Остров террористов - Александр Тамоников

— Спасибо, Нора.

— И еще… — она замялась, — это уже от меня лично. В Эдинбурге на платной парковке с западной стороны вокзала можете взять машину. Это «Форд Эксплорер» 2011 года, цвет серый, номера 014BEN, машина открыта, страховка и ключи в машине. О бензине позаботишься сам. Эту машину я одолжила у своих знакомых…

«И там, конечно, нет ни «жучков», ни встроенных шпионов-навигаторов», — мысленно усмехнулся Андрей.

— Я тебе очень признателен, Нора.

— Надеюсь, машину ты там не разобьешь…

— Хорошо, Нора, благодарю за сотрудничество.

— И запомни, Корнилов, это все в порядке исключения, — голос девушки зазвенел, но стальных ноток в нем явно не хватало. — Наши с тобой отношения с моей стороны были ошибкой, за которую я уже понесла наказание, а с твоей — очень некрасивой и злонамеренной провокацией. Между нами ничего не может быть. Ты — достойное отражение хищной и коварной политики своего государства. То, что вы наделали в Сирии — я имею в виду памятную химическую атаку против мирных жителей, — это чудовищное преступление, за которое не может быть прощения. С одной стороны, вы вроде боретесь с террористами, а с другой — допускаете такое, что террористы лопаются от зависти…

— И сотни мирных жителей Мосула, которых вы насмерть разбомбили, с этим, конечно, согласятся, — вкрадчиво парировал Андрей. — Ты права, Нора, мы боремся с террористами, а кое-кто задумчиво на это смотрит и ждет не дождется, когда же мы допустим ошибку. Кадры с химатакой и пеной изо рта были постановочными — это в принципе уже доказано. Ну, хотелось вашему новому президенту, которого отвергает и Конгресс, и население, предстать эдаким своим парнем, найти повод для удара по Сирии, с которым вы, кстати, тоже крупно облажались… Ты же неглупая девушка, все понимаешь.

— Нет, это ваши кадры были постановочными, — выплюнула Нора, — где вы доказываете, что подлинные кадры были постановочными. Ты неисправим, Корнилов, — и Нора швырнула трубку.

— Эх, из вас бы вышла идеальная пара, — мечтательно вздохнул Полянский. — С этой дамочкой так прикольно спорить, да?

— Мудрая женщина, — уважительно сказал Веприн.

— Мудреная, блин, — Андрей фыркнул и отвернулся к окну.

Мощный внедорожник послушно бежал по ровной дороге мимо необычайных красот. Живописная Шотландия растекалась под хмурым небом. Иногда пробивалось солнце, но тучи не давали ему разгуляться — вновь наваливалась хмарь. Андрей заранее предупредил: по делу лучше не болтать. Не факт, но в машине может стоять подслушивающая аппаратура. В основном молчали, с интересом смотрели по сторонам. Смолич получил строгое указание: правила движения не нарушать — даже если очень хочется, и к тому складываются все предпосылки. Посты дорожной полиции периодически встречались. Встреча с полицией в планы не входила. Британские паспорта участников «вечеринки» могли бы выдержать лишь беглую проверку. Андрею же снова пришлось извлечь документы на имя Иоганна Шульца — гражданина Аргентины германского происхождения. Нареканий они не вызывали, но могли быть засвечены еще в марте. Использовать их стоило лишь в гостиницах и в крайнем случае — для предъявления самым настырным офицерам полиции. Пейзажи за окном захватывали дух. Крупных городов в этой части Шотландии не было. Иногда проезжали через небольшие населенные пункты — мелькали серые низкорослые дома с белыми наличниками и оконными переплетами, декоративные башенки, скромные пресвитерианские церкви. Поднимались величавые холмы, в седловину между ними устремлялась дорога. Хвойные леса карабкались по возвышенностям. Распахивались изумрудные холмистые долины. Пробежал путепровод — вылитая копия римского акведука. Прорисовался в сером воздухе выросший прямо из скалы замок. Вблизи деревень паслись пушистые овечки, а однажды Полянский взорвался хохотом, тыча пальцем в забавных пони в вязаных свитерах — они невозмутимо щипали траву на пригорке. Пробегали причудливые скалы с колоннами из базальта. За небольшой жемчужной долиной сверкал красочный водопад — он падал с обрыва, формируя извилистую речушку. Проехали старый каменный мост, по которому плелся древний маневровый локомотив.

