Снайпер - Александр Тамоников

Видя, что сержант задумался, капитан спросил:

– О чем думаешь, Ангур?

– О том, что при всем своем желании, даже имея поддержку и прикрытие, мне бы не удалось переиграть тебя!

– А ты как хотел? Переиграть профессионального офицера-разведчика?!

– Но ты же сделал это с Полковником?

– Тот утратил практику оперативных действий. Да, стратег он хороший, но вот с тактикой расстался давно, а в нашем случае главенствовала тактика. Непосредственное исполнение боевой задачи, которых Полковник лично не проводил очень давно.

– Понятно!

Гуров осмотрелся, Донцов спросил:

– Чего-то ищешь, Аркадий?

– Пепельницу. Или здесь курить запрещено?

Бывший капитан покачал головой, отвечая Гурову:

– Ты или не проспался, или все еще находишься в непонятке, пепельница же перед тобой, опусти череп!

И действительно, та стояла перед самым его носом на столике.

– Черт, – незло выругался Гуров. – Забил ты мне, капитан, все мозги своими маневрами.

Аркадий закурил.

Донцов спросил:

– За гонораром отправишься завтра?

– Да, к 10.00 на одну квартиру. И тут мне нужна будет помощь.

– В чем?

– В чем-то ты, капитан, просчитываешь все до мелочи, а где главное – не видишь!

Донцов улыбнулся:

– И чего же я не вижу?

– Да то, что завтра Полковник рассчитает меня пулей! Я ему больше не нужен. Неужели это тебе не ясно? Донцов продолжал улыбаться:

– Мне-то как раз все ясно! Поэтому и спрашиваю, что за помощь ты запрашиваешь, если завтра в гости к Полковнику мы пойдем небольшой компанией.

– Компанией?

– Да! Ты, я и Паша! Полковник наверняка приготовит тебе знатную встречу! И будет в хате не один! Ему, до того, как кончить тебя, надо еще узнать, где ты прячешь Людмилу, вот он и будет колоть тебя с помощью своих отморозков. А тут – мы! У нас тоже имеется к Полковнику, перед тем как отправить его в мир иной, несколько вопросов. Один из них касается пленок, на которых зафиксирован расстрел Соболева. Якобы!

– Черт, я о них и не думал!

Гуров заметно помрачнел, потом, взглянув на капитана, спросил:

– Что ты подразумевал под словом «якобы»?

– А то, что ты стрелял уже в мертвого Соболева!

– Что?

– При первой встрече, да и потом, я не сказал тебе, какое заключение экспертизы пришло в часть из Ростова. И в нем было сказано, что умер рядовой Соболев от множественных ранений в область живота и груди. Выстрел же в голову являлся посмертным. Но пленки от этого не становятся безопасными и могут причинить немало неприятностей.

Гуров уставился на бывшего капитана:

– Ты это... про Соболева, серьезно?

– Чего серьезно?

– Я не убивал Женьку?

– Нет!

– Господи...

Аркадий схватился за голову, качаясь из стороны в сторону, – знать бы об этом раньше! Все было бы по-другому! Проклятый Полковник!

Донцов, видя состояние бывшего сержанта, сделал паузу, молча отойдя к окну.

Затем вернулся. Состояние состоянием, но надо и дело делать. Поэтому, положив руку на плечо Гурова, он продолжил:

– Но ты стрелял в него, и этот факт зафиксирован. Он может сильно испортить тебе жизнь. Уже тем, что «воскресит» тебя, и возникнут вопросы: а чем раньше занимался оставшийся в живых сержант Касьянов? Нет! Ты, под истинным обличьем, погиб! Живет Гуров, Касьянова похоронили. И никто не должен иметь возможность доказать обратное. Давай подумаем, где могут храниться пленки? Я имею в виду копии. Оригинал наверняка у того, кто стоит над Полковником, а вот копии?

Гуров продолжал оставаться в ступоре:

– Откуда мне знать?

– Ты не знаешь и знать не можешь, как и анализировать сейчас обстановку, придется делать это мне. Копии сделаны однозначно. Но их много быть не может, и находиться они должны под рукой. Этой информацией может обладать только Полковник. Вот завтра мы и поговорим на эту тему с господином Афониным. И еще кое о чем. Тебя сейчас отвезут домой. Отбрось пока историю с Соболевым. Потом все обдумаешь, когда окончательно освободишься от шантажа. И готовься к встрече с коварным врагом. У тебя есть ключ от конспиративной хаты?

– Есть!

– С собой?

– Да!

– Давай его сюда! Квартира большая?

– Да!

– Завтра идешь к Полковнику как ни в чем не бывало. Как и раньше, получить расчет, и эмоции попридержи. Ну а дальше... дальше по обстановке. Ты меня понял, сержант?

– Понял, капитан!

– Приводи себя в порядок. Завтра решающая схватка! И решит она в первую очередь твою судьбу! Прибор кодированной связи оставь. Он больше не нужен. Перед тем как пойдешь на встречу, с улицы предупредишь меня по сотовому телефону. Все! Паша, отвези его домой.

Помощник доставил Аркадия по знакомому адресу. Попрощавшись с Павлом, Гуров прошел ставшим уже привычным чердачным путем до своего подъезда. Спустился в квартиру.

Шок от сообщения капитана, касаемо Соболева, перерос в огромное облегчение.

Аркадий упал на софу.

Он не убивал товарища! Не убивал! Но за смерть его отомстит в любом случае! И, похоже, завтра будет нелегко!

Бывший начальник разведки спецназа включается в игру лично.

И не только для того, чтобы прикрыть бывшего сержанта. Донцов метит дальше. Он хочет выйти на самую верхушку преступного айсберга, на того, кто затеял эту дьявольскую игру. И завершить ее. А следовательно, быть завтра дню тяжелому.

Эту ночь Гуров так и не смог уснуть, лишь под утро забывшись дремой.

Но, встав в шесть утра, Аркадий был готов к боевому выходу.

В 8.30 он вышел из дома, сел в «Ауди», направив автомобиль к конспиративной квартире. Вызвал по сотовому капитана, тот молчал, но было слышно, что он ждет слов Ангура.

– Я выехал, к назначенному времени буду на месте.

Связь отключил капитан. Что бы это значило? Почему он не может говорить?

В 9.55 Гуров вышел из машины у знакомого дома. Поднялся по лестнице.

Вот и знакомая площадка.

Гуров подошел к железной двери, позвонил условным сигналом.

Кто-то посмотрел в «глазок». Дверь открылась. Открыл ее Полковник, тут же выговорив Аркадию, пропуская в прихожую:

– Почему звонишь? Где ключи от квартиры?

– Оставил дома. Проснулся поздно, собирался в спешке, чтобы не опоздать к назначенному времени, даже побриться не успел. Только по пути про ключи и вспомнил. Не возвращаться же за ними было?