Эстафета любви - Иван Кузнецов

Стрёмно как-то на трезвую голову, да и боль хоть немного заглушу, — думал он.

Но, отойдя немного от киоска, услышал рычание собаки и пьяные голоса мужиков:

— Эй, пацан, дуй отсюда, а то он и тебя съест. Не понял что ли?

— Не, а что, пусть полакомится человечинкой, злее будет.

Выглянув из-за деревьев, Витек увидел трех мужиков с ротвейлером на поводке, один из которых с угрожающим видом чиркнул себе пальцем по горлу и грязного оборванного мальчика лет шести, прижимающего к себе котенка.

— Я не отдам вам Рыжика. Ваша собака его съест, — плакал мальчик.

— А что, поинтереснее соперника не могли найти? С детьми только воевать умеете?

Мужики обернулись на голос.

— Ты кто такой? — хмуро спросил по-видимому старший из них. — Топай пока цел. Сейчас собаку спущу.

Но осуществить угрозу не удалось. Ротвейлер с силой рванул поводок и побежал догонять какую-то собачью свадьбу, решив, видимо, что там его шансы на сладкое будут гораздо выше.

— Рекс, стоять, ко мне, куда? — заорал мужик. — Ну все, падла, тебе конец. Он вытащил нож и пошел на Витька. За ним пошел второй с куском арматуры. Третий, разбив бутылку о лежащий камень, пошел следом.

Витька переклинило. Поймав атакующую руку с ножом, он с хрустом крутанул ее, отбросив орущего мужика на его товарищей. Подскочив следом, не помня себя от ярости, он раздавал страшные удары, ломая челюсти и носы, пиная ногами утробно воющую массу.

Закончив экзекуцию, он обернулся к мальчику.

— Как тебя зовут, герой?

— Коля. А почему я герой?

— А я бы, наверное, так не смог.

— Да ладно, вы вон какой сильный.

— Слабый я. Я вешаться шел. Жить не могу. Ну теперь, наверное, придется немного повременить. Ты где живешь? Давай я тебя домой отвезу, чтобы еще какие дебилы не пристали. Да и котейку твоего надо бы ветеринару показать на всякий случай. А чего ты такой оборванный?

— Я на Луговой живу. Только меня мамка домой не пустит. Она сказала, чтобы я денег насобирал и бутылку ей с дядей Вадимом принес. Я и насобирал, только вот Рыжика нашел. Корм ему купил. Хотел ему в лесу домик сделать, а тут они…

— Тебя что, не кормят совсем? А что с глазом? А это что на руке?

— Кормят. Я милостыню прошу возле церкви. Кто денежку даст, кто хлебушек…

— Так. Ладно. Поехали к тебе. Я сам с твоей мамкой поговорю.

Приехав по адресу, Витек удивился, что мальчик и не думает выходить из машины, лишь испуганно смотрит в приоткрытое окно прижимая к себе мурлыкающего котенка. Постучав в калитку, он стал ждать. Через минуту вышла грязная женщина неопределенного возраста с сильным запахом перегара.

— Тебе чего?

— Да вот поговорить с вами хотел. Ваш сын котенка спас, только боится, что ругать его будете.

— Ах паразит. Опять ничего не принес? Где он?

— Спокойно, мамаша. Ничего не попутала? Это ты его кормить должна.

— Да его убить мало. Где он? Колька, скотина, а ну иди сюда! Сейчас я тебя вместе с твоим котенком утоплю.

— Сколько тебе надо денег? перешел на понятный ей тон Витек.

— Ну, сколько… Мне с Вадькой по бутылке и на закусь.

— Понятно. А документы его у тебя сохранились?

— А тебе какая печаль? Что, себя в отцы записать хочешь? Это я не против, вон у тебя машина какая дорогущая. Документы, между прочим, тоже денег стоят.

— Дура что ли? Я в больницу его хочу отвезти, подлечить. Сколько ты хочешь за документы?

— Ну, за документы… Это минимум ящик надо. И можешь его больше не привозить. Надоел хуже горькой редьки

— Иди, будет тебе ящик.

Сунув в грязную руку 100 долларов, он взял свидетельство о рождении и сел в машину.

— Ну что, Рыжов Николай Николаевич, ты все слышал. Видать судьба такая. Останешься со мной жить?

— Так вы же вешаться хотели…

— Повесишься тут…

— А как вас зовут? А вы меня бить не будете? А Рыжик не помешает?

— Виктором зовут. Я бью только плохих людей. Вот ты и следи за Рыжиком чтобы он в доме не пакостил и в тапки не ссал, и не помешает. Ну раз так, поехали на вокзал, надо жилплощадь снять, а утром поедем по делам. Дел у нас с тобой много. И покажи где у вас круглосуточный магазин, а то я весь день не жрал, да и тебя откармливать надо, вон какой худющий.

***

Сняв квартиру и соорудив нехитрый ужин, Витек с жалостью смотрел на больного, жадно поглощающего еду парнишку, отметив про себя, что тот сначала дал еду котенку, и лишь потом сам сел за стол. Отмыв мальчонку в ванной, он уложил его с котенком спать на диван, распечатал бутылку водки, налил, выпил и задумался.

— Ну, Виктор Саныч, как дальше жить думаешь? Ищут тебя наверняка и менты и братва. Бабки-то поди общаковские взял…

— Да и хрен с ними со всеми. Когда-нибудь все равно конец. Хотя документы надежные. Кто знает, может и пронесет. И парнишка пропадет без меня.

— А как же Света? Ты же к ней хотел?

— Придется, видимо, задержаться. Она там все видит, поймет… Не могу я парнишку бросить. Хватит с лихвой того что родная мать его продала.

На следующее утро, позавтракав, они поехали по делам. Нужно было купить мальчику приличную одежду, показать его врачу, а котенка ветеринару. На счастье, ни у кого из маленьких пациентов не нашли ничего серьезного, порекомендовав только витамины, здоровый режим и усиленное питание. За этим дело не стало. На радостях они заехали в детский мир и купили книги, игрушки и разные наборы для творчества.

— Тебе же на будущий год в школу, а ты даже букв не знаешь», — говорил Витек. Будем теперь с тобой заниматься.

Коля просто светился от счастья.

— А вы можете меня еще научить драться?

— Это можно. Парень ты правильный, слабых защищаешь, тебе полезно будет. Но сначала учеба, потом спорт. Тебе в школу готовиться нужно. В драке главное не мускулы, а дух, а у тебя этого добра хоть отбавляй. И запомни. Никогда не дерись просто так, от нечего делать. Только за что-то важное, за что не жалко пострадать и даже умереть. Если знаешь, что сражаешься за добро, если идешь вперед и ничего не боишься, если готов умереть за правду — никогда не проиграешь.

***

Жизнь шла