Тридцать сребреников в боекомплекте - Александр Тамоников

– Как?! Вы же говорили…

– Обстоятельства изменились, Рома. Вторая группа совместно со спецами Таджикистана утром уничтожила банду Анзура Баржона. Сам Баржон взят теплым в постели и в данный момент дает подробные показания о местах хранения взрывчатки и планах Абдуллы, касающихся террористических актов в Москве. Думаю, ничего нового Абдулла не скажет, а хату разберутся с ним по полной. Отдавай этого негодяя и возвращайся. А я тут подкорректирую отчет для высшего начальства.

– Понял, товарищ генерал. До связи.

Скоробогатов облегченно выдохнул и вернул связисту трубку.

Вернувшись к Ардану, майор громко произнес:

– Уважая гордый народ хату, в Москве принято решение передать вам Абдуллу Мирзади. Там надеются, что ваш суд над ним будет строгим и справедливым.

Услышав эту новость, Мирзади закричал:

– Нет, не отдавайте меня им! Я буду вам полезен! Все что угодно, только не хату!..

Российский офицер усмехнулся.

– Прошу, умоляю, майор! У меня очень много денег. Я владею ценной информацией!

– И почему бандиты всегда предлагают деньги? – поморщился офицер.

– Потому что деньги заменяют им все! – ответил Ардан.

– Наверное. Забирай Мирзади, и пусть удача никогда не отворачивается от твоего народа.

Ардан подал знак, к нему подъехали трое всадников. Получив от вождя указания, они схватили Мирзади и, словно куль, бросили поперек седла.

Бани Ардан протянул Скоробогатову руку.

– Русские – настоящие благородные воины. Мы всегда будем друзьями.

Майор ощутил крепкое рукопожатие.

– Мы также преисполнены уважения к вам.

– Как твое имя, воин?

– Скоробогатов. Роман Скоробогатов.

Афганец развернул коня и поехал к ожидавшему отряду.

Метрах в тридцати обернулся и крикнул:

– Счастливого возвращения домой!

– И вам того же!

Вскоре группа всадников исчезла за дальним барханом.

– Вызывай Лаприна и дозор из пещер, – повернулся майор к связисту Лургину.

– Понял.

Кто-то легонько пихнул Скоробогатова в спину.

– Ну что, Рома, закончили? – пробасил у самого уха Паша.

– Закончили.

– Тебе не кажется, что операция прошла как-то уж слишком просто?

– А ты хотел, чтобы бой затянулся на пару часиков? И чтобы «вертушка» подойти не смогла из-за отказа матчасти? И чтобы нам пришлось тащить на себе заложников, раненых? А потом отрываться от преследования по перевалам и ущельям, рискуя каждую секунду словить пулю?..

Басов рассмеялся:

– Нет, конечно! Но все равно, как-то уж очень буднично все прошло. Постреляли немного, пошумели, подорвали. И все дела. Будто не на боевом выходе в Афгане, а в учебном центре.

– Ну, извини, Паша, ничего другого предложить не могу. Но в следующий раз обязательно что-нибудь придумаю. Конкретно для тебя.

Посмеиваясь, офицеры направились в сторону крепости. Скоро на обозначенную булыжниками площадку должен был приземлиться «Ми-8»…

Погода стала портиться. С запада подул сильный ветер, небо затянуло тучами. Видимость у земли из-за поднявшейся пыльной бури стала ухудшаться.

Ожидая прихода «вертушки», бойцы начали беспокоиться: найдут ли пилоты в такую непогоду развалины крепости?

Вскоре появившаяся над развалинами «восьмерка» уверенно нащупала лучом мощной посадочной фары площадку; с минуту повисела над ней, раздувая потоком пыль и, наконец, коснулась колесами основных шасси грунта.

– К вертолету! – крикнул сквозь шум двигателей и свист лопастей Скоробогатов.

Бойцы и освобожденные врачи друг за другом побежали к открывшейся двери грузовой кабины…

Спустя несколько минут, набрав высоту, вертолет капитана Лаприна летел в направлении Термеза, обходя торчащие из низких облаков горные пики.

Группа выполнила поставленную задачу и возвращалась домой. Никто не чувствовал себя героем, никто не ждал наград. Спецназ просто летел домой, сделав свою работу. Летел к родным и близким, как возвращаются домой обычные трудовые люди после очередной смены.

Многие бойцы спали или пытались заснуть – до Термеза было чуть более ста пятидесяти километров, а это примерно сорок пять минут полета. Роман сидел спиной к борту, запрокинув назад голову, и боролся со сном. Что толку отключаться? Только уснешь, и – подъем, прилетели!

Он вспоминал поэтапно всю операцию, стараясь не упустить важные детали, – по прибытии в Москву ему предстояло написать подробный отчет. Черновик отчета понемногу складывался в голове командира. Полностью, кроме одного очень важного эпизода: он никак не мог вспомнить имена людей, которых в бреду называл Абдулла Мирзади. О главаре другой вооруженной банды – Анзуре Баржоне – он был наслышан и никогда бы его имени не забыл. Эта личность теперь интереса не представляла. А вот имена двух других бандитов напрочь вылетели из головы Скоробогатова.

«Больно… Мне очень больно… Вызовите на связь…» – а дальше в памяти был провал.

Впрочем, немудрено. Усталость, недосып, перевозбуждение – все это сказывалось на работе мозга.

«Стоп! А кто в этот момент был рядом? – спасительная идея, как всегда, появилась неожиданно. – Может, кто-то еще слышал наш разговор?..»

Ближе всех находился Витя Гусев, однако он был занят осмотром поля боя и вряд ли слышал бред поверженного главаря.

Майор вздохнул: «Ладно, попробую вспомнить позже. Для начала нужно выспаться. Тогда и мозги заработают на полную катушку…»

* * *

Экипаж капитана Лаприна доставил группу на аэродром близ Термеза точно в заданное время. На соседней стоянке уже дожидался «конторский» самолет – тот самый, на котором бойцы несколько дней назад прибыли в Айни. Переместив в его салон оружие, снаряжение и свои уставшие тела, спецназовцы и трое гражданских расслабились в удобных креслах.

Теперь предстоял перелет в Москву. Более трех тысяч километров, или четыре часа полноценного отдыха.

После взлета Скоробогатов устроил затылок на мягком подголовнике и попытался заснуть. Но и теперь окунуться в забытьи не получалось – в голову лезли назойливые мысли. Почему-то вспомнилось, как незадолго до командировки он лицом к лицу столкнулся на улице со своим давним приятелем – одноклассником Димкой.

Роман узнал его сразу, хотя за прошедшие годы тот здорово изменился: располнел, стал дороднее, виски покрылись благородным налетом седины. В общем, худой и очкастый «ботаник» со временем превратился в солидного человека.

– Ого! – Димка долго тряс руку Скоробогатова. – Ты и в детстве отличался нехилыми габаритами, а сейчас и вовсе стал человеком-скалой!