадный вход в агентство «Успех». Из него пока никто не выходил.

18-00. Из агентства вышли первые его сотрудники, и лидером среди них был молодой человек в модном костюме, в очках, с кейсом, почти таким же, как у Горелова.

Жаворонков?

Да! К джипу приближался менеджер, Дима узнал его по описанию Ольги.

Тот дошел до машины, по-хозяйски открыл дверцу со стороны переднего пассажира, вальяжно развалился на сиденье. Он знал себе цену.

— Добрый вечер, мистер Икс, я Жаворонков Виталий Сергеевич.

— Я понял это. Брось чемодан назад, нам предстоит долгая дорога.

Жаворонков никак не ожидал подобного приема. Он сел прямо, переложив кейс на заднее сиденье.

— Вы могли бы представиться? А то, знаете, как-то неудобно, я даже не знаю, как к вам обращаться, – сказал он.

— Что мне делать, решать мне, господин менеджер. Придет время, и ты узнаешь все, что нужно, а пока сиди молча, смотри в окно!

Горелов взглянул на притухшего Виталия и словно обжег того глазами. Он специально применил эту тактику, чтобы ввести агента в непонятку, подчинив с самого начала своей воле.

Менеджер не отличался смелостью и в присутствии грубой силы всегда терялся, повинуясь ей. А этот прилично одетый мужчина вселял в Жаворонкова страх. Сейчас менеджер уже не думал о процентах. Не надо никаких процентов от этого типа, лишь бы покинуть машину. Но сделать этого он не мог.

Джип несся по проспекту к выезду из города.

Постепенно Жаворонков начал узнавать местность и с ужасом понял, что этот страшный незнакомец везет его в сторону Хапово. Сердце Виталия учащенно забилось, упав куда-то в область желудка, вызвав неприятную, ноющую боль.

Менеджер прекрасно знал, что произошло с семьей Кораблевых после его визита. Жаворонкова даже в милицию вызывали, где он все обстоятельно объяснил. Казалось, его оставили в покое. А получается, что нет. Лишь бы этот человек не считал его, Виталия, виновником смерти семьи, сгоревшей в своем доме. Он же, по большому счету, был ни при чем?

Но, может, это все-таки совпадение и сейчас джип проскочит поворот на Хапово? Не проскочил! Повернул к деревне там же, где 12 мая повернул к одинокому жилому дому и сам Жаворонков. Он не выдержал, спросил:

— Прошу вас, скажите, куда мы едем?

— А ты сам не узнаешь эти места? – вопросом на вопрос ответил Горелов.

— Узнаю, но не понимаю, зачем мы здесь?

— Я уже говорил, все узнаешь в свое время.

Возле пожарища остановились.

Горелов молчал. Жаворонкова же охватила дрожь. Он ждал вопросов, но человек в плаще, не сказав ни слова, вдруг рванул джип вперед, отбросив менеджера на спинку сиденья.

Вскоре автомобиль свернул в лес.

— Послушайте, ради бога, прошу вас, ответьте, куда вы едете? Вы хотите меня убить? Но за что? Что я сделал?

Горелов взглянул на Виталия, переспросил:

— Убить тебя? Разве для этого стоило забираться в такую глушь? Нет, Виталий Сергеевич, я не собираюсь убивать тебя. Пока не собираюсь, – уточнил Горелов. – А едем мы в одно милое местечко, где заключим сделку с сохранением ее в тайне от твоего хозяина. Ведь ты на это рассчитывал, не так ли?

— Да, но… сделку с недвижимостью!

Дмитрий улыбнулся:

— Ничего, немного сменишь профиль. Знаешь эти места?

— Нет! Клянусь, ни разу тут не был!

— Значит, узнаешь! Хорошие, скажу тебе, места, особенно для того, чтобы скрыть следы преступления или совершить его.

Менеджер ничего не понимал. Страх сковал его тело и разум.

Напротив камышей джип остановился. Горелов достал «клин», спросил у Жаворонкова:

— Видел когда-нибудь эту штуку?

— «Узи»? – показал свои скудные познания в оружии менеджер, завороженно глядя на пистолет-пулемет.

— Нет. У этого ствола другое название. Это оружие специального назначения. Нажав на спусковой крючок, я могу сделать из тебя решето в секунды. Поэтому предупреждаю: вздумаешь бежать – убью. Ясно мысль излагаю?

— Да.

— Ну, тогда пойдем.

— Куда?

Горелов взорвался:

— Тащить кобылу из пруда, слышал такую поговорку?

Жаворонков вышел из джипа и замер около него, ожидая, что еще прикажет этот человек в таком неестественно белом, как саван, одеянии на фоне темного леса.

Дмитрий приказал:

— Иди к осине, видишь, слева стоит одна-одинешенька?

— Вижу.

— Ну так иди, не заставляй меня повторяться.

— А вы в это время выстрелите, да? – в голосе менеджера звучали ноты отрывистого плача.

— Да на хера ты мне сдался, стрелять в тебя? Иди спокойно! – вновь повысил голос майор.

Жаворонков, оглядываясь, спотыкаясь о кочки, незаметные в темноте, дошел до дерева, остановился, повернулся к Горелову. Тот продолжал отдавать приказы:

— Ищи конец веревки!

Жаворонков быстро нашел его.

— Иди с ним ко мне!

Менеджер подчинился.

— А теперь тащи за конец!

Виталию сначала легко давалась та работа, которую ему приказал сделать неизвестный, но потом он почувствовал, что к другому концу прикреплено что-то тяжелое. Менеджер напрягся, продолжая тянуть веревку.

Когда на берегу в свете фар джипа из осоки показалась человеческая рука, Жаворонков вскрикнул, бросив канат.

— Там… там…

— Взял веревку и потянул дальше! – приказал Горелов.

Виталий с ужасом посмотрел на Дмитрия, спокойно курившего в стороне.

— Ну! Кому сказал, вытаскивай труп на берег! – видя оцепенение менеджера, прикрикнул на него майор.

— О господи! Что же это такое? – залепетал Жаворонков, вновь взявшись за работу.

Вскоре распухшее тело с изуродованным до неузнаваемости лицом лежало на траве у берега.

Менеджер уставился на Горелова.

— Кто это? – еле слышно спросил он.

— Кот.

— Кто?

— Один из тех, кто после твоего визита устроил зверскую расправу над беспомощной семьей Кораблевых. Там еще лежит и Малыш, хочешь на него посмотреть?

— Нет, нет, ради бога, прошу, не надо! Я боюсь!

— Посмотри, Жаворонков, внимательно на этот труп. Думаю, ты не хочешь оказаться в подобном положении?

— Нет, что вы, конечно, нет!

Горелов опять словно обжег взглядом это трусливое существо.