Агенты «Аль-Каиды» - Сергей Москвин

Нижегородский аэропорт, 13 марта, 06.00

Бондарев прошелся по комнате оператора камер наблюдения и, не глядя на полковника Торопова, который объявил о прибытии борта с террористами во Владивосток, произнес:

– Этого следовало ожидать.

Он смотрел в пол, когда это сказал, и я понял, что мой начальник пытается таким образом успокоить себя. Хотя какое тут, к чертям собачьим, может быть успокоение?! Мы упустили террористов, и они сейчас находятся в полумиллионном городе на другом конце страны! И где только были мои глаза?! Ведь они прошли на посадку мимо меня! Бондарев доверился мне, отправив в Нижний Новгород, а я… проморгал, упустил террористов. Окажись мой начальник на моем месте, уж он-то, конечно, этого не сделал. И Сулейман со своим убийцей-охранником уже сидели бы в наручниках в следственном изоляторе ФСБ.

– Выйдем, – Бондарев, расхаживая по кабинету, внезапно остановился напротив меня и, убедившись, что я услышал его, направился к двери.

Я вышел следом за ним. Он молча спустился в зал регистрации, где в ожидании посадки уже томились пассажиры первого утреннего рейса, прошел через него и вернулся в кабинет, облюбованный полковником Тороповым и сейчас, очевидно, предоставленный в полное распоряжение моему начальнику. Бондарев прошел к столу, уселся сбоку от него, подождал, когда я закрою за собой дверь, и, глядя куда-то мимо меня, сказал:

– Аналитики установили личность оратора, зачитавшего перед камерой свой ультиматум. Это Ахмед аль Рубеи, один из лидеров «Аль-Каиды», кличка Карающий Ахмед, большой специалист по минно-взрывному делу, основатель лагерей по подготовке взрывников-смертников в Афганистане, на севере Пакистана, в Сирии и Ливане. Подозревается в организации взрывов деловых и правительственных зданий в Сомали, Индии, на Филиппинах и индонезийском острове Бали и как минимум в консультациях при подготовке воздушной террористической атаки на нью-йоркский Торговый центр…

Я не поверил своим ушам:

– И мы упустили такого зверя?!

Бондарев удрученно покачал головой:

– Думаю, его ультиматум – не пустые слова. И в Россию он прибыл для подготовки очередного террористического акта.

После такого сообщения я уже не мог усидеть на месте и заходил по кабинету. Своим мельтешением я наверняка раздражал Бондарева, но ничего не мог с собой поделать. В данный момент для меня самым важным казалось определить мишень террористов – объект, где они собираются нанести свой удар, чтобы, пока еще не поздно, принять необходимые меры по ее защите.

– Владивосток – главная база Тихоокеанского военно-морского флота, – начал рассуждать я. – Вокруг Владивостока, да и в самом городе, расположены склады оружия чуть ли не всего Дальневосточного округа, тысячи тонн всевозможных боеприпасов и взрывчатки. И если этот Ахмед собирается взорвать их…

– Сам он уже давно ничего не взрывает, – остановил меня Бондарев. – Разве что на показательных занятиях в своих лагерях. Исполнителями спланированных им акций являются другие. Те же убийцы-охранники, что прилетели вместе с ним. Но я сейчас больше думаю о вещах, которые были в его чемодане.

– А что там было?

Ход мыслей Бондарева оказался мне совершенно непонятен. К тому же я лично обыскал чемодан этого Ахмеда. Правда, очень бегло. Но тем не менее успел убедиться в отсутствии в чемодане двойного дна и каких-либо иных вещей, кроме одежды.

– Пуховая куртка и кожаная на меху, свитер, теплое нательное белье, ботинки на натуральном меху.

– И-и? – Я вопросительно уставился на своего начальника, ожидая продолжения.

– Все это зимние вещи, – сказал Бондарев.

«Зимние – и что?!» – готов был закричать я. Но, видно, этот вопрос и так был написан у меня на лице, потому что Бондарев внезапно спросил:

– Знаешь, какая сейчас погода во Владивостоке?

Я пожал плечами. При чем тут погода?

– Плюс четырнадцать градусов. На два градуса холоднее, чем в Сочи. При такой температуре не нужны ни пуховые куртки, ни меховые ботинки, ни даже нательное белье. Зачем Ахмеду-Сулейману нужно было брать с собой зимние вещи, если он собирался лететь во Владивосток? – как мальчишке, растолковал мне Бондарев.

– Ему нужно на север, – выдал я очевидный ответ, к которому подвел меня мой начальник.

Бондарев кивнул:

– Владивосток для террористов лишь промежуточный пункт на их маршруте. Вот только что им там понадобилось?

– Оружие, взрывчатка? – не очень уверенно предположил я.

– Возможно, – уклончиво ответил Бондарев. – Но уж слишком сложно. Лететь через всю страну лишь за тем, чтобы приобрести в Приморье необходимое для совершения теракта оружие, и это при тех связях, что имеет Рубеи с чеченскими боевиками? Ему из Чечни могли привезти любое оружие и сколько угодно взрывчатки.

– Если не оружие, тогда… боевики! – неожиданно для самого себя выдал я. Черт возьми, после затянувшейся тугодумности должна же была прийти в голову хоть одна здравая мысль. Действительно, что требуется организатору теракта – боевики и оружие. Если Рубеи прилетел во Владивосток не за оружием, то за исполнителями. Ответ очевиден.