Шаг до трибунала - Сергей Иванович Зверев

Но протолкнуть в горло эту горькую пилюльку ему сразу не удалось. Она застряла где-то под языком, прилипла к небу и никак не желала следовать своим законным путем. Москалеву пришлось выпить всю воду, чтобы заставить ее отправиться по назначению.

При этом на глазах у него почему-то появились слезы. Рыженькая медсестра увидела это, вынула из кармана халата беленький, приятно пахнущий платочек и вытерла им эти соленые капли.

Федор удержался, не поддался чувствам, непонятно откуда появившимся к ней. Он скрывал их и раньше, когда находился под ее опекой в медсанбате. Москалев проклинал себя за то, что стал забывать свою Валю. Он не имел никакого права на это.

– Что там с моими парнями? – спросил Федор.

– Ничего страшного. До свадьбы заживет, – ответила Дарья, смотря ему в глаза. – Ты так устал, Феденька.

– Тебе это только кажется, – сказал он, потом вдруг невольно положил ладони на плечи девушки и прижал ее голову к своей груди.

«Нет, так нельзя было делать. Нельзя!» – подумал Федор.

Его сознание бунтовало, жутко возмущалось, но он не мог ему подчиниться, оторвать руки от этого беззащитного комочка, который нес в себе какое-то непонятное, притягивающее тепло.

– Дарья! – крикнул кто-то в форточку.

– Да, Иван Семенович, уже иду, – ответила девушка, выскользнула из объятий Федора, быстро поднялась по ступенькам и исчезла за марлевой занавеской медицинского модуля.

Лицо Виденеева быстро и сильно постарело. Щеки опали, под глазами появились морщины, кожа на челюстях натянулась и побелела так, словно вот-вот готова была порваться.

Федор невольно это отметил, поглядывая на старшего прапорщика, сидевшего напротив него. Тот опустил глаза и тыкал хорошо отточенным грифелем карандаша в серый исписанный лист бумаги.

Заместитель командира взвода сержант Иванько, старшина роты Ефимов и командир отделения связи прапорщик Кудеев сидели рядом с Виденеевым, смотрели на него и молчали. Скорее всего, положение, сложившееся в роте, волновало каждого из них ничуть не меньше, чем старшего прапорщика. Да уж, что и говорить. За последнее время ситуация в их подразделении сложилась, мягко говоря, не очень хорошая. От штатного состава – ста десяти человек – осталось меньше половины. А задачи перед подразделением ставились на две сотни активных штыков.

– Через три дня начнется войсковая операция, – разорвал тишину голос Виденеева. – А для нас – сегодня, через пять часов.

Исписанный лист остался на столе, под картой, закрывшей его наполовину. Перед глазами Федора лежал ровный ряд больших тонких букв, перевернутых вверх ногами.

«Пагман», – прочитал Москалев, и его глаза тут же начали искать на карте то место, где он со своими бойцами побывал совсем недавно.

Виденеев понял это, перевернул карту, ткнул в нее обратной стороной карандаша и сказал:

– Мы будем заходить с другой стороны, с обратной. Не так, как в прошлый раз. Но в это же самое ущелье. Тихо зайдем, без шума.

– Так ведь рядом с ущельем находится кишлак, – заметил прапорщик Кудеев и спросил: – Разве тихо получится?

– Мы с тобой туда не пойдем, – ответил Виденеев. – Только старший лейтенант Москалев со своим взводом.

Федор вопросительно посмотрел в глаза старшего прапорщика. А тот, похоже, этого и ждал.

– Федор Иванович, ваш отчет о предыдущих действиях на Пагман лег в основу этой операции. Вы должны пройти вот сюда. – Торец карандаша уперся в самую середину ущелья, где оно было шире, нежели в других местах.

– Да, помню, – проговорил головой старший лейтенант.

– Вам поручено найти тут наблюдательные посты душманов и на рассвете, перед началом операции, уничтожить их. Потом туда придут вертолеты. С них десантируется первая рота второго батальона. Товарищ старший лейтенант, у вас есть вопросы, – улыбнулся сержант.

– Нам нужны будут рации для внутренней связи, – сказал Москалев.

– Михаил Федорович, обеспечишь их малышками, – распорядился Виденеев и посмотрел на прапорщика Кудеева.

– Так точно!

– Занимайся этим. Времени мало. Заодно проверь радиосвязь на их машинах, – сказал старший прапорщик, встал, прошел к окну и продолжил: – Вы, товарищ старший лейтенант, оставите БМП на афганском КПП у озера и в пешем порядке двинетесь к ущелью.

– Стоп, стоп, стоп! – заявил Москалев и несильно хлопнул по столу ладонью. – Этого делать никак нельзя. Даже самый глупый моджахед, увидев наши БМП, сразу поймет, что здесь вот-вот что-то начнется.

– Ты понимаешь, что говоришь? – спросил Виденеев, резко повернулся к Москалеву и, размахивая руками, пошел на него. – Это начальник разведки дивизии приказал, понимаешь? А не я придумал!

– Да мне плевать, кто приказал, товарищ старший прапорщик! – Москалев поднялся и был готов встретить натиск Александра Игоревича.

Федор ударил костяшками сложенных пальцев по карте и проговорил:

– Если я вот сюда приду на машинах, то это будет значить, что духи меня поведут прямо от них, в самом подходящем месте окружат и всех перестреляют. Так уже не раз бывало.

– А ты иди скрытно, чтобы тебя они не видели! – закричал в ответ Виденеев.

– Неужели это возможно, товарищ старший прапорщик? Как прикажете понимать такое ваше распоряжение?

– Как хочешь, так и понимай!

– А вот вам! – Федор показал Виденееву два кукиша. – Как я могу стать невидимым, когда этот афганский КПП какой-то дятел поставил в ущелье, на развилке дорог? Моджахеды наверняка будут меня вести с самого входа в это ущелье, прямо как в тире. Если они не накроют БМП из гранатометов, то подождут, когда я оставлю их, и пойдут хвостиком за мной, а потом всех положат.

Виденеев ударил кулаком по столу и заявил:

– Ладно, тут ты совершенно прав. Я согласен!

– Ну вот. – Москалев развел руками и сел рядом со старшим прапорщиком. – А я о чем.

– Да-да. И что ты предлагаешь?

– Нужно раздобыть две грузовые машины с афганскими номерами и на них добираться в тот район. Подойдет и автобус.

– Тоже неплохая идея, – сказал Виденеев. – Согласен.

– А дальше что?

– А дальше разберемся. У нас есть какой-то выбор? Нет никакого. Поэтому мы сделаем вот что. – Федор посмотрел на сержанта Скриталева, сидевшего на углу стола, и распорядился: – Витя, забирай прямо сейчас Кофура с Тохиром и еще двух бойцов, дуй с ними пехом в аэропорт. Пусть Ниязов с Мансуровым возьмут в аренду чей-то автобус. Делать это надо, конечно, в афганской одежде.

– А если хозяин откажется?

– Не глупи только, сержант! – взорвался Москалев. – Врите ему, мол,