Точка возврата - Альберт Байкалов

– Прямо сейчас? – упавшим голосом спросил Кэмэл.

Зелмах кивнул:

– Да. Надо быстро сменить одежду. Где здесь магазин?

– Зелмах, – протянул Кэмэл. – Не слишком ли много для одного дня? Мы что, коммандос?

– Вы лучше! – повеселел чеченец, отъезжая от тротуара. – Не бойся, все нормально.

– Ничего себе нормально, – подал голос Лесник. – Средь бела дня ездим по Москве, как бы, между прочим, без подготовки, людей мочим.

– Ты совсем молчать должен, – нахмурился чеченец. – Кадык – твой косяк.

Вся подготовка к новому убийству заняла чуть больше часа. Вскоре умывшись и переодевшись, они направлялись на очередное убийство.

У Кэмэла и Лесника от этой карусели голова шла кругом. Их пугало такое отношение к делу и поражала обыденность, с которой чеченцы подходили к подобным мероприятиям. Они наконец поняли, что оказались вроде пушечного мяса, которое Зелмах попросту возит по столице от одного адреса к другому. И так будет теперь, пока их не убьют или не схватят.

За размышлениями незаметно пролетело время. Лишь когда машина свернула с шоссе, они вышли из оцепенения.

– Все, приехали. – Зелмах заглушил двигатель и посмотрел в сторону видневшихся за кирпичным забором верхних этажей больницы. – Иди.

Не говоря ни слова, Кэмэл вышел из машины и направился к проходной.

Войдя внутрь небольшого кирпичного здания, он оказался в коридоре, противоположный конец которого упирался в следующие двери. Посреди прохода был установлен турникет. Перед ним, у окошка в стене, топтались несколько человек. Они по очереди показывали охраннику документы, называли отделение и фамилию больного, после чего направлялись на внутреннюю территорию.

Кэмэл про себя выругался. В углу, под потолком, на металлическом кронштейне была установлена видеокамера. Ее объектив был нацелен прямо на вход с улицы.

«Значит, срисовали», – с досадой подумал он и пожалел, что не удосужился даже наклеить усы. Однако тут же успокоился. Ничего страшного. Нужно просто сейчас сменить одежду и загримироваться.

Он навалился на стену плечом и стал ждать.

– Кардиология, Дарьин, – проговорила полная женщина и сунула в окошко документы. Охранник по списку уточнил, есть ли такой больной, после чего записал данные посетительницы в журнал. Кэмэл непроизвольно фыркнул. Это уже чересчур. Что может сделать эта женщина? Неужели она походит на террориста? -…Козлов, терапия…

Время шло, а в хирургию никто не приходил. Неожиданно из боковых дверей вышел еще один охранник.

– Кого ждете?

– Жену должны выписать, – не готовый к такому обороту дел, выпалил Кэмэл.

– Только после трех. – Охранник посмотрел на часы. – Рано.

– Ничего, подожду, – успокоил его Кэмэл и отвернулся.

– Хирургия, Савельева Анна, – негромко сказала девушка.

Сердце у Кэмэла екнуло. Он постоял еще некоторое время. Потом посмотрел на часы, махнул рукой и отправился на стоянку.

– Ну что? – едва он подошел, спросил Зелмах.

– Удалось узнать, что в хирургии есть Савельева Анна, – выдохнул Кэмэл. – Теперь надо подождать, когда от нее девка уйдет.

– Зачем ждать? – Зелмах метнул на него удивленный взгляд. – Ты же не к ней идешь. Главное, чтобы здесь пропустили.

– Точно. – Кэмэл смутился. – Там, кстати, видеокамера, – неожиданно вспомнил он. – Мне точно надо переодеться. Иначе вычислят.

– Не нравится мне этот человек, – едва слышно проговорил Зелмах, глядя на стоявшего у черного джипа мужчину.

Они выехали со стоянки и свернули в соседний с больничным двор.

Зелмах посмотрел в окно, за которым высился девятиэтажный дом, потом перевел взгляд на Кэмэла:

– Смени рубашку, надень очки. Лесник, – чеченец развернулся на сиденье, – пока сходи в магазин, купи фруктов. Пакеты возьми не прозрачные, чтобы можно было положить в них оружие. Пиджаков нет, за пояс его сейчас не спрячешь.

Спустя полчаса бандиты снова подъехали к больнице. Теперь Зелмах поставил машину так, чтобы в случае чего не нужно было тратить время на лишние развороты.

– Идите.

– С богом! – выдохнул Кэмэл и выбрался наружу.