Операция «Моджахед» - Лев Пучков

— В Москву, в Москву! — дурашливо воскликнул Вася Крюков. — Собираемся и мотаем в Москву? Встретим там этого субчика. Или, проще — по дороге перехватим, в поезде...

Рашид осторожно заметил, что это не очень хорошая идея. В поезде все свои. Если мы туда сядем, сразу вычислят. А Зелимхан очень осторожный. Он сначала разведку будет проводить, остановится у каких-нибудь кунаков в Гудермесе, все узнает, проверит. Вдруг его кто-то узнал в Аргуне и теперь он в розыске? Вплоть до того, что, если ему покажется что-то подозрительным, может не уехать, а вернется в горы и будет действовать по второму варианту — пешком через границу. Короче, спугнуть можно. В Москве же брать его вообще опасно. Может неправильно понять и с ходу открыть стрельбу — он такой, живым не сдастся. А если люди Шамиля следят за его перемещением, это сразу станет известно. Тут надо по-другому...

— По-другому — это Рашид в одиночку, — моментально догадался Костя. — Спокойно сядет в поезд и переговорит по душам. А если в поезде обстановка не особенно располагает к конфиденциальной беседе — скученность, много лишних ушей... Можно будет в Москве пригласить его в кабачок и там потолковать. Верно?

— Ты здесь самый умный! — одобрительно воскликнул Рашид. — Я только что то же самое подумал...

— А вот это совсем хреновая идея, — неожиданно встрял в разговор временно косноязычный Иванов, до сего момента только слушавший коллег. — Мы можем его потерять.

— Абу? — подхватил Витя, с живостью отреагировав на вмешательство полковника.

— Угу, — Иванов медленно качнул подбородком. — Вы поясните, может, коллеги не совсем понимают...

Витя кратко пояснил мысль нашего командира — они уже год работают вместе, дети одной системы мыслят, что называется, в унисон. Если Абу решил использовать Зелимхана для долговременного сотрудничества, что мешает ему дать своим людям команду проследить за ним? Чем он хуже Шамиля? Нет, никто не утверждает, что именно так и будет. Очень может быть, что Абу, движимый безграничным чувством благодарности, подкрепляемым отголоском своей вины перед родом Атабаевых, с ходу возлюбит нового кунака и без разбега начнет ему доверять как родному брату. Может быть, кстати, и так, что он не такой уж и всемогущий, этот араб, никаких людей на линии Гудермес — Москва у него нет и дать команду организовать слежку за своим спасителем ему попросту некому. Но! Если существует хотя бы один шанс из тысячи, что следить все же будут, рисковать ни в коем случае нельзя.

— Какой риск?! — возмутился Рашид. — Подумаешь, два земляка встретились, что тут такого? Пусть следят сколько хотят, кому какое дело?

— Да уж... — Витя сожалеюще вздохнул — товарищ не понимает! — Представь себе, что ты — Абу...

— Я такой «представь» в гробу видал, — разом помрачнел Рашид. — В белых тапочках.

— Хорошее знание русского фольклора, — похвалил Витя. — Хорошо, не представляй... Вообрази себе, что по твоей вине погиб старший брат одного чеченца... и погибла младшая сестра другого чеченца. Ты большой человек и одного из них по каким-то соображениям решил приблизить. Опустим соображения, они известны. Но, поскольку ты немножко сомневаешься в мотивах, которые движут этим чеченцем, ты думаешь так: поработаю я с ним немного, присмотрюсь со стороны, близко подпускать пока не буду, мало ли что... И даешь команду своим людям присмотреть за этим парнем. И вдруг тебе докладывают, что спустя сутки или двое после вашего расставания... этого парня видели в компании с тем самым другим чеченцем, у которого по твоей вине погибла младшая сестра. Причем они не просто встретились, мимоходом, а уединились, озираясь при этом по сторонам, и долго шептались... Дальше надо рассказывать?