Долгое время дорога петляла вдоль покатых спусков. Гигантские булыжники, заросшие мелким пушистым мхом, теснились вдоль обочин. Полянский с открытым ртом провожал глазами красивое озеро с извилистыми берегами, вольготно раскинувшееся среди скал.

— Интересно? — покосился на него Андрей.

— Ага, — кивнул Максим, — а вдруг вылезет эта штука, как ее… Гигантский плезиозавр с длинной шеей и маленькой такой головкой…

Дорога петляла вдоль озера, взбиралась на холмистый склон, заросший плотным ковром низкорослой зелени.

— Трава здесь какая-то зеленая… — меланхолично пробормотал Смолич, скашивая глаза.

— Неужели? — фыркнул Веприн. — Трава, знаешь ли, и в России зеленая.

— Да нет, Леха, в России трава, оказывается, ни фига не зеленая…

Дорога пролегала через населенный пункт. Небольшие дома со скворечниками-мансардами теснились вдоль обочин, взбирались на холмы. Центр поселка украшали клумбы и стриженые деревья. Над отдельными зданиями колыхались флаги — белые кресты на голубом фоне.

— Странно, — пробормотал Смолич. — Здесь повсюду наши Андреевские флаги… Это же флаг нашего флота, нет?

— Флаг Андрея Первозванного — моего тезки, — усмехнулся Андрей. — Покровитель Шотландии — святой Эндрю. Это их национальный флаг. Увы, наш флот тут ни при чем. Удивляются, поди — чего это русские корабли плавают под шотландскими знаменами… Этот парень покровительствует рыбакам, матросам — вообще любому, кто выходит в море. С причала рыбачил апостол Андрей, все такое…

— Хреново иногда покровительствует, — проворчал Веприн.

— Бывает, что хреново, — согласился Андрей. — Раньше, говорят, ему лучше удавалось. Бывало, что и утопленников воскрешал. Но рыбаки до сих пор перед выходом в море читают ему молитвы — от греха подальше. У капитана его иконка — обязательный атрибут. Тоже мало ли что…

— У них и флота нет, — буркнул Смолич.

— У них даже армии нет, — хмыкнул Веприн. — Пользуются английской. Я читал, что в английской армии существует лишь один шотландский полк — Королевский полк Шотландии. А население, между прочим, пять миллионов. Пацифисты, чтоб их…

Андрей посмотрел на часы. Судя по времени и стрелке на спидометре, проехали не меньше ста верст. Живописные окрестности начинали приедаться. Ругнулся Смолич — машина, любезно предоставленная сотрудницей ЦРУ, безбожно потребляла бензин. «Это один из элементов необъявленной гибридной войны», — усмехнулся Андрей. Въехали в очередной населенный пункт. Местные городки были копиями друг друга. Монотонная размеренная жизнь, никакой суеты, сонные кошки с собаками, сонные аборигены. Время здесь будто остановилось. Лишь отдельные вывески и идеальный асфальт с разметкой возвращали к мысли, что 21-й век все же наступил. Даже машины у местных жителей были в основном подержанные. На выезде из городка имелась заправка. Офицеры вышли из салона, чтобы размять кости. Бензин наливался тоже неторопливо. Работники АЗС — какие-то потрепанные невзрачные мужчины — изъяснялись между собой на языке, в котором звучали знакомые нотки.