Настоящий покойник - Александр Днепров

Я освободил их карманы от лишнего груза, в то время как Стас и Петр заняли оборону и крутили головами во все стороны. Похоже, наш противник ценил жизнь подчиненных. Мне никто не помешал их обыскать и изъять оружие. Больше ничего у них при себе не было, лишь из нагрудного кармана пиджака того, что ударил меня по челюсти, я достал удостоверение на имя Кустова Антона Сергеевича, капитана ФСБ из Москвы. Я присвистнул.

— Свисти, свисти… покойник, — зло выговорил он. — Ты зря прочитал эту ксиву.

— Слушай, ты, огузок. — Я сгреб левой рукой рубашку на его груди и придавил к задней дверце джипа. Этот парень был такого роста, что спиной заслонил окно. Неожиданно я почувствовал, что вместе с рубашкой я сгреб еще что-то, находившееся на груди и приклеенное к ней пластырем. Это был микрофон. — Если еще вякнешь, я из твоего хозяйства безе взобью, — не показывая, что я все понял, сказал я и стукнул его стволом пистолета по скуле точно в то место, куда и он мне.

— Это будет потом, может быть. — Он даже не поморщился от боли. — А сейчас глянь сюда, — проговорил он и кивнул на свою правую руку.

Я увидел ствол автомата, торчавший между рукой и грудью на уровне бицепса. Оторвав взгляд от направленного на меня ствола, я посмотрел на ухмыляющуюся рожу громилы.

— Дилетанты, — с презрением произнес он. Возможно, это и было бы худшим оскорблением за всю мою жизнь, если бы я не знал о притаившихся где-то рядом друзьях. — А теперь посмотрите вокруг, — предложил он.

Может, это и не была уловка, но я решил не проверять, а просто громко спросил:

— Что там?

— Мы на мушке, — ответил Стас.

— На одной? — удивился я.

— Нет, штук пять.

У меня был единственный способ уйти из-под прицела — толкнуть амбала в сторону ствола, а самому рвануться в противоположную сторону. Я внутренне собрался и с силой толкнул здоровяка… Он слишком быстро и легко отлетел, а я… Мой лоб столкнулся с чем-то тяжелым, и я куда-то улетел…

* * *

Я открыл глаза.

— Ну, как ты? — спросил склонившийся надо мной Никита.

Прежде чем ответить, я пощупал свою голову.

— Кажется, на месте, — констатировал я.

— Это потому, что тому гаду, который тебе врезал, неудобно бить было.

— Я рад. — Поднявшись с помощью Никиты, я обнаружил себя сидящим в джипе. — А это что за машина?

— Трофей, — ответил сидевший за рулем Петр.

— Что там произошло, после того как я вырубился?

— После того как тебя вырубили, — с подковыркой начал Стас, — твои помощники (он не сказал «друзья», он сказал «помощники», и я знал, что это было сказано сознательно) вовремя подскочили. Немного постреляли. Короче, те ретировались. Машину бросили — заводить у них времени не было. Вскочили в подъехавшие и слиняли. Мы, недолго думая, прыгнули в джип, ключи на месте оказались. Вот так.

— А из чего же вы стреляли? — с удивлением взглянул я на Никиту.

— А успели пообщаться, перед тем как твои друзья (Никита был тактичен) пошли тебя выручать, и они поделились с нами своими запасами.

Неожиданно начал моросить дождик. Высунув голову из машины, я подставил ее под мелкие капли дождя. Голове стало легче. Я влез обратно в машину.

— Давай, Никита, зови всех, — сказал я.

Почти моментально машина, несмотря на свои размеры, оказалась битком набитой.

Я быстро изложил собравшимся свои мысли, наполовину состоявшие из догадок.

— Единственное, о чем я даже не могу догадаться: где этот мэр держит свои левые бумаги?

— Так надо у него спросить, — высказался Саныч. Все рассмеялись.

— И как ты это себе представляешь? — поинтересовался я. — Прийти к мэру, дать ему в репу и спросить, где он бумаги прячет?

Саныч пробубнил что-то в ответ.

— Но самое интересное, Стас, — я не случайно обратился именно к нему, — что правой рукой у этого мэра… не кто иной, как наш с тобой старый знакомый Паша Дубак.

Я не знал, какой реакции ожидать от Стаса. Но он лишь тихо сказал:

— Я знал, что он темными делишками занимается. Откуда б у него деньги взялись, чтобы купить Комсомольский остров.

— Комсомольский?!. — Я прекрасно знал этот островок, небольшим пятнышком вклинившийся в Днепр. Мало того, я сам участвовал в строительстве на нем организованного комсомольцами лагеря отдыха. — Тут ответ на многие мои вопросы, — задумчиво проговорил я. — Сейчас едем за Тай — если ее не взять, она меня со свету сживет, — а затем все хорошо продумаем.

* * *

Дверь была открыта. Держа наготове пистолет, я толкнул ее и вошел в квартиру.

— Тай, — тихо позвал я, хотя нутром чуял, что она не отзовется. Проскользнув по коридору — Стас и Никита следовали за мной, — я прошел в комнату и зажег свет.

Беспорядок в комнате говорил о том, что, прежде чем Тай взяли, она много нервов попортила незваным гостям.

На столе на самом видном месте лежал лист бумаги: «Уважаемый Владислав Станиславович, не сочтите за труд и позвоните», — далее был написан номер сотового телефона. Я попросил у Никиты трубку, так как моя барсетка осталась в машине, и набрал указанный номер. Там сразу же ответили.

— Это я. — Я не назвал имени, но это и не понадобилось — меня узнали.

— Я смотрю, Владислав Станиславович, вам катастрофически везет.

— Зато тебе, Паша, не повезло, что ты на меня нарвался.

— Время покажет, — со смешком проговорил он. — А сейчас о деле. Как ты понял, твоя девочка у меня. Из этого следует: привозишь деньги и документы — получаешь девочку. Нет — не получаешь. Разговор короткий.

— Ну, и где я тебя найду?

— На острове. Только без глупостей. Малейшее подозрение, что что-то не так, и твоя девочка так и останется вечно молодой. Но это случится после того, как мои мальчики с ней поиграют. Девочка-то ничего.

— Не дай бог, если с ней что случится… Я тебя на куски порву.

— Забыл, Влад, за-абы-ыл, — с подчеркнутым сожалением произнес он, — сколько раз я тебя на задницу в спаррингах сажал. Кроме того, у меня есть страховой полис.

— Интересно, какой?

— После узнаешь, а сейчас слушай. Ровно через час выйдешь на берег со стороны острова и посветишь фонариком. Я вышлю за тобой лодку.

— Боюсь, я не успею. Мне ведь еще деньги забрать нужно.

— Полтора часа — это крайнее время. Но в твоих интересах поторопиться. — Паша отключился.

Я взглянул на часы — было тринадцать минут второго. «На тринадцать мне везет», — машинально отметил я.

— Пошли, — бросил я и устремился к выходу.

Дождик прекратился, мы собрались у джипа.