Тайна острова Солсбери - Сергей Зверев

Переодевшись в неопреновый костюм, я подал ему корзину и конец фала, который он привязал к вмурованной в бетон петле.

– Часы есть? – спросил я, надвигая на лицо маску.

– Конечно, – включил он рубильником освещение.

– Засекай время. Если не появлюсь через пять минут, быстро выбирай фал. Раньше не дергай.

– Понял…

Поглядев вниз, замечаю, что уровень воды заметно поднялся.

Шагаю за край площадки, ухожу под воду и без промедления принимаюсь за дело: заплываю в нутро протоки, быстро двигаюсь до того места, где закончил вчерашнюю работу, и принимаюсь выворачивать из заиленного дна куски породы. Набрав несколько штук, возвращаюсь обратно и, сложив их напротив входной горловины, иду на поверхность – глотнуть воздуха.

Хорошенько прочистив легкие, выполняю вторую ходку. Затем третью, четвертую…

Пробыв в ледяной воде около получаса, намереваюсь сделать перерыв и погреться. Всплываю, прошу Веню опустить корзину.

Загрузив ее «с горкой», снова появляюсь на поверхности, чтоб скомандовать «вира», и… попадаю под град летящих в меня булыжников. Пара мужиков прижала к стенке Вениамина, остальные во главе с Крапивиным прицельно бросают увесистые «снаряды». Куски породы падают в воду в опасной близости, и я решаю отсидеться на глубине.

Однако мои оппоненты тоже не дураки и пытаются вытащить меня на поверхность, выбирая капроновый фал. Пока я распутываю узел на поясе, им удается подтянуть меня к бетонной стене. Пара булыжников шлепает по воде рядом, а один задевает по касательной левое плечо.

Освободившись от фала, стремительно ухожу ко дну: «Ну ладно, сволочи, стрелять так стрелять!»

Выбрав из кучи пару хороших камешков, перемещаюсь в сторону и, всплыв правее площадки, выстреливаю свой боезапас. Конечно, бросать тяжелые камни удобнее сверху вниз. Но при поднявшемся уровне воды дистанция до уголовников не такая уж большая – метров шесть-семь. Всплыл я в неожиданном для них месте, поэтому успеваю выполнить оба броска. К сожалению, «снаряды» прошли мимо цели. Зато в ответ я снова получил по касательной, на сей раз в голову.

* * *

Вторая ходка к куче с боеприпасами. Зажав в ладонях парочку подходящих по весу камней, перемещаюсь на новое место. Всплываю и, почти не прицеливаясь, кидаю в гущу ублюдков.

И вот тут начинается самая фееричная часть марлезонского балета: один из моих «снарядов» попадает точно в башку Крапивина.

Что произошло после прямого попадания, я не видел, ибо предпочел скрыться под водой, дабы не получить очередную травму. Находясь на глубине полутора метров, вижу, как в воду падает чье-то тело. Интересно, чье?

Подплыв к барахтающемуся человеку, утаскиваю его на глубину. И вижу перекошенное от ужаса лицо уголовника.

«Ну, здравствуй, засранец! – тащу его ко дну. – Что, боишься за свою никчемную жизнь?..»

Он дергается, вырывается. Но все это не приносит успеха, я вцепился в одежду бедолаги мертвой хваткой. Когда же он лягнул меня ногой, я успокоил его хорошим ударом в солнечное сплетение.

Выпустив из груди остатки воздуха и перестав сопротивляться, он глядел на меня выпученными глазами и, вероятно, готовился отправиться в ад.

Прижав его ко дну, я посмотрел вверх. Освещенная прожекторами поверхность больше не бурлила от падающих булыжников.

Тяну пленника на поверхность. Пора всплывать, а то и вправду загнется.

Толпа дружков Крапивина стоит у края площадки. Вид у всех растерянный.

– Еще один бросок, господа махновцы, и я утоплю вашего атамана! – объявляю решительным тоном. И для наглядности встряхиваю кашляющего и хрипящего уголовника. – Все понятно?

Те невразумительно гудят, но по общему тону становится ясно, что данная партия мной выиграна.

– А теперь отпустите бригадира.

Этот приказ толпа выполнять не спешит, и мне приходится снова окунуть ушибленную башку Крапивина в воду.

Наконец на краю площадки появляется Вениамин. Лицо перепуганное, комбинезон порван, на руке ссадина.

Кричу:

– Веня, вызывай коменданта!

По толпе бежит волна недовольного ропота, но бригадир успевает смыться в подсобку. Там имеется телефон, а связь – это мое и его спасение.

Ожидая подкрепление, в воде приходится проторчать долгих десять минут. Тело основательно застыло, Крапивин вообще чуть дышал, но воду я покинул лишь после того, как услышал знакомый бас Осипа Архиповича.

– Что здесь происходит?! – ревел он, раскидывая толпу и прорываясь к краю площадки. Вместе с ним на тридцатый уровень пожаловало с десяток охранников во главе с двумя офицерами. Вениамин доложил о происшествии.

– Ах вы,суки! – Кулачище коменданта въехал в чью-то морду. – Зачинщикам по неделе карцера, остальным – сутки! А если еще кто-то тронет моего пловца, сгною навеки! Так и знайте!!

Крапивина пришлось вынимать из воды с помощью веревки, сам он не мог шевелить конечностями и только издавал нечленораздельные звуки. Мне удалось выбраться по лестнице самостоятельно, после чего я был отправлен комендантом в душ отогреваться.

Потом мы втроем сидели в местной «столовой» и пили спирт. Веня осмотрел ссадину на моей голове, я перевязал его руку. А Осип Архипович подливал в кружки спирт и витиевато матерился…

* * *

Всех участников беспорядков на тридцатом уровне охрана спровадила в карцер. По заявлению Вениамина, выходку уголовного сброда не поддержали только двое из работавшей у корытной мойки бригады. Их комендант не тронул. После первой порции спирта он набрал номер диспетчера и вызвал другую бригаду.

– Ну что, Женя, – впервые обращается он ко мне по имени. – Работать сегодня сможешь или отправить тебя в мастерские?..

– Сейчас согреюсь и сделаю последний заход. Все равно скоро ужин.

– Договорились. Пей, – подливает он порцию крепчайшего алкоголя. – А уголовников больше не опасайся, я тебя в обиду не дам.

– С чего вы взяли, что я их боюсь?

– Это я к слову, – смеясь, машет он рукой. – А хорошо ты этого… Крапивина проучил. Сначала снял с площадки булыжником, потом притопил и заморозил! Молоток, одним словом!..

На этой ноте мы расстаемся. Вчера на шахту прибыла партия новичков, я встретил их в одном из коридоров. Человек десять или двенадцать шли в полной растерянности, обозревая выпученными глазами местные казематы и достопримечательности. «Наверное, и мы выглядели так же в первый день пребывания на шахте, – подумалось мне. – Быстро нашлась замена погибшим на конкурсах шахтерам. Прямо не шахта, а конвейер смерти…»

Комендант отправляется контролировать недавно прибывших новичков, а мы с

Вениамином продолжаем заниматься очисткой проклятой кишки. Битых полчаса я ныряю в тесное нутро, выдергиваю из рыхлого дна куски породы и складываю их в кучу у бетонной стены под площадкой.