Магнат. Люди войны - Николай Соболев

— У нас есть прекрасная возможность завладеть целой страной.

— Да, это я уже понял. Господа Шварц и Вилья, — Джонни указал на сидевших по сторонам друзей, — члены правления нашей корпорации, высказались за финансирование выборов в Андорре.

— Я не собираюсь проводить выборы в Андорре! Я собираюсь превратить ее в королевство! — вспыхнул Скосырев, но тут же добавил: — Выборы, конечно, не помешают, но я считаю их пустой тратой времени.

— Ого! — иронично хмыкнул Ося.

— Я готов предложить сеньору Грандеру корону независимого государства!

— А что же не сами? — тяжелым взглядом исподлобья обжег гостя Панчо.

— Меня устроит пост премьер-министра.

— Иными словами, вы желаете, чтобы мистер Грандер оплачивал ваше существование и все преобразования в Андорре?

— Отнюдь! Центральная идея — превращение княжества, по примеру Монако, в игорную зону!

— Не взлетит, — повернулся Панчо к Осе и Джонни. — По нашим данным, епископ Урхеля резко против игорного бизнеса.

— Я предполагал, что ваш масштаб гораздо крупнее, чем какого-то епископа!

Панчо лениво потянулся:

— Может, вышвырнуть этого типа?

— Погоди, — остановил его Джонни. — Мистер Шварц, объясните, пожалуйста, Борису Михайловичу, в чем он неправ.

Скосырев вздрогнул — последняя фраза была сказана по-русски.

Ося за несколько минут в пух и прах разбил идею игровых Нью-Васюков. Положим, у епископа есть пунктик с каталанским языком и независимостью Каталонии, на это его можно купить. Но даже если епископ даст согласие, казино в Андорре сразу и бесповоротно проиграют! Отелей нет, инфраструктуры нет, железной дороги нет, да что там железная дорога — аэродром некуда воткнуть! Какой человек с деньгами променяет раскрученное и удобное Монако, куда можно приплыть на собственной яхте, на дикие горы? К тому же, население в Монако давным-давно занято обслуживанием игорных домов, а в Андорре все слишком патриархально, если страну вдруг затопят десятки и сотни игроков, первыми взвоют и начнут бузить все пять тысяч андоррцев.

С каждым новым аргументом губы Скосырева кривились все больше:

— Но тогда королевству просто не на чем зарабатывать! У них и так большие проблемы со строительством электростанции и дорог, государственную компанию FHASA пришлось отдать на откуп французу!

Переброшенную ему Грандером толстую папку с планом создания оффшорной зоны он принял с заметным скепсисом, но по мере чтения воодушевлялся, снимал монокль и тер надбровья. Налоговая гавань с такими низким ставками, что промышленники и банкиры должны ухватиться обеими руками. Банковский заповедник, вчистую списанный со Швейцарии. А на закуску — «удобный флаг» для торговых судов, по аналогии с Либерией и Панамой. У княжества нет выхода к морю? Какой пустяк, Андорра (читай Grander Inc) вполне может арендовать порт Хихона.

В качестве бонуса — горнолыжные курорты, для которых как раз и нужны дикие горы. Давос, Валь д’Изер, Сестриере, Альп д’Юэз только-только раскручиваются, можно их опередить.

— Довольно радикально. И не очень соответствует местным фуэрос, говорю, как подданный княжества. Но очень интересно!

— Если мы собираемся устанавливать монархию, то и законы менять надо. Сколько времени вам потребуется, чтобы переписать вашу конституцию с учетом наших предложений?

— За ночь управлюсь.

— Отлично, я предоставлю вам дом. Ешьте, пейте, спите, но ни шагу из него!

Скосырев кивнул, но тут же спросил, будто вспомнил важное:

— Что вы собираетесь делать с жандармами?

Панчо ехидно усмехнулся — в последний раз «графа» из Андорры вышвырнули пятеро гражданских гвардейцев:

— Испания и Франция вряд ли пошлют больше, чем несколько десятков человек. Мы же сформируем Национальную гвардию королевства в несколько сотен и заблокируем въезды.

— Кроме того, — добавил Джонни, — вы с мистером Шварцем съездите к Жану Орлеанскому, герцогу де Гизу…

— Зачем? — монокль выпал из глаза Скосырева.

— Де-юре он глава французского королевского дома. Полагаю, за небольшое пожертвование он не откажется передать вам свои права на княжение.

— А если откажется?

— У нас есть юристы, готовые доказать, что таких прав нет и у Французской республики.

После ухода Скосырева Ося на всякий случай спросил:

— А кто кроме наших фирм подпишется?

— Хотя бы Испано-Сюиза. Часть наших французских контрагентов, плюс американцы с бизнесом в Европе.

— Негусто.

— Лиха беда начало!

План создания Национальной гвардии Ося пропустил мимо ушей, высчитывая, кого может заинтересовать минимальная налоговая ставка. Но все равно уловил, что Панчо и Джонни собрались сформировать несколько отрядов и перебросить их в Андорру к заседанию Генерального Совета, на котором Скосырев будет утверждать конституцию. Недавно посаженный Аль Капоне говорил, что доброе слово и пистолет эффективнее просто доброго слова, вот и создание королевства лучше подпереть вооруженной силой. Человек двести в самый раз — сотни на все не хватит, от трехсот могут сильно возбудиться «соправители».

Панчо звонил в Овьедо и требовал разыскать брата какого-то Иньяки, Джонни теребил по телефону Эренбурга, чтобы он набрал человек пятьдесят французов.

Из Памплоны прилетел не Сева, а регулярный рейс авиакомпании Asturia, но все равно трое басков, буквально выпавших из самолета, находились в сильнейшем потрясении — если в грузовиках крестьянские парни ездили и раньше, то первый в жизни подъем в небо, да еще в мягких креслах, да с улыбчивой стюардессой, поразил их в самое сердце.

— Кайшо, Иньяки! — встретил их у машины Джонни.

— Арацальдеон, хауна Грандер! — несколько вразнобой прозвучал ответ.

От итальянских чернорубашечников форма басков отличалась зеленым цветом гимнастерок и красными беретами вместо колпаков. Впрочем, такая подозрительная похожесть Осю не смущала — сейчас все, от штурмовиков и ротфронтовцев в Германии до социал-демократического Шуцбунда или еврейского Бейтара, носили нечто подобное.

Сидели по-простому, на крыше, чтобы не подавлять гостей обстановкой кабинетов. Панчо колдовал над мангалом, Джонни, как хозяин, разливал вино.

Иньяки не стал тянуть и перешел к главному сразу после первого тоста:

— Чем мы можем вам помочь?

Джонни растянул губы в улыбке и вполголоса ответил:

— Установить монархию в Андорре.

— Вы же республиканец? — недоверчиво склонил голову к плечу Иньяки.

Второй баск тихо переводил третьему.

— Я прагматик. Король для Андорры сейчас лучше, чем республика.

— Не понимаю. Вы же можете сделать все сами, зачем вам полсотни крестьян из Наварры?

Как бы в подтверждение баски выложили на стол совсем не аристократические руки, привыкшие к работе. Ося посмотрел на их простые лица, на которых застыло напряженное ожидание.

— Затем, что меня считают республиканцем. А для такого дела нужны монархисты.

Трое перекинулись