Дезинформация прошла - Альберт Байкалов

– Снимите мешки, – скомандовал Халид собравшимся позади него боевикам.

Двое моджахедов, подойдя к группе несчастных, быстро выполнили приказ.

Вид у пленников был жалкий. Трясущиеся губы, бегающие, воспаленные глаза. Лица, посеревшие от грязи. Но больше всего пострадала внешность Павлуса. Огромные синяки, распухшее лицо и лиловая, сильно увеличившаяся в размерах переносица делали его неузнаваемым.

– Ты очень много говоришь, – неторопливо, едва слышно заговорил Халид, почувствовав прилив какого-то животного возбуждения, разглядывая приговариваемого им к смерти человека. – Значит, умрешь первым.

Слон вынул нож и, подойдя к репортеру, схватил его за отворот безрукавки. Тут произошло то, что повергло в шок не только немцев, но и не один год воюющих моджахедов. Извернувшись, словно кошка, Тихонова так залепила всегда уверенному в своих силах Слону носком кроссовки между ног, что тот, сложившись и едва не достав лбом земли, с ревом рухнул на землю. Халиду показалось, что он слышал щелчок взорвавшихся гениталий своего охранника. Второй удар пришелся ему прямо в челюсть. Вытаращив глаза, тот побагровел от напряжения, а на губах выступила пена. Вены на шее потемнели и вздулись. Со свистом втянув в себя воздух, он издал звук, похожий на тот, что издают люди, перебравшие с вечера горячительного, только гораздо громче и жалобней.

Кто-то бросился к журналистке, кто-то к Слону. На глазах ошарашенных немцев женщину повалили и стали бить ногами. Умар схватил ее за волосы и вынул нож.

– Стой! Отойдите от нее! – взревел не своим голосом Халид.

– Отдай ее мне! – держа в одной руке кинжал, второй завернув голову несчастной назад с такой силой, что она захрипела, вскричал Умар.

Его глаза налились кровью, а взгляд сделался безумным.

– Не позорь себя, – спокойно проговорил Халид. – Это женщина, тем более у нее связаны руки. Я уважаю таких. Отпусти.

Нехотя чеченец выполнил приказ.

Тем временем Слон медленно поднялся.

Неожиданно Павлус с решительным видом подошел к палачу:

– Убей меня, только не трогай женщину.

С исступлением сопя, Слон повалил его на землю. Не глядя в сторону пленников, перевернул на живот и, схватив за волосы, с силой завернул голову назад, уперев колено между лопатками. Оператор вскрикнул и уставился вылезшими из орбит глазами на Халида. Немка отвернулась, уткнувшись в плечо трясущегося Вольфа. Тихонова, напротив, обессиленно опустившись на колени, беззвучно шевелила губами, глядя на последние мгновения жизни своего оператора.

– Халид, – просипел несчастный, с ужасом увидев, что никто не собирается уводить остальных заложников, а напротив, боевики окружили его, с интересом ожидая развязки. В руках одного из них была видеокамера.

– Каждые три дня мы будем убивать по одному заложнику, – заговорил Слон в объектив наведенной на него видеокамеры. – Так что задумайтесь, что лучше – смотреть такое кино регулярно или выполнить наши требования.

Нож медленно проехал по шее.

– Ты обещал! Халид! – неестественным голосом вскричал Павлус. – Почему?!

В этот момент кровь хлынула из разреза. Пульсирующая струя ударила с такой силой, что попала на одежду стоящих в нескольких шагах пленников. Раздались страшные булькающие хрипы.

В тот же момент рухнула без чувств переводчица. Пошатнувшись, бледный как мел Ронни Фогль обессиленно уселся рядом.

* * *

Переехав ручей, надрывно ревя двигателем, машина начала карабкаться в гору. Вахид оглянулся на заднее сиденье. Лица Исы и Татарина были хмурыми. Оба выглядели уставшими. Сам Вахид едва держался. Клонило в сон. То и дело приходилось высовывать из окна голову, подставляя лицо под поток свежего воздуха. Однако вскоре и эта процедура стала бесполезной. Снаружи было настоящее марево. Достав из бардачка пластиковую бутылку с водой, которую набрали у одного из ручьев, Джин вылил половину себе на голову.

Выглядевший все эти дни воинственно Турпал заметно приуныл, когда узнал, что его новые знакомые нуждаются в транспорте.

Наконец справа потянулся обрыв, и почти сразу машина оказалась на развилке дорог, рядом с которой стоял остов красного от ржавчины трактора.

– Приехали, – облегченно вздохнул Джин и протянул Турпалу сто долларов. – Можешь возвращаться.

– Они настоящие? – неуверенно беря в руки купюру, едва слышно спросил чеченец.

– Не бойся, – выбираясь из разогретого салона, ответил Джин. – Настоящие.

Проводив взглядом «уазик», спецназовцы двинулись в лес. Восстановив в голове карту и план местности, Вахид посмотрел на часы. До выхода в условленное место им оставалось не больше получаса. Нужно было торопиться. Палящее солнце вскарабкалось в самый зенит. Эта часть склона была покрыта орешником, кусты которого были ненамного выше человека и практически не спасали от его лучей. Идти приходилось в гору. Пот застилал глаза, одежда вмиг промокла.

Наконец вышли к главному ориентиру, развалинам сараев. Сразу за ним давно брошенный виноградник. Оставалось чуть больше километра.

– Здесь оставим рюкзаки, – оглядевшись, принял решение Джин. – Сюда соответственно и…

Он осекся. Странный шорох, донесшийся изнутри наполовину разрушенного строения, заставил всех, пригнувшись, отбежать от того места, где стояли, и, рассредоточившись, упасть в траву.

– Кто здесь?! – спросил Джин на родном языке, направив автомат в сторону пролома в стене.

Снова послышался звук, словно кто-то медленно передернул затворную раму автомата.

– Последний раз спрашиваю!

Времени на наблюдение и разведку не было. Тем более они, по всей видимости, были обнаружены первыми.

Джин отругал себя за неосмотрительность. Нужно было проверить сараи. Жалеть и ругать себя поздно.

– Иса, – громко крикнул он, – пусти туда «Шмеля»!

РПО[3]у них, естественно, не было. Он говорил с таким расчетом, чтобы укрывшимся за хлипкими стенами людям было слышно.

– Э, брат, – донеслось изнутри. – Не стреляй! Давай поговорим. Я вижу, вы чеченцы?

– Кто ты? – спросил Джин.

– Пастух…

– Не обманывай, – Вахид усмехнулся. – Я слышу, ты вооружен. Выходи, не играй в прятки.

Что-то хрустнуло, и в дверном проеме появился бритый наголо бородатый мужчина. На нем была защитного цвета футболка и камуфлированные штаны. На ногах кроссовки. Демонстрируя покорность и готовность идти на разговор, руки он держал на уровне плеч. В левой «АКМ». Лицо напряжено.

– Брось оружие и подойди ближе, – Джин направил в него автомат и медленно встал.

Мужчина осторожно поставил «АКМ» прикладом на землю, прислонив к стене. По мере приближения взгляд его стал более спокойным. Он даже позволил себе утереть с лица пот и опустить руки. Джину показалось, что незнакомец облегченно вздохнул.