Барракуда - Сергей Зверев

— Надо разжечь огонь и немного согреться.

Барханов подхватил несколько поленьев, нашел на столе обрывки прошлогодних газет и разжег костер. Тяга была настолько велика, что огонь разгорелся за считаные минуты. Старлей только и делал, что подбрасывал в пламя полено за поленом.

— Тут и покушать есть.

Майор нашел на полке несколько банок дешевых рыбных консервов и закостеневшую буханку хлеба. Он попытался разломать ее напополам, но ничего не вышло. Стояли на полке и крупы, и соль в стеклянных банках.

— Давай сюда, погрейся. — Барханов уже разлегся на волчьей шкуре и, подставив теплому воздуху заледенелые руки, завороженно смотрел на искры, улетающие в дымовую трубу.

— Нас могут заметить корейцы, — Лавров достал нож и воткнул его в консервную банку.

— Ты думаешь, они заметят дым, выходящий из трубы? Ветер его разносит прежде, чем он поднимается над лесом.

— Всегда лучше перестраховаться, — майор отогнул образовавшийся металлический круг и протянул консервную банку старлею.

— Горбуша в томате? — Барханов посмотрел на пеструю этикетку.

— Надпись стерлась, но, по-моему, да.

— Что ты предлагаешь?

— Побудем здесь часок-другой и двинемся дальше.

— А как же буря?

— По сравнению с корейцами буря лишь природное явление.

— Ураган, торнадо и цунами тоже природное явление, — недовольно пробурчал Барханов.

Лавров открыл ножом вторую консервную банку и присел рядом со старлеем. Только сейчас он почувствовал, как тепло приятной дрожью расходится по заледенелому телу.

— Андрей, скажи честно, зачем вообще мы взялись за это дело?

— Ты про что? — Майор Лавров сделал вид, будто не сразу понял, что имеет в виду Барханов.

— Зачем мы взялись помогать Ставропольскому? — Он оторвал взгляд от очага и посмотрел на Лаврова. — Неужели ради денег? Кстати, мы их уже вряд ли получим.

Десантник улыбнулся и отправил в рот здоровенный кусок спрессованной горбуши.

— Сколько лет ты меня знаешь? — спросил Лавров.

— Достаточно, чтобы выучить наизусть.

— Видимо, недостаточно. — Немного подкрепившись, майор закурил.

Старлей с удивлением и одновременно с восхищением смотрел на своего командира. Он все еще пытался понять, какого черта они ввязались в перестрелку с корейцами, блуждали на джипе в поисках похищенной внучки, а сейчас сидят в чаще леса, в охотничьей избушке, согреваясь от холода.

— Деньги для таких людей, как мы, не главное, — продолжал Батяня, — они не играют для тебя решающей роли. А помочь бизнесмену я решил не из личных симпатий, это, старлей, наша прямая обязанность. Продолжение дела, за которым нас сюда и послали.

— Какая обязанность? — вскинул голову Барханов.

— Разыскать сверхсекретный вертолет «Барракуда».

— Он же потерпел аварию при осмотре места крушения «Ми-28».

Бятяня задумчиво покосился на красные угли в камине. Свел брови и глубоко затянулся, выпустив струйку дыма в огонь.

— Я тоже сначала так подумал. — Майор скрестил руки и опустил на них подбородок. — Помнишь, как Ставропольский пытался полететь вместе с пилотом?

— Ну…

— Как все перепились в хлам и уснули, помнишь?

— Обычный банкет, что тут такого? — Старлей пожал плечами.

— Это еще не все, — произнес Лавров, — похищение внучки бизнесмена совпало с пропажей вертолета, а случайных совпадений в жизни не бывает. Потом странное поведение корейцев: засада на пилораме, охранник с базукой, взорвавшийся «Хаммер» и «УАЗ». Улавливаешь связь?

— Типичные бандитские разборки, мы просто попали под замес, — ответил Бараханов, — а вот «Хаммер» они зря взорвали.

— Теперь вернемся немного назад. Когда выпивка кончилась, телохранитель Ставропольского принес целый ящик коньяка…

— Кстати, я все еще жалею, что не попробовал его, ведь пятизвездочный был.

— И правильно сделал, — произнес майор, — мне кажется, что в коньяк было подмешано снотворное. А подсыпал его телохранитель, вот только кто заплатил ему за это: Ставропольский, тот кореец или пилот из «Ростехвооружения»?

Старлей задумался, осмысливая версию Батяни. В его памяти начинали всплывать отрывочные моменты банкета в штабной палатке — лица присутствующих, количество блюд на столе, довольная физиономия телохранителя, ставившего на стол ящик коньяка.

— А потом его находят в обгоревшем джипе на поляне мертвым.

— Верно. «Барракуду» могли похитить.

— Почему мы не задержали Ставропольского сразу?

— Я только сейчас смог свести все эти концы воедино. Но еще остается много вопросов, на которые нам предстоит ответить.

— Теперь мне все понятно… Вот только зачем внучку было похищать?

— Чтобы вывести бизнесмена из игры, — сделал предположение майор Лавров, — так или иначе, в этой истории замешаны все, без исключения.

— Так где нам искать вертолет? — задал назревший вопрос Барханов.

— У корейцев, — уверенно ответил Батяня, — а вот где именно, это уже другой вопрос.

* * *

Погасив огонь в очаге, приободренные десантники покинули охотничий домик. Привыкнуть к леденящему ветру после теплого огня было нелегко. Майор Лавров не имел привычки брать чужого, не оставив чего-нибудь взамен. Поэтому за съеденные консервы и сожженные дрова оставил владельцу охотничьего домика коробку патронов к карабину, которые нашел в походном рюкзаке. Им они были без надобности, так как карабин, к которому прилагались эти патроны, остался в «Хаммере».

— Как ты думаешь, обрадуется ли хозяин, увидев вместо консервов и дров упаковку патронов? — обогнув поваленное дерево, спросил Барханов.

— Если у него есть карабин, то да.

— Только что, — устало произнес старлей.

Снегопад и ветер постепенно ослабевали, из-за туч даже изредка начинало выглядывать солнце. Теперь десантники могли передвигаться быстрее, не тратить время на частые остановки.

— Распогодилось, — облегченно вздохнул Барханов, — а то я думал, что ветер уже никогда не кончится.

— Кажется, мы вышли к цивилизации.

— Что там такое?

— Лес кончается, по-моему, впереди дорога.

Вскоре десантники вышли на узкую дорогу, пробитую в снегу. Ни второй полосы движения, ни знаков, указывающих направления, здесь и в помине не было — тут могла проехать только одна машина.

— Как ты думаешь, по ней вообще когда-нибудь кто-то, кроме бульдозера, ездит?

— Кто его знает…

— Что будем делать дальше?