Морские хищники - Александр Тамоников

Кочик, широко раскрыв глаза, смотрел на странного старика.

– Считаешь выстрелы, Ян? Не стоит. У меня есть запасная обойма.

– У меня, у меня здесь нет этих денег. Они… они в другом месте.

– Тем хуже для тебя.

Зениг подошел к постели, за волосы повернул проститутку на спину и выстрелил в живот. Мира потеряла сознание. Но ударом кулака в рану на животе Зениг привел ее в чувство. От сильнейшей боли она не могла кричать, только стонала. Зрачки ее расширились до предела.

– Ну что, Кочик? Твою даму еще можно спасти.

– Мне плевать на нее!

– Отлично, пусть мучается. Но тебе тоже придется испытать все то, что испытывает несчастная проститутка. Имея такие шикарные телеса, она могла бы заработать неплохие деньги и жить обеспеченно. Но из-за тебя, вернее, вместе с тобой умрет.

– Хорошо, – не выдержал Кочик, в конце концов он не обязан подыхать из-за денег Гозняка, – хорошо! Я отдам вам деньги Каспера. Они действительно здесь, в сейфе кабинета, но где гарантии, что вы не убьете меня сразу после того, как получите нужную сумму?

– А зачем мне тебя убивать? Тебя убьет Гозняк, когда узнает, что ты увел его бабки. Ведь тебе ничего не останется, кроме как, убрав трупы, быстренько валить из Гданьска, возможно, из Польши. А Каспер начнет за тобой охоту. Кому из вас повезет больше, не знаю, но думаю, Гозняк все же завалит тебя. Я же посмотрю за этим шоу со стороны. И оно доставит мне удовольствие. Глядишь, ты и на меня выйдешь, чтобы попросить защиты. Я люблю охоту, Ян, и я спровоцирую ее. Поэтому убивать тебя, при всем желании, я не стану. Такой вот я чудак.

Проститутка вдруг дико закричала, схватившись за живот.

Кочик тоже крикнул:

– Да прибейте вы ее, в конце концов, не могу смотреть.

– Как скажешь, пан Кочик.

Зениг прекратил мучения проститутки выстрелом в голову. После чего молниеносно перезарядил «вальтер» и положил пустой магазин в карман.

– Ну, Кочик? Пойдем за деньгами?

– У вас даже сумки или кейса нет!

– У тебя есть. И то и другое. Или я не прав?

– Есть.

– Ну так вставай, пойдем в кабинет! И без шуток, пан Кочик, оставь свой ствол там, где он лежит, под матрасом. Я в любом случае успею выстрелить быстрее.

Кочик встал, набросил на труп проститутки простыню, надел трусы, спортивные штаны и майку.

– Кабинет в соседней слева комнате.

– Я в курсе. Иди первым.

Кочик и Зениг прошли в кабинет. Карл осмотрелся.

– Неплохо. Дорогая мебель, современная аппаратура, оригинальный дизайн, но я не вижу сейфа.

– Он в стене, закрыт картиной.

– Это той, что слева от стола?

– Да!

– Открывай сейф. Он под сигнализацией?

– Нет! В этом не было необходимости.

– А здесь ты допустил ошибку. Впрочем, возможно, наоборот. Прибытие полиции означало бы для тебя смерть, а так разойдемся по-мирному. Давай открывай сейф.

Кочик прошел к картине, снял ее. За ней находился сейф, вмонтированный в толстую стену старого дома. Набрал код, открыл дверцу, присел в кресло у рабочего стола.

– Пожалуйста, пан инкогнито. Сейф открыт. Деньги Гозняка в верхнем отсеке, в чемодане.

Зениг, держа на прицеле хозяина квартиры, подошел к сейфу. Увидел чемодан, в нижнем отсеке пачки евро, долларов, злотых.

– А это чьи деньги? – спросил он.

– Мои личные сбережения, – ответил Кочик, – их вы тоже заберете?

– Ну, зачем? Мне нужно только то, что принадлежит моему боссу.

Он вытащил чемодан, открыл его. Быстро проверил банкноты через устройство Кочика, пересчитал пачки.

– Вроде все нормально. Ровно один миллион четыреста тысяч евро, купюрами номиналом в пятьсот евро.

– Забирайте чемодан и уходите, – сказал Кочик, – мне еще убирать за вами.

– Да, конечно!

Зениг выстрелил Кочику в лоб. Труп человека Гозняка свалился из кресла на ковер.

– Вот так! А теперь посмотрим, сколько у тебя, пан Кочик, собственных сбережений.

Оказалось, что в нижнем отсеке хранилось триста тысяч евро, двести тысяч долларов и пятьдесят тысяч злотых.

Зениг улыбнулся:

– Отлично. Ну, польскую валюту можно отдать и Лешеку, заслужил, а вот евро и доллары! Эти забрать в качестве дополнительного вознаграждения. Неплохая прибавка к основному гонорару. Вот только везти ее в Англию нельзя. Ну и ладно, пусть полежит в надежном месте в Чехии. До поры до времени. А мог ли Кочик хранить драгоценности? Судя по всему, нет. Они его не интересовали. Часы, дорогой перстень не в счет. Но осмотреть квартиру не помешает. Все же полиция должна принять за основу версию ограбления. А тот, кто грабит, забирает все, что имеет ценность, и все, что может унести.

Осмотр комнат практически ничего не дал. Тайников Зениг не обнаружил. Довольствовался золотым портсигаром, двумя также золотыми подсвечниками и картиной, неизвестно, представляющей ценность или нет. До кучи, как говорится. Уложив в дорожную сумку то, что обнаружил в отдельной комнате – чемодан, пакет с деньгами Кочика, часы, перстень, портсигар и картину, – Зениг тщательно протер пистолет, хотя и работал в перчатках. Бросил его на стол в кабинете. Осмотревшись, покинул квартиру. Вскоре сгорбившийся, хромой старик с дорожной сумкой вышел из подъезда и исчез за углом.

В проулке он достал телефон, нажал клавишу вызова:

– Лешек? Подъезжай, у меня все!

– Еду!

В 23.50 Зениг сел на заднее сиденье «Форда» и принялся снимать с себя грим. На это ушло полчаса. В 0.20 автомобиль Лешека выехал из проулка. Смигл спросил:

– Сразу уходим из города?

– Надо избавиться от перчаток, маски, трости.

– Тогда я выйду к набережной Мотлавы, туда, где нет увеселительных заведений.

– Концы в воду? – усмехнулся Зениг.

– Лучшего способа избавиться от улик в нашем случае не придумаешь!

– Ты прав. Но будь осторожен. Выбрасывать сумку будешь ты.

– А как насчет оплаты? Мы так и не договорились, сколько я получу за дополнительную работу.

– Пятьдесят тысяч злотых, кроме тех пяти тысяч евро, что уже имеешь.

Смигл открыл рот от удивления:

– Сколько? Пятьдесят тысяч злотых? Это почти семнадцать тысяч долларов.

– Мало?

– На такую сумму я и не рассчитывал.

– Своим людям, Лешек, я плачу хорошо.

– Но Болек и Ева не должны знать об этом.

– И не узнают, если сам не проговоришься.