Жестокий рикошет - Сергей Самаров

Джабраил остановился, но покачиваться не переставал. Он был в сознании, но словно бы не в своем уме. Похоже, головой сильно стукнулся. Я бы вообще подумал, грешным делом, что он сам собственный шикарный джип «Гранд Чероки» размолотил этой вот бездумной головой с обожженными волосами. А теперь кается за совершенное.

– Джабраил, – позвал я и тут услышал откуда-то издалека шум двигателя машины. Судя по шуму, это был грузовик. Скорее всего, тот самый. Но откуда звук идет, в узком ущелье разобрать было трудно. Он мог и со стороны села исходить, и в сторону села, а звук по ручью впереди машины раздавался и сливался с журчанием на перекатах. Значит, времени у меня осталось совсем немного и надо события форсировать.

Джабраил словно бы не слышал меня и смотрел перед собой.

– Джабраил! – теперь я уже громко и четко позвал и основательно встряхнул его.

Он поднял на меня глаза.

– Ты помнишь меня?

В глазах мужчины светился разум. В этом ошибки быть не могло. И глаза он отвел сразу. Я понял, что он меня узнал.

– Помнишь?

– Нет.

– Ты помнишь Авдорхана Дидигова?

– Помню, – ответил бесстрастно Джабраил.

– А теперь и меня вспомни. Ты привез ему меня и еще двоих. Вспомни, как ты меня за шиворот из своей машины выбрасывал.

– Крещеный, – словно бы через силу сказал он.

Узнал, хотя и боялся узнать. И полностью он в своем уме. И даже машину свою не сам головой разворотил, а я гранатой. Джабраил ловко разыгрывал полубессознательного человека в надежде, что я такого убивать не буду, пожалею.

Я пожалел.

– Слушай сюда, урод. Сейчас машина подойдет. Доедешь до Авдорхана и передашь ему, что я готов поменять его брата на остальных пленников, на живых и невредимых. На всех пленников~ И не просто поменять, а отпустить, но только после того, как все десять пленников на свободе будут. Я Авдорхану не верю. И потому условие ставлю конкретное. Пленникам дадут грузовик, и они проедут мимо меня. В открытом кузове. Там есть человек, который раньше шоферил, – Владимир Ласточкин. Пусть он будет за рулем. И только один человек из ваших. Тоже в кузове. Который машину назад погонит. Только тогда Ризван будет на свободе. Понял, о чем я говорю?

Он понял. Я по глазам увидел, что он понял. И не только то, что я сказал. Он понял, что я не собираюсь его убивать, и обрадовался.

– Я скажу. Я все скажу. Что еще сказать?

– Еще скажи, что брат его только слегка ранен, но жив и жить будет еще сутки. Пусть готовит пленников. Если через сутки пленники не будут освобождены, я расстреляю Ризвана.

– Авдорхан освободит. Он освободит. Ему очень нужен Ризван. Больше, чем всему остальному селу.

– Любит брата? – спросил я холодно, но вполне понимая чувства старшего Дидигова.

Джабраил стрельнул на меня глазами и проворчал, а не сказал, совсем как здоровый человек в ясном уме и полной памяти:

– Деньги любит.

– Какие деньги? – спросил я скорее машинально, чем стараясь вникнуть в смысл вопроса.

– Которые на имя Ризвана в швейцарском банке лежат. Деньги Авдорхана.

– Много?

– Много миллионов.

Обожженное лицо искривилось от восторга при мыслях о больших деньгах. И Джабраил устремил на меня взгляд, словно ждал, что я тоже от восторга языком зацокаю. Но я еще и другое уловил. Не во взгляде, а в словах Джабраила. Он, как мне показалось, словно бы желал, чтобы я Ризвана убил. Наверное, это была зависть к обладателю больших денег со стороны человека, таких денег не имеющего. Зависть многим спать не дает и на черные дела толкает. И у меня появилось подозрение, что Джабраил может с моим поручением не справиться. Не захочет справиться. Память у него вдруг отшибет.

И я сказал на всякий случай:

– Я скоро позвоню Авдорхану, спрошу, как он готовится к освобождению пленников. Иди.

По короткому взгляду Джабраила я понял, что подозрения мои имели под собой основания. Не решение, а хотя бы мысль предать Ризвана у него была. Но теперь он побоится.

Он пошел навстречу звуку автомобильного двигателя. Теперь ясно было, что грузовик едет со стороны села. Еще засветло, наверное, выехал~

Я быстро зашагал в обратную сторону. И только около догорающего «Гранд Чероки» вдруг сообразил, что мне не с чего звонить Авдорхану. Надо было взять трубку у Джабраила, потому что у Ризвана трубки с собой, кажется, не было. Не успел еще, наверное, обзавестись после побега. Он меньше суток на свободе провел. Впрочем, я не искал в его карманах специально трубку. Если поискать, может, и найдется.

Но я хорошо помнил, что мобильник был и у одного из постовых. И потому я не стал возвращаться к Джабраилу, а принялся обыскивать труп. Мобильник нашелся~ Только мне от этого легче не стало. Моя пуля пробила его насквозь, и позвонить теперь не было никакой возможности.

Я обернулся. Джабраил ушел уже далеко, и откуда-то сверху над дорогой выплывал свет фар. Самих фар еще видно не было, виден было только свет. Но машина вот-вот преодолеет последний пригорок и выйдет на прямой отрезок. И, скорее всего, успеет добраться до Джабраила раньше, нежели я.