Рашид густо покраснел и уставился в пол. Витя зря напомнил о сестре. Тактичный ты наш! Мог бы с таким же успехом сказать, что сестра Рашида не просто погибла, а предварительно подверглась страшному надругательству и теперь брату нужно очень постараться, чтобы как-то спасти их род от позора... С другой стороны — доходчиво. В двух словах объяснил ситуацию.

— Что за жизнь пошла... — пробормотал Рашид, не поднимая взгляда. — Мне теперь что, и с кунаком поговорить нельзя?

— Можно, — милостиво разрешил Витя. — Но так, чтобы об этом никто не узнал... Так-так... Возможность встретиться конфиденциально в другой обстановке отпадает. Если домой к нему — тоже могут наблюдать. Связаться с ним, чтобы назначить встречу, мы не можем... Ну, блин, прямо как нелегалы где-то на Западе! Да уж... Какова вероятность идентификации Зелимхана во время активной фазы?

— Вероятность... чего?

— Его мог узнать кто-нибудь сегодня, во время акции? — упростил задачу Витя. — Надо быстренько реставрировать события и прикинуть шанс. Вот он сел в машину, выехал со двора, помчался на выручку объекту...

— Нет, вряд ли кто его узнал, — покачал головой Рашид. — Там все было очень быстро. Лицо трудно рассмотреть. Даже если и рассмотрели, вряд ли узнали. Люди, которые приехали на встречу с Абу, были не из его района. И их не так много осталось в живых после всего этого.

— А если все же предположить, что кто-то узнал? Допустим, земляк случайно затесался — там, кстати, были товарищи из Веденской роты, у них командир погиб...

— Да они там все лежали, раненые, отстреливались... — Рашид досадливо скривился — вот тупой хаким попался! — А Зелимхан в машине сидел, машина ехала очень быстро...

— А земляк тот очень глазастый, — настырно гнул свое Витя. — Ну просто до жути наблюдательный! И узнал. И сообщил по инстанции.

— И что?

— И то. Больше никого не опознали. Единственный товарищ, засветившийся на месте происшествия, — Зелимхан Атабаев. А происшествие получилось довольно неслабое, его расследовать надо, с чего-то начинать...

— Второй вариант, — кивнул Иванов.

— Да, именно, — Витя подмигнул Рашиду. — Говоришь, Зелимхан весь из себя продуманный, никуда не лезет просто так, сначала разведку проводит...

— Но его ведь никто не узнал, — не желал сдаваться упорный Рашид.

— Мы его узнали, — Витя потерял терпение. — Этого достаточно. Если по прибытии в Гудермес твой кунак обнаружит, что на каждом столбе висит его фоторобот, подробные приметы и указание о том, что данный товарищ был замечен в составе банды, вошедшей накануне в Аргун... как он поступит?

— Пешком через Грузию, — ответил за Рашида Костя. — И это будет самое лучшее объяснение для Абу, почему он не поехал поездом и «упал на дно», уйдя таким образом от наблюдения его людей.

— Слушай, вы такие умные... — вроде бы искренне восхитился Рашид. — Почему же вы тогда до сих пор не можете справиться с таким маленьким народом?

— Мы воюем не с народом, а с бандитами, — официально пояснил Витя. — Поскольку бандиты прикрываются народом и мы хотим избежать массовых жертв, у нас пока что...

— У нас нет бандитов, — бестактно перебил его Рашид. — Тогда, если так рассуждать, каждый нохчо — бандит! У нас просто все по-другому устроено, не как у вас. Ваша конституция тут не попадает, у нас адаты рулят и все решают тейпы. Есть тейпы, которые получают деньги от арабов и прочих и воюют с русскими. Есть тейпы, которые получают деньги от русских и воюют с арабами и прочими. Остальные между ними мечутся, то к одним прислонятся, то к другим. И все вместе сосут из вашей трубы. Вы сами виноваты. Если бы сразу не облажались, когда бомбили наши города...