Тени прошлого. Расплата - Александр Тамоников

— Даже так? Тебе очень важно отправить этот «Хотспот» в Россию?

— Иначе я не разговаривал бы с тобой.

— Это будет одноразовая сделка?

— Нет. «Хотспот» будет доставляться тебе в Капур регулярно, одновременно с партиями твоей наркоты.

— И каждый раз я буду получать по тридцать тысяч долларов?

— Да.

— Интересно, что это за «Хотспот»?

— И не пытайся узнать! Это чревато.

— Я не идиот, чтобы подставлять себя под вас, американцев.

— Тем более что только от нас зависит, покинешь ты Афганистан богатым человеком или останешься здесь нищим. Ты знаешь, что наши спецслужбы в силах отыскать и заблокировать любые счета во всех странах мира, кроме России. Но вряд ли ты держишь деньги там. Уж куда-куда, а туда тебе точно дорожка закрыта. Все ясно, мой друг?

— Да, полковник, мне все ясно.

— Прекрасно. Это то, о чем я и хотел переговорить с тобой.

— О дате переброски партии эфана и героина сообщить лично тебе?

— Да, лично мне.

— Каким образом?

— По телефону. Все просто. Набираешь номер и говоришь любую фразу, в которой должны быть дата и время прибытия товара в Капур. Например: «Наш общий друг приезжает двадцать восьмого числа в полдень». После этого к перевалочной базе пойдет вертолет.

— Понял. Вопросов нет.

— Ты даже не спросишь, когда именно я переведу на твой счет тридцать тысяч долларов?

— Ты уже сказал, как только общий груз попадет к Даврону.

— Правильно. Профессионалы всегда понимают друг друга. Скажи, Виктор, если бы ты не остался в Афганистане, то, наверное, сейчас мог бы занимать неплохую должность в России?

— Сейчас я был бы уже на пенсии.

— Но до генерала дослужился бы?

— Это без проблем. После Афгана я закончил бы Академию Генерального штаба и ждал бы большие золотые звезды на погоны и лампасы на брюки. Вскоре мой генеральский мундир висел бы в какой-нибудь трехкомнатной квартире в Москве. А я получал бы пенсию, на которую мог бы содержать сварливую жену и любовницу средней паршивости.

— Да, совсем не радужная картина. Ты правильно сделал, что решил изменить свою жизнь.

— Тем более что момент для этого был самый подходящий.

— Да. Но все, Виктор. Спасибо за угощение. Не обессудь, наш разговор записан для подтверждения договора, отступление от которого карается очень строго. Не подумай, пожалуйста, что я тебе угрожаю.

— Никак нет, ты просто предупреждаешь.

— Очень приятно иметь дело с умным человеком. Проводи меня.

Гусаков и Бенсон прошли к фонтану, где их ждали помощники.

Перед тем как сесть в машину, полковник взял Гасани под руку и сказал:

— Очень тебя прошу, Виктор, держи меня в курсе дел. Теперь они у нас общие.

— Да, конечно, Райли.

Гусаков проводил взглядом «Форд», присел на скамейку под платаном и задумался.

К нему подошел Конденко и спросил:

— Что-то не так, шеф?

— Да как тебе сказать, Гамаль. — Бывший подполковник вновь перешел на пушту. — Бенсон решил использовать нас.

— В каком смысле?

— В прямом. — Гасани довел до помощника суть разговора с американским полковником, не упомянув о личном гонораре.

— Так это же хорошо! — воскликнул Кадир.

Наркобарон посмотрел на помощника.

— Ты считаешь?

— Конечно. Дополнительный груз балласта гарантирует нашу безопасность. НДБ, полиция, потенциальные конкуренты, даже талибы не посмеют помешать нам в осуществлении трафика эфана. Залог безопасности в американском «Хотспоте». Интересно, что это за дурь такая, если ею занимается лично полковник штаба Сил по поддержанию безопасности? Стоило бы нам заполучить хоть несколько граммов этой наркоты.

— Даже не думай. Иначе сам превратишься в порошок. С американцами шутки плохи.

— Похоже, они под завершение своего военного присутствия здесь решились на масштабную акцию по внедрению синтетики в Россию. А это значит, что «Хотспот» обладает чудовищной убойной силой, дешевизной и соответственно привлекательностью.

— Янки никогда не прекращали наркотическую экспансию в Россию, — проговорил Гасани.

— Но если сам Бенсон курирует какие-то триста килограммов дури, то это значит, что доставка в Россию «Хотспота» сравнима с крупным терактом.

— Это не наше дело. В том, что Бенсон напрямую влезает в наш бизнес, действительно заключена гарантия моей и твоей безопасности. Но мы обошлись бы и без него. Я не уверен, что в следующий раз он не затребует переброску тонны синтетики. А это дополнительные расходы на плоты, курьеров, на охрану, в конце концов. Бенсон не пошлет американский спецназ охранять свой груз. Он возложит всю ответственность на нас.

— Но полковник должен финансировать переброску синтетики.

— Помнишь, как у нас раньше говорили? Должен, но не обязан. Бенсон прекрасно осведомлен о Рафаэле, более того, как я понял, поляк работает под непосредственным контролем янки. Отказать ни в чем мы ему не можем. Иначе не покинем этот чертов Афганистан. Кстати, если мы воспротивимся, то полковник обещал заблокировать все наши счета. Это значит, что американцы нас с тобой оставят здесь на растерзание местных дикарей. Наши деньги положат себе в карманы Бенсон и те персоны, которые стоят над ним.

Кадир почесал бороду и спросил:

— Ты серьезно считаешь, что Бенсон может пойти на столь решительный шаг?

— Ох, не знаю, Гамаль.

— Нет, вряд ли. Ведь «Хотспот» будет доставляться нам. Вдруг мы присвоим эту наркоту и уйдем с ней в горы? Там нас американцы не достанут. А с Давроном мы договоримся. Особенно когда американцы начнут отвод последних сил из страны. Тогда продажа «Хотспота» возместит наши потери от блокировки счетов.

— А дальше жить ты тоже в горах будешь?

— Зачем? В том же Капуре. Можно южнее. С талибами, если придут, найдем общий язык. Да и новый завод наладим.

— Ладно. — Гасани махнул рукой. — Пока причин для сильного беспокойства нет. А дальше поглядим, как взаимодействовать с Бенсоном. Что у нас по заказу?

— Я сегодня не связывался с Аламиром.

— Так свяжись.

— А стоит ли надоедать ему? Тем более что сроки еще не вышли. Даже минимальные.

— Выпить хочешь? — неожиданно спросил Гасани.

Кадир немало удивился и уточнил:

— Что?.. Выпить?

— У тебя со слухом плохо?

— Но это очень неожиданно.

— Так хочешь или нет?