Урановый диверсант - Валерий Рощин

– Ну, здравствуй, герой ты наш! Здравствуй!

С полчаса они спокойно беседовали за столом – подполковник расспрашивал о происшествии у села Дзыхра, о допросах в ФСБ…

Однако от капитана не ускользнула тень озабоченности, изредка появлявшаяся на уставшем, загорелом лице. В такие мгновения хозяин кабинета замолкал, морщил лоб и о чем-то размышлял…

– Слушай, Игорь Львович… я обязан отправить тебя в отпуск, – наконец, глянул он на часы. Затем положил перед новым подчиненным чистый лист бумаги и кивнул: – Пиши новый рапорт. Но только у меня просьба…

Спецназовец взял ручку, выжидающе посмотрел на Юрия Ивановича…

– Выпить хочешь? – неожиданно предложил тот, разворачиваясь на кресле к приоткрытой дверце сейфа.

– Это и есть… просьба?

– Не-е, – поморщился командир части, ловко наполняя водкой два мизерных стаканчика. – Тут, видишь ли, накладка образовалась… Вчера отпросился Лихачев – командир первого взвода. Жена у него родить должна… Вот, лимончик на закусочку – бери, не стесняйся. Ну, будем! За твой отпуск.

Звякнув посудой, офицеры опрокинули по сто грамм, зажевали толсто порезанным лимоном. Закурили…

Подполковник продолжил речь с виноватою миной:

– Жена у него родить должна, понимаешь? А чего-то не рожает – звонил недавно, просил еще сутки… Объект у него серьезный – тот самый, где ты двух диверсантов накрыл.

– Значит, ту дыру теперь охраняют?

– А то! Там ведь внизу оказалась целая шахта! – важно сообщил Обухов и, придвинувшись, прошептал: – И никакая-нибудь, а урановая!

– Ого! – позабыл от удивления о тлевшей сигарете Миронов. – Заброшенная, что ли?

– Законсервированная. Выходов из нее целых два и у обоих за неделю, что ты парился у фээсбэшников, построили бетонные бункеры. А мы теперь все это дело стережем – чтоб опять какой-нибудь лихой народец не сунулся.

– Понятно. Так какая у вас просьба?

– Да заменить пока Лихачева некем. Не дай бог полковники с генералами с проверкой нагрянут! А у меня караул без начальника!…

– Подменить, что ли надо?

– Ну, да! Хотя бы на сутки. А потом либо он подъедет, либо я подошлю кого.

– Не проблема, – пожал плечами Игорь. – Попрошу отпуск с четвертого июля.

– Вот это я понимаю! Вот это по-мужски! – враз повеселел Юрий Иванович. – Лучше с пятого числа – на всякий случай. Ну, давай еще по одной и поедем…

Спустя десять минут Обухов милостиво дозволил капитану прямо в кабине переодеться в камуфляжку, здесь же оставить лишние вещи и взять самое необходимое. Налил на посошок еще по сто грамм, выпил и, довольно крякнув, скомандовал:

– Ну, в путь!

* * *

Командирский "уазик" живо преодолел несколько километров узкой трассы на север.

– Дальше находится отличный горнолыжный курорт – Красная Поляна, – с гордостью объяснял по дороге подполковник. – Даже сам Президент иногда отдыхать приезжает! А вот и форелевое хозяйство.

Места и в самом деле были красивые – в этом Миронов успел убедиться: стремительная горная река, обрамленная крутыми берегами; скалы вперемешку с лесистыми склонами высоких сопок.

Подполковник покосился на хромавшего подчиненного:

– Ты уж извини, Игорь Львович, что заставляю после ранения ногу напрягать.

– Не страшно. Доктор велел ее разрабатывать, – успокаивал капитан. – Да… после Чечни, Ингушетии и Дагестана здешнее спокойствие кажется райским.

– Точно подмечено! Вот и я своим не устаю повторять: у нас не служба, а охрана райских ворот!…

Однако до "ворот" пришлось топать около часа. Сначала вдоль левого берега реки, потом вверх по тропке сквозь густой лес.

Наконец, вышли на знакомую просеку; мимо проплыла фанерная табличка. "Стой! Запретная зона", – вещали кривые трафаретные буквы. Запыхавшийся Юрий Иванович указал рукой на периметр из колючей проволоки, ограждавший небольшое сооружение из бетонных блоков:

– Вот ровно половина объекта. Трехсменный караул плюс один разводящий – прапорщик Степанов.

Навстречу офицерам никто не вышел. Командир части досадливо скривился и потряс запертую калитку.

– Эй, оболтусы! Мать вашу…

На шум из сооружения выглянул заспанный служивый. Округлив глаза, исчез… А через пять секунд к калитке бежал расхристанный прапорщик.

– Товарищ подполковник, за время моего дежурства… – начал, было он, отперев замок.

Да Обухов отмахнулся:

– Молчи уж, Степанов! Твоего дежурства… Тебя скоро продадут местные деляги вместе с объектом! Или диверсанты придушат, пока ты рожу о подушку плющишь!…

Осмотр "достопримечательностей" много времени не отнял. Внутренность новенького "блокпоста" была обычна: небольшой предбанник и вход в спальное помещение; в каждой стене по две бойницы для круговой обороны. Шагах в десяти от бетонного "склепа" чернело злополучной отверстие, прикрытое тяжелой сварной решеткой – вход в подземелье. Неподалеку – кособокий деревянный туалет…

– Вот и все премудрости, – молвил Юрий Иванович. – Караул заступает дежурить на неделю, потом мы его меняем.

– А где вторая половина объекта? – покачал головой капитан, оценивая давно не чищенное оружие в пирамиде.

– В километре отсюда. Сейчас двинем туда – там и распрощаемся.

– А связь между постами есть?

– Увы, Игорь Львович. Пробовали выдавать радиостанции, да горы мешают – сплошные помехи. Фээсбэшники обещались помочь – хотят стационарные коротковолновые поставить.

* * *

Второй пост, по виду, устройству и отношению караульных к службе, оказался точной копией первого. С той лишь разницей, что дыра в шахту была закрыта более основательно – массивную решетку прикрывал брезент, а сверху конструкцию надежно придавливал десяток тяжелых булыжников. И к тому же от разводящего – старшины роты прапорщика Сидорчука изрядно несло какой-то сивухой.

Представив подчиненным временного начальника караула, подполковник послонялся по периметру; повздыхал, глядя на беспорядок и, засобирался в обратный путь…

Распрощавшись с командиром части, спецназовец первым делом построил у бетонного сооружения личный состав. Познакомившись, дал десять минут, чтобы бойцы караула привели себя в порядок. На повторном построении им была озвучена новая задача: чистить оружие. Чистить всем, включая нерадивого прапора.

Народ нехотя поплелся внутрь блока, а старшина роты, проходя мимо, пробурчал:

– Не с того начинаешь, взводный…

Спустя четверть часа капитан проверял результаты чистки: шел вдоль шеренги и придирчиво осматривал блестевшие смазкой автоматы. Сидорчук стоял последним, табельный "ПМ" из кобуры не вынимал.