Битва на кончике иглы - Альберт Байкалов

Поначалу Матвей планировал занять у Гуревича деньги под залог квартиры и не отдать. Однако поразмыслив, пришел к выводу, что это дело затянется не на один месяц, и отказался от этой мысли.

Несмотря на то что фирма Гуревича «Кредо-21» имела юридический адрес, мужчина назначил встречу здесь, у станции метро, рядом с цветочным киоском.

Матвей достал сотовый телефон и по памяти набрал номер Гуревича.

— Слушаю вас, — ответила трубка приятным, немного вкрадчивым голосом.

— Я на месте, — бросил Матвей, оглядываясь по сторонам.

— Машину «Форд» синего цвета напротив магазина видите? — прошелестела трубка.

— Понял. — Матвей направился к «Форду», из которого вышел невысокий и щуплый мужчина с маленькими глазками. Сверкая на солнце лысиной, он пригладил ладошкой остатки волос над ушами и уставился на Матвея изучающим взглядом.

— Здравствуйте, — Матвей заискивающе улыбнулся и пожал влажную и худую ручку ростовщика.

— Вы не удивляйтесь, что я вам назначил здесь, — Гуревич направил на машину брелок. «Форд» щелкнул замками и пискнул сигнализацией. — Просто здесь неподалеку живет один из клиентов. Сейчас я от него. Смотрел квартиру. Он, так же как и вы, хочет открыть свой бизнес, но денег, как вы сами понимаете, у него нет.

— Понятно, — кивнул Матвей. — У меня примерно та же история.

— Ну что, перейдем к делу? — Гуревич достал из кармана пачку «Бонда», вынул из нее сигарету. — Какая вам необходима сумма?

— Два, — воровато оглянувшись по сторонам, ответил Матвей.

— Рублей? — напрягся Гуревич.

Матвей кивнул и снова оглянулся. Он изображал из себя человека, которого тревожит, что они ведут разговор на улице. Однако одновременно ему удалось вычислить в толпе и охрану ростовщика. Двое парней крепкого телосложения шли следом, не спуская с них глаз.

— Где, вы сказали, находится квартира? — вытянул шею Гуревич.

— На Профсоюзной, — ответил Матвей.

— Тогда поедем смотреть? — спросил он и затянулся сигаретой.

— Прямо сейчас? — Матвей оторопело уставился на делягу. На самом деле он знал, что Гуревич предложит сразу же заключить договор.

— А что вас удивляет? — Гуревич встал, пошарил вокруг себя взглядом и, не увидев урны, бросил сигарету на проезжую часть.

— Ничего, — пожал плечами Матвей. — Поехали…

— Вы адрес не скажете? — доставая трубку сотового телефона, спросил Гуревич. — Я хочу позвонить жене. Пусть пока, суть да дело, узнает, что собой представляет район, где расположен дом.

Матвей понял, что супруга хитреца не будет ничего смотреть. Ее задача просто перезвонить сопровождавшим мужа быкам, куда он направляется, на случай если они потеряют его в городе.

В подтверждение этому едва Гуревич отъехал от тротуара и набрал скорость, как сзади появилась серебристая «Ауди», в которую уселись парни, замеченные Матвеем еще у метро…

* * *

Хирург вошел в павильон и огляделся. Половина мест под пестрыми зонтами была занята. Запах специй и жареного шашлыка тотчас напомнил ему, что со вчерашнего дня он ничего не ел.

— Послушай, Хирург, — усаживаясь на пластиковый стул, Талый воровато оглянулся по сторонам. — А ты не боишься?

— Чего? — Хирург подвинул к себе меню.

— Мы даже не знаем, кто у Мирзоева крыша, — слегка наклонился вперед Талый.

— Крышу уберем, — спокойно ответил Хирург, переворачивая страницу.

— А если это какой-нибудь мент или еще того хуже, — не унимался Талый, — прокурорские?

— Тогда подставим. Нам разницы нет. Если за ним серьезные люди, то подвинем их тем же ФСБ. Просто сольем, и все. Тогда всех накроют — и Мирзоева, и его крышу. Как с подпольными казино.

— Зачем? — удивленно захлопал глазами Талый.

— Ты что, не понимаешь? — Хирург поднял на него удивленный взгляд. — Опричник, если все гладко будет, в Москву собирается перебраться. Лесогорск у него — трамплин. Все, баста. Вот и готовит себе здесь почву. Не получится срубить бабла, займемся его имиджем…

— Все равно, боязно мне, — поежился Талый.

— Хорошо, скажу, — Хирург слегка подался вперед. — За Опричником стоят те же люди, что и в Москве заправляют. Все деньги здесь.

— Уверен?

— Не был бы уверен, не говорил, — усмехнулся Хирург. — Я за базар отвечаю. Главное — канал к рукам прибрать, а с местной братвой всегда можно договориться.

— Все равно, не нравится мне, — не унимался Талый.

— Мне тоже, — Хирург бросил меню на стол. — Я понимаю, город чужой и все такое. Но так все работают. Москва, она для всех. Здесь вся Россия, да и не только, — добавил он, увидев за соседним столиком азербайджанцев. — Тот же Ходжа, кто он? Узбек или таджик. С кем работает? — спросил Хирург и тут же сам ответил на свой вопрос: — Со своими земляками, которые в Узбекистане. Они его не видят, он их. Между ними мечутся курьеры. Это канал. Он непоколебим, и люди, которые участвуют в транспортировке, незаменимы. А вот все остальное, — глядя на направляющегося в их сторону официанта, он подался вперед, — можно смело в расход.

Ходжа зашел, когда дружки уже съели по две порции шашлыков и салата. Как и договаривались, в левой руке у него были четки. Невысокий, худощавый мужчина лет сорока настороженно огляделся. Встретившись с ним взглядом, Хирург едва заметно кивнул.

— Здравствуйте, приятного аппетита, — усаживаясь за стол, пожелал Ходжа.

— Спасибо, — кивнул Хирург и выдернул из стаканчика салфетку. — Ты извини, мы с дороги. Проголодались …

— Веня говорил, что вы из Рязани, — кивнул Ходжа. — Пойдем?

— Идти обязательно? — насторожился Хирург. — Может, прямо здесь все и обсудим?

На самом деле он не собирался говорить с Ходжой на серьезные темы в кафе. Просто из опыта знал, предложи он первым пройти к машине, и таджик начнет беспокоиться. Хотя и сейчас Ходжа наверняка, как принято говорить, «на измене». Еще бы, явиться на встречу, детали которой оговорили по телефону, — это большой риск. Пусть за них поручился Веня, все равно каждый, кто специализировался на торговле белой смертью, в глубине души готов к наихудшему развитию событий. Вообще это один из самых жестких видов бизнеса. Арест и суд — это еще не самое страшное. Люди, хоть как-то причастные к этому, днем и ночью живут в состоянии стресса, потому как наркотики и смерть — это одно и то же. Можно сказать, синонимы. И не важно, убили тебя свои по подозрению в стукачестве, или ты просто умер от передоза. Первопричина кроется в человеческих пороках. Обычный пример — та же ситуация с Селигером, Веней, Торчком, его подружкой Уткой. Одни продавали или поставляли, другие покупали, но закончили одинаково страшно и в расцвете сил. И это за какую-то пару недель…

— Не надо здесь, — таджик с опаской покосился на соседний стол.