Русский частокол - Александр Тамоников

— Хватит! — крикнул десятник.

Все отпрянули от болота. Один из воинов воскликнул:

— Шайтан, зацепился!

Даян повернулся к нему:

— Что там?

— Вроде клочок от штанов, но ткань дорогая — из такой знать себе одежду шьет.

— Похоже, от тархана. Возьми с собой.

— Зачем?

— Покажем баю.

Десяток Даяна двинулся по тропе.

Доложить о страшной находке сразу не удалось. Бай вовсю развлекался с наложницей, и по раздававшимся из шатра стонам было ясно — близость с полянкой доставляет ему немалое удовольствие. Прерывать веселие никто не решился.

Прошло время, в шатре все стихло. Даян подошел к охраннику:

— Мне нужен бай!

— Он с наложницей, тревожить нельзя.

— Но у меня к нему важное дело.

— Какое? — полог шатра распахнулся, на пороге показался Каплат. — А, это ты, Даян. Закончили в елани?

— Да, господин.

— И что?

— Нашли труп Джабу, сына тархана.

— Вот как? Говори.

— В болоте он, а с ним и отец его, и нукеры, и помощник со знахарем.

— Как ты смог найти их в болоте? — Бай с удивлением посмотрел на десятника.

— Мои люди нашли.

Десятник рассказал, как все было.

— И лицо Джабу видно? — спросил Каплат.

— Да, сам видел. Пытались вытащить, не получилось, потом наткнулись на другое тело, приподняли, но оно соскользнуло в топь. Вот только и осталось.

Даян протянул баю лоскут. Тот брезгливо выставил вперед ладонь:

— Не надо.

— Ткань дорогая, из такой знать хазарская шьет себе одежду.

— Хочешь сказать, второе тело — тархана?

— Больше некому.

— Стой тут, я оденусь, проедем на елань, сам посмотрю. А ты пока возьми факелы.

— Да, господин. Вдвоем поедем?

— Ты опасаешься? Заметил что-нибудь подозрительное?

— Нет.

— Тогда зачем нам охрана? Езжай вперед, я за тобой.

Они приехали на елань, бай убедился в правдивости слов десятника. Поглядел на распухшее лицо Джабу:

— Плохая смерть. Интересно, их убили перед тем, как утопить? Хотя какая разница? Главное мы узнали: их убили поляне. Теперь нам остается отомстить. То хорошо. В поисках нужды более нет, разорим села, заберем ясырь и пойдем домой. Ты молодец: избавил нас от лишней работы. Будет тебе награда! Хочешь наложницу?

— Мне в доле и без того наложницы будут. Если желаешь наградить, награди другим.

— Чем же?

— У полянок украшения из серебра.

Бай усмехнулся:

— И сколько ты хочешь?

— А сколько возьму в одном жилище, где семья богатая.

— Ладно. Пусть будет так! А сейчас отдыхать.

— Да, бай.

Десятник прошел в свою юрту.

Бай вернулся в шатер, где, закутавшись в халат, у края постели сидела наложница.

— Ты хорошая и правильно ведешь себя: не ложишься, пока я не лег. Я оставлю тебя у себя. Это большая милость, потому как подругу твою я убил.

Девушка вздрогнула, испуганно посмотрела на Каплата.

— И с тобой было бы то же самое, если ты не подарила бы мне эту горячую ночь. Пока ты угождаешь мне, будешь жить. Иди пока, я позову тебя позже.

Девушка метнулась в дальний угол шатра и свернулась на небольшой кошме. Бай, сбросив одеяло, упал на постель — матрац с простынями и подушками на еловых лапах, уложенных на пол. Он тут же уснул и снов не видел. Вот только спал недолго. Уже на восходе солнца весь лагерь был поднят по приказу бека.

После трапезы Шамат спросил слугу:

— Ильшар не появлялся?

— Нет, господин.

— Вызови ко мне Каплата.

Но бай уже сам подходил к шатру.

Шамат издали спросил его:

— Елань смотрели? Нашли что-нибудь?

— Да!

— Входи в шатер!

Они сели на ковер, облокотились на подушки.

— Говори, Асхат.

Бай рассказал, как прошел осмотр елани.

Шамат внимательно слушал, потом проговорил:

— Вот значит что. Джабу убили и бросили в болото. Или утопили?

— По-всякому могло быть. Важно, что он мертв, я видел это сам. Рядом с ним Ильдуан. Господин, ты можешь увидеть это своими глазами.

— Зачем? Мне достаточно твоих слов. Значит, поляне разгромили сотню Ильдуана. Такого еще не было. В Хамлыхе рассказывали о мелких бунтах полян, но всегда мы били их… Интересно, что заставило их решиться на бой с войском тархана?

— Боюсь, господин, — произнес Каплат, — мы узнаем это, только когда возьмем в полон их старейшин.

— Что-то Ильшара нет. До рассвета он должен был вернуться.

И тут вошел слуга:

— Господин, десятник Фатих Ильшар.

— Пусть войдет.

На пороге шатра появился старший головного дозора, ходившего этой ночью в разведку.

— Приветствую тебя, бек! — поклонился Ильшар.

— Салам, Фатих. Садись и рассказывай, что там в селах полян.

Ильшар вздохнул:

— А нет сел, бек!

— Как это нет сел. Вот свиток, тут ясно…

— Извини, бек, что прерываю, но сел нет. Вместо них пожарища. Хитрые поляне соорудили на северном берегу Оки крепость. Там напротив одного из бывших сел, самого большого, в реку спускается мыс, на нем и частью в поле они поставили новое городище. Обнесли деревянной стеной, установили ворота в западной части. Я задержался, чтобы осмотреть все это.

— Что ты еще увидел?

— Плоты: два на этой стороне, на них гребцы, кого-то ждали. Хотел дождаться — кого, просидел до зари, но никто не пришел. От реки поляне прорыли рвы с обеих сторон, короткие, но широкие, потому как большую часть городища защищает сама река, думаю, и позади городища ров. Также воду завели внутрь. Это от поджога городища, и вот еще что…

Каплат насторожился:

— Ну?

— Срубы обмазали глиной, на крыши насыпали землю.

Каплат процедил:

— Ничего не спасет этих дерзких полян, мы возьмем крепость и разорим городище. У нас будет хороший ясырь.

Бек проговорил:

— А кого, по-твоему, могли ждать гребцы у плотов?

Ильшар ответил: