Операция «Моджахед» - Лев Пучков

В общем, поехали, как нормальные «духи», которые из-за повышенной угрюмости либо плохого настроения не горят желанием досматриваться и опознаваться на наших постах. Хорошо — лето. В другое время года мы бы тут вывозились по горло в грязи и путешествовали несколько суток. А сейчас проскочили всю равнинную часть, как будто по федеральной трассе, даже не делали остановок для привала.

Вася по ходу дела работал с картой, едва заметными штрихами «поднимал» маршрут. Скажем прямо, условия для штабной работы комфортом не отличались: мелкий разведчик был зажат на заднем сиденье между мной и Костей, постоянно вертелся и поправлял соскакивающую с колен планшетку. Рашид за рулем, Петрушин, самый габаритный, на почетном командирском месте, а мы, мелочь пузатая, на заднем сиденье, втроем. Я, правда, не шибко мелочь — ростом лишь чуток не догнал Петрушина, но на порядок стройнее.

Те, кому доводилось примерно таким вот образом проводить свой досуг, согласятся со мной: в такой обстановке и на такой машине гораздо удобнее путешествовать вчетвером, пятый тут явно лишний. При внезапном обстреле у троих сзади напрочь отсутствует свобода необходимого маневра: не пригнешься, не спрячешься, локти прижаты, даже ствол в окно выставить — и то проблема. Экстренно спешиваться на ходу — неудобно, не развернешься для хорошего прыжкового толчка, и моментальный кульбит с двух сторон непременно будет испорчен неуклюжим вываливанием того товарища, что сидит посередке.

На фазе выдвижения к объекту лишним был Костя. Боец он средний — как любой простой пехотный офицер, с нами ему не тягаться. Разве что, если не убьют сразу при внезапном боестолкновении, положить в сторонке, чтобы изображал дополнительную огневую точку... Но Костю мы взяли с собой вовсе не из-за дружеского расположения. У нас в команде каждый человек — мастер своего дела и не даром лопает тушенку, просто за красивые глазки никого бы терпеть не стали. Костя — это как для снайпера длиннющая и неудобная при скрытом перемещении винтовка «В-94». Продирается снайпер через кустики, винтовка цепляется за все подряд ветки и кочки, мешает, снайпер потеет, чертыхается... Но вот он добрался до определенного под позицию места, залег — и все. Теперь он — царь горы. Все, что шевелится в радиусе двух километров, в полной его власти. Ну и как бы он выглядел на этой удобной позиции без своей неуклюжей винтовки, такой неудобной в ношении?

Костя — мастер общения. В любой ситуации, даже самой экстремальной, с виду полностью безнадежной и закрученной в штопор, он может уговорить и успокоить кого угодно, хоть пещерного людоеда. Наш «псих» просто ас, я такого раньше никогда не встречал. Он будет нужен на последнем этапе, если нам удастся благополучно добраться до цели. А то ведь, представляете, как обидно будет: всех обманем, доберемся, найдем Зелимхана... а договориться с ним не сможем. Рашид, конечно, утверждает, что Зелимхан ему кругом обязан, но всякое ведь бывает, сами понимаете. Столько времени прошло с момента их последней встречи...

Когда Вася в очередной раз подпрыгнул и едва не попал себе в глаз карандашом, Рашид, наблюдавший за ним в верхнее зеркало, заинтересовался, зачем это разведчику? Так ведь и без глаз остаться недолго.

— На всякий случай, — Вася хитро подмигнул. — Мы ведь не одни тут такие, правильно? Если кто-то удумает злое, мы будем готовы...

Такой ответ Рашида изрядно развеселил.

— Потом, когда ко мне приедем, я тебе банку с краской дам, — весело щурясь в зеркало, заявил абрек.

— Зачем мне твоя банка? — удивился Вася.

— Очевидно, чтобы сразу закрасил намертво всю карту и не мучился с карандашиком, — с ходу ухватил мысль абрека Костя. — Спасибо, Рашид, ты очень заботливый.

— Не понял... — насупился Вася.

— Тут таких маршрутов — тысячи, — простецки пояснил Рашид. — А может, десятки тысяч. Летом, когда грязи нет, можно проехать вдоль и поперек через всю Чечню в любом направлении. Если все маршруты чертить, у тебя на карте просто места не останется...

— Намек на то, что мы, федералы, — дебилы, напрасно тут понатыкали своих постов и КПП, — резюмировал Костя. — И вообще, зря мы тут торчим. Ездили и будут ездить. Как хотят и где хотят.

— Правильно, — кивнул Рашид. — Ты самый умный, я говорил. Ездили и будем ездить. Потому что это наша земля...

* * *

До места добрались в шестнадцать тридцать пять. По времени получилось очень даже неплохо, если бы путешествовали по трассе, и даже без досмотра на каждом КПП, уложились бы примерно за такой же срок. Зачем, спрашивается, людям дороги нужны?

Дальше ехать было нельзя: вокруг высились заснеженные шапки древних гор, одна-единственная дорога, убегавшая круто вверх, через километр упиралась в село. Никаких троп тут не было и в помине, рядом с дорогой тянулся густой кустарник.

Загнали «УАЗ» в кусты, как можно дальше от дороги, наломали веток, замаскировали. Вышли на дорогу полюбовались — не видно. Вася еще минут десять возился, приправлял ветками подозрительные, по его разумению, фрагменты машины. Ничего подозрительного я не заметил, с дороги вообще ничего видно не было, но разведчик лучше знает, пусть себе...

Когда все было готово, Рашид кивнул — айда за мной, и вломился в кусты, как хороший сохатый. Мы последовали за ним. Минут через двадцать, когда все мы изрядно вспотели и уже начали жалеть об отсутствии мачете, неожиданно выломились на довольно открытую лужайку. От лужайки в горы убегала едва заметная тропа, густо заросшая травой. Судя по всему, здесь давненько не ступала нога человека. Может быть, со времен первой чеченской.

— Ну вот, осталось всего ничего, — Рашид попросил у Васи карту и показал направление движения. — Тут рядом, девять километров с хвостиком. Пойдем вот так, потом направо повернем, затем налево и по распадку — вниз. Тут везде нормально, только в одном месте с километр серпантин — справа стена, слева пропасть. Самый опасный участок, если там встретимся с кем-то, нельзя разминуться, спрятаться. Ну, когда подойдем, я скажу. Приготовимся, посмотрим, послушаем...

— Если его не будет на этой точке? — Вася, игнорируя неодобрительный взгляд Рашида, пометил карандашом условное место «схрона».

— Тогда еще три с хвостиком, — Рашид ткнул пальцем в карту. — Если и там не будет — еще четыре с хвостиком. Вы не волнуйтесь, даже если на первой точке не будет, к последней до темноты все равно доберемся. Ночевать будем под крышей.

— Нам без разницы, где и как ночевать, — заметил Петрушин. — Лишь бы он там был, хоть и на последней точке. А то будет обидно, столько стараний — и все впустую.

— Он будет, — в голосе Рашида слышалась непоколебимая уверенность. — Я его знаю, как себя. У него просто нет другого выхода...

Обговорили порядок действий при возможных встречах. Таких встреч, разумеется, лучше всего избегать совсем, для этого надо смотреть в оба, внимательно слушать и своевременно прятаться. Рашид заметил, что сейчас здесь никто не ходит, поэтому мы зря опасаемся. Тем не менее, определились: если это пастухи или просто местные старики, Рашид общается, я поддакиваю в тему, остальные приветливо молчат и улыбаются. Легенда простая: Рашид ведет кунаков к границе. О подробностях таких мероприятий здесь расспрашивать не принято — это личное дело каждого мужчины, чем он занимается, так что легенда вполне рабочая